RSS / ВСЕ

|  Новая книга - Андрей Дмитриев. «НА ОБОРОТЕ БЛАНКА»
 

|  Новая книга - Ирина Машинская. Делавер.
|  Новая книга - Андрей Дмитриев. «СТЕРХ ЗВУКОВОЙ»
|  Фестиваль "Поэзия со знаком плюс"
|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
ADV

Фацелия цветок фацелия sad6sotok.ru.
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Звательный падеж

Максим Шумков

13-01-2019 : редактор - Женя Риц






В памяти движутся странные белые песни,
С зимними снами пришедшие из ниоткуда.
Там, за чертой временнОй и пространственной взвеси –
Многолюдно.
 
Тянутся к Солнцу в тумане пугливые лапки.
С бездной, в блудливом незнании, жизнью играя,
Мысли стараясь согреть под эдемскою шапкой,
Умираем.
 
Ангел сидит неподвижно в предвечном соборе,
Тело подставив под пёстро-витражные струи.
Смешаны в ступке, в руках его, радость и горе.
Аллилуйя.
 
Стадо барашков пригнало декабрьское море,
Камни прядут шерстяную солёную пену,
Фоном к молчанию в нашем с Творцом разговоре
Откровенном.


* * *

Проливалось молоко

Стала сказочным океаном,
В мыслях бедного дурака,
В просяном киселе тумана
Растворившаяся река.
 
Бились крупной простудной дрожью,
От промокшей насквозь ноги,
В луже слякотно-придорожной
Расходившиеся круги.
 
Мысль запутывалась и рвАлась
В поржавевшей густой траве.
Всё расстроилось, всё смешалось
В глупой маленькой голове.
 
Ветер брызгал дождём колючим,
А над ним, где-то далеко,
Проливалось в смурнЫе тучи
Солнца тёплое молоко.
 

* * *

(по мотивам кф Tideland)

Маму, в ладье, уносит течение фьорда,
Папа давно на каникулах вместе с ней.
В пыльном эхе расстроенного аккорда,
Шёпот теней.

Женщина в чёрном – хозяйка пшеничных прерий,
Очень не любит чужих суровая Делл,
Гимны поёт, укрепляясь в Христовой вере.
Oh, very well.

В доме опять цветут виноградные лозы,
Кровью, с души почерневшей, смыты грехи.
- Ты теперь часть семьи, Джелиза-Роза.
Мысли легки.

Диккенс убьёт акулу, пропорет ей глотку,
Землю накроет, крушащая всё, волна.
Мы уплывём на нашей подводной лодке
Сладкого сна.




* * *

С Московии река –
            в страну морских приливов...

Ещё не глубока,
            всегда нетороплива.

Безропотные дни –
            неспешными веками,

Купальские огни –
            желанными глотками.

Лесные купола
            над прелою утробой,

Медвежьего угла
            замшелая берлога.

Болотистая падь
            с тропою росомахи...

Являют Благодать
            отшельники-монахи.

Ознобом по спине –
            серебряные нити

В дремучей тишине
            незначимых событий.

И призрачные сны
            со дна глухих колодцев

Несбывшейся страны
            забытых инородцев.



* * *

АхЪ, безысходность...

Я вышел на улицу ночью.
В неоновых нитях аптека,
Фонарь запоздало пророчит
Событья двадцатого века.
 
По-прежнему тускло мерцает
Неярким бессмысленным светом
И эхом слова повторяет
Вослед за известным поэтом.
 
Знобит ледяным наваждением
От рябистой глади канала.
Пресытив себя повторением,
Судьба повторяться устала.
 
Не видя исхода иного,
Из мглы временнОго потока
Звучат зарифмованным слогом
Катрены Сан Саныча Блока.


Арбузный десерт для прекрасной дамы

Смирив порыв чревоугодной похоти,
Я сфоткал, задействовав опцию Zoom,
Как скопищем брызг из угольной копоти
Чернеет в арбузной плоти изюм.

На тарелке лежит, на части разъятый,
Зеленеющим панцирем заскоруз,
Политый сиропом с листочками мяты
Объект мирозданья - десертный арбуз.

А напротив сидит прекрасная дама,
Со спутанной тьмой бытия головой.
Я ей подаю, смысловое сдув пламя,
Хрустальный бокал с ананасной водой.

Сидим. Пьём коктейли из времени с чаем.
Плотоядно ягодный жуём конфитюр.
Водосточный оркестр, дождь источая,
Играет для нас ноктюрн.


 
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah