RSS / ВСЕ

|  Новая книга - Коцарев Олег. Синкопа.
|  Новая книга - Сергей Синоптик. Нужное зачеркнуть.
|  Новая книга - Андрей Дмитриев. «НА ОБОРОТЕ БЛАНКА»
 

|  Новая книга - Ирина Машинская. Делавер.
|  Новая книга - Андрей Дмитриев. «СТЕРХ ЗВУКОВОЙ»
|  Фестиваль "Поэзия со знаком плюс"
|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
ПОМОЩЬ САЙТУ
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Алексей Баклан

Путь пустырника

04-01-2020 : редактор - Женя Риц





***

А ещё в перспективе зима.
Пешим строем
нас погонят в сырой каземат
Эти Трое,
что следят сквозь пенсне облаков,
чтоб ни волос...
Видишь, солнце у двух берегов
раскололось,
по какому поедешь из них -
всё коряво.
Только строем, ударом под дых,
левой, правой.


***

Фиолетовый вечер
по-осеннему прян.
Не докурит диспетчер,
не вернётся Борян.
Где Фонтанка фонила,
отзывая своих,
Ленинград - не могила,
два катрена - не стих.
И по новой, по новой
повторять, что никак.
Где-то тут у Садовой
мы и пили коньяк.


***

Есть люди, из которых ничего -
примерно двадцать тысяч вечеров,
сюжет невыразителен и крив.
Так наблюдают, веки не раскрыв.

Есть люди, для которых никогда -
они идут по собственным следам,
стараясь повторить привычный ритм
вечерних страхов, утренних молитв.

Есть люди с пустотой накоротке,
их медленный ноябрь обволокет
и сделает итоговый скриншот.
И видит Бог, что это хорошо.


***

Перечной мяты настойка,
тридцать рублей пузырёк.
Крепкая ровно настолько,
чтобы иным невдомёк
стали немые угрозы
в мысленных волчьих следах.
Сердце как азбука Морзе
предупреждает: беда.
Нужен какой-нибудь повод,
музыка "Paradise Lost".
Как через льдины проколот
выезд на вантовый мост.
Лишь не показывать вида,
ждать неназначенный срок.
Ярость, тревога, обида -
тридцать рублей пузырёк.


***

Жить у моря и моря не видеть,
в череде габаритных огней
представляя туманную Припять
и покинутый город на ней.

Нереально, размыто, далече,
как ещё не услышанный клич.
Никого эта сказка не лечит,
переделай, продай, обналичь.

Встань в тени фонаря вполнакала,
повторяя знакомый сюжет.
Память что-то другое искала,
но не важно, не важно уже.


***

Давай я нарисую и сотру,
списав момент на слабость или шалость,
не понимая, в целом, красоту
и осенью совсем не восхищаясь

вот это всё, что называть теперь
не то что неприлично - скучно даже,
пока скрипит некрашеная дверь
помехой красно-жёлтого пейзажа.

Когда выводишь жизнь из сентября
и к сорока сбиваешься со счёта,
то в этом лишь один процент тебя,
а кроме - неопознанное что-то.


***

Путь пустырника - пустота,
путь покоя - валериана.
Что написано, пролистай,
чтобы стало смешно и странно.
Чтобы после нестись, кружа
огоньком над остывшим летом.
А бессмертна ль твоя душа -
не задумывайся об этом.


***

Облако-змей воздушный,
тонкая тетива.
Старый кошмар разрушен,
новый не затевай.
Если считать по вере -
скрежет тебе и тлен;
облако в полной мере
заполучил взамен.
Плотным кольцом змеиным
ляжет на купола.
Помни свои руины,
не выжигай дотла.


***

Где заканчивается апрель,
начинается осень.
Облетает листва фонарей,
рассыпается оземь.
Красных ягод неспелая кровь
в низком облаке чистом.
Так случайный отыщется кров
в облетающих листьях.
Просто будет немного больней,
и тревожно, и страшно.
А Фонтанка купает коней,
и неважно, неважно.


***

Горит картонная звезда
в цветной вуали.
Я опоздал, ты опоздал,
все опоздали.
Стеклянный скачет кавалер
по веткам ели.
Я постарел, ты постарел,
мы постарели.
По мандариновой фольге
стекают свечи.
Я вдалеке, ты вдалеке,
в стране далече.
Поправь фанерную Луну,
привстав на стуле.
Я обманул, ты обманул,
нас обманули.

 
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah