RSS / ВСЕ

|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
|  Новый автор - Сергей Мельников
|  Новый автор - Лотта Заславская
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Александра Мкртчян

Три вида совести

06-02-2019 : редактор - Женя Риц





***

Я сама боюсь незнакомых людей,
ничего хорошего у них на уме нет, ведь так?
Оброненное слово может спугнуть их как птиц,
легкая улыбка в момент, когда они перечисляют заслуги своей партии,
думают, что у тебя куча детей или муж,
ожидают от тебя преданности тому же банку,
соответствия их шкале ценностей,
а у нас ведь нет никаких ценностей,
правда, малыш Картман? — да-да, у нас никаких ценностей!
И уж если мы чувствуем смерть в воздухе,
то чувствуем,
если видим лажу,
то видим,
если видим зомби,
то видим,
суждение рождается внутри пустоты,
голем рождается посреди ничто,
никто не молится моему богу,
кроме меня.


***

Многие сгоряча отрицают реальность —
да ты же сама ее отрицаешь —
да пошла ты, мало ли что я говорю —
прежде чем отрицать реальность, нужно хотя бы понимать, что есть реальность,
какую роль в феномене реальности играет восприятие,
то есть в какой момент нечто мы делаем реальным,
память, отношения с плохой и хорошей грудью,
можно ли считать реальность островком бессознательного,
что в реальности от проективной идентификации, где вещи сами по себе,
является ли небытие частью реальности, очевидно, что нет, а если назвать?
А параллельное измерение the upside down? А параллельные миры и темная материя?
Не спешите думать, что реальность это правительство и налоговая,
это лишь поверхность вещей.


***

Даяна, я в третьем мире,
я еще не освоился,
но, похоже, от меня здесь ничего не требуется,
полный нейтрал,
впрочем, у меня есть задание,
я пока не знаю, в чем оно заключается,
просто знаю, что оно есть,
поэтому буду ориентироваться по знакам.
Например, я заметил мох, растущий на дереве,
очевидно с северной стороны,
птицу, несущую в клюве сор,
человека, блуждающего по полю,
это мир, несомненно
исполненный фактов,
и я посреди него,
как посреди расширяющейся пустоты,
я уверен, что у меня есть задание,
оно разрастается внутри меня,
но спроси меня: кто-то убит? —
я не знаю,
кто-то нарушил порядок? —
я не знаю.


***

Я смотрю по сторонам и вижу,
что в целом неплохо ориентируюсь в реальности консенсуса,
вот что я скажу тебе,
который младше:
некоторое время ты будешь надеяться на мифических старших,
мол, старшие понимают, старшие устроят,
на власть, которая государство,
на власть, которая в нотках произносимого,
можно прожить жизнь и так и не понять, что же это такое — власть,
она струится, она течет, она не видна, но всеми ощутима,
в общем, некоторое время точка опоры будет подразумеваться тобой
где-то за пределами твоего тела,
на самом деле
все мы несемся на разной скорости к смерти,
некоторые из нас умудряются с ней разговаривать,
например, сиди на месте, сука,
и нет, это не я говорю,
это, как правило, говорит смерть,
мы несемся к ней каждый в своем времени,
и почти никто не знает,
что с этим делать,
наша жизнь произведение,
посвященное смерти,
дон Хуан говорил,
что она слева и если хочешь получить добрый совет,
посмотри на нее,
а затем посмотри на то, что ты делаешь.
В общем, нет никаких взрослых,
этих людей, которые понимают больше твоего,
таких людей нет,
ничья власть тебя не спасет,
на самые важные вопросы по-прежнему нет ответа,
никто ничего не знает,
миллиарды до тебя ничего не знали,
миллиарды рядом с тобой ничего не знают,
миллиарды после тебя будут ничего не знать,
даже если ты им расскажешь.
Так что посмотри по сторонам и — не знаю —
прими решение,
найди свою смерть,
где-то слева,
ее ледяное молчание — это одобрение.


***

Сверни с главной улицы,
приглуши мотор,
не будем смущать местных жителей,
пять домов по левой стороне,
семь по правой,
возможно ли на примере нескольких семей
отследить ход мировой истории?
Здесь — безусловно,
ведь мы в самой глухой глуши,
твин пикс,
простирающийся во все стороны света,
здесь есть всё,
и еще сверх того.
Ёкает ли у тебя в груди,
когда в окне ты видишь семью,
собравшуюся за ужином?
Под лоскутом асфальта обязательно есть Аид,
мост можно перебросить от произвольной точки,
в лесу поблизости живет страшное,
боги прошлого повсюду,
лучше им оставаться неназванными,
каждое новое поколение
дает им все меньше,
они голодны,
их глаза горят,
поэтому они пристально следят за дерзкими детьми
с пытливым умом.
Одно и то же послание
передается из поколения в поколение —
о своих и чужих,
подлежащих травле,
их будут гнать камнями в спину,
чтобы затем принять обратно
как новых гневных богов,
не узнав в сверкающем лике
лица, когда-то хорошо знакомого,
с рваной линией губ.


***

У тебя совесть есть?
Спрашивают люди, обремененные совестью, друг друга.
К сожалению да.
Как показала многолетняя практика Хеллингера,
у человека есть целых три вида совести —
личная, коллективная
и некая духовная,
которая, если повезет или если ее не глушить первыми двумя,
поведет нас по небесным полям.
Самое забавное, что
личная и коллективная совесть находятся в конфликте друг с другом,
а также с жизнью в целом,
особенно это заметно по краям,
где живут маргиналы.
Перепрыгивая через ступени,
мы с чистой совестью принимаем на себя бремя отцов и матерей.
Нас, своих, пятеро, а чужих целый мир —
это действие личной совести.
Этот конфликт заложен в нас как бомба от рождения,
от него умер Гамлет, от него погибает много настоящих людей,
он то, что делает человека героем, зачастую посмертно.
Не потому ли нас восхищают социопаты,
которые то ли лишены чего-то основополагающего,
некоего социального чувства,
то ли являются улучшенной версией человека.
Так что да, у меня есть совесть,
и если она будет прогрессировать,
я умру.


***

Мы пришли сюда, чтобы дышать,
а что же вы делаете? —
говорит вакханка.

Вы не умеете отличить
метафору от руководства к действию —
говорит даос, стоя на площади.

Это было волшебное время,
когда каждый мог быть кем угодно,
но в основном предпочитал оставаться собой.


***

Спросишь кого: кем ты был в прошлой жизни?
Все были Клеопатры, Александры Македонские,
Иисусы, Нефертити,
великие полководцы, спасители человечества, монахи,
Гименеи, что физически вряд ли возможно,
тем не менее иногда встречается.
Мир полон людей, которые в прошлой жизни были Леонардо
(одно из двух:
либо все, кроме одного, ошибаются,
либо идея о свернутых измерениях справедлива),
если было бы возможно провернуть штуку с выявлением
хозяина предметов в прошлой жизни,
о, как много бы их зажало в бренной лапке
кисти Леонардо, Караваджо, Рембрандта, Тициана.
Кто чуть более образован,
тот довольствуется прошлой жизнью Адриана Коорта или Еврипида.
И мало кто ответит честно:
я был крестьянином,
я пела на плантациях своих господ
низким черным голосом,
я был Мелет, обвинитель Сократа,
плохой поэт и убийца,
я была той,
что сидела в первом ряду и видела все,
я был Тед Банди,
сейчас я вегетарианец,
не говорите, что мне многого не понять,
мол, многое не высказано, немыслимо,
между нами и нормальными людьми пропасть,
между нами непроходимая стена —
ерунда. Я такой же, как ты,
всё, на что способен один,
может и другой,
и пусть это неправда,
доля истины в этом есть.


***

Древние люди кормили своих мертвецов
через трубочку,
ученые утверждают,
что ими двигала не теоретизированная мысль,
они, скорее, руководствовались инстинктом.
Думаю, наши современники, которые, например,
готовы поступиться интересами других
ради собственной выгоды,
тоже руководствуются тем же инстинктом,
Платон говорил,
что не может человек по своей воле поступать плохо,
зная, что некий поступок является плохим,
носители антропологической ценности,
они не ведают, что творят,
пока остальные не ведают, как их оценить.


***

Написав одно предложение,
я думаю над другим,
и между ними то тут, то там появляются лишние слова,
они как сорная трава, лишены сути, уводят в никуда,
некоторые мне вообще не принадлежат
ни по форме, ни по содержанию.
В самом конце на завершенной картине
будет что-то,
на ней не будет целой вселенной сорных трав,
огромного, ложного, неуместного мира,
цветущего по другую сторону.


***

Квентин Тарантино рассказывал,
что отец появился, после того как режиссер стал знаменит.
Когда появляются слава, или деньги, или и то и другое —
впрочем, порой достаточно и просто обширного воображения —
на горизонте возникают толпы отцов,
они приближаются, понурив голову,
протягивают руки,
«дитя мое, подойди» — говорят они,
«это я, и это всегда был я» — говорят они,
ты можешь из них выбирать,
можешь взять сразу нескольких,
один из них даже сказал:
сей есть сын мой возлюбленный, в котором мое благоволение.


***

Очень полезно вырастить внутри себя —
как продолжение любви к неорганической химии —
собственного доктора Хауса,
который критически относится ко всему,
что ты делаешь, что чувствуешь, о чем думаешь и в чем убежден.
Он смотрит на тебя самого и на окружающих с интересом,
не спешит с выводами,
человек — любопытная комбинация травм, защитных механизмов и коротких прозрений,
образованности и невежества,
возможно, тот или иной человек таков как он есть,
потому что кислород поступает к соответствующим участкам мозга
в недостаточном количестве,
хорошо, когда человек проявляет амфотерные свойства,
если же человек слишком добр,
вероятно, у него воспаление мозга,
следует сохранить опасение,
что просветление является чем-то вроде осознанного инсульта.
Лишая бога антропоцентричных черт,
доктор Хаус пользуется бритвой Оккама,
по его мнению, многое объясняет,
например, принцип Ле Шателье.
Пациенты прибывают,
диагнозы повторяются,
самый любопытный симптом —
собственная хромота.


 
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah