| на главную
| рабочий стол
| сообщество полутона
| журнал рец
| премия журнала рец
| on-line проекты
| lj-polutona
| фестиваль slowwwo
| art-zine reflect
| двоеточие
| журнал полилог
| книги
 

RSS / все новости

Новая книга - Сергей Сорока. Тексты. |
Новая книга - Бельский С.А. Синематограф : сборник поэзии. – Днепр : Герда, 2017. – 64 с. |
В. Орлова. Мифическая география. — М.: Воймега, 2016. — 88 c. |
Новые книги - Борис Ильин, Сон и Где постелено |
Новая книга - Иван Полторацкий, Михаил Немцев, Дмитрий Королёв, Андрей Жданов. Это будет бесконечно смешно. |
Новая книга - Иван Полторацкий, Михаил Немцев, Дмитрий Королёв. Смерти никакой нет. |
Новая книга - Кирилл Новиков. дк строителей / и / пиво крым / и / младенец воды. |
Новая книга - Александр Малинин. Невод. |
Новая книга - Максим Бородин, Алексей Торхов - Частная жизнь почтовых ящиков. |
Не прошло и десяти лет, как мы починили RSS трансляции. Подписывайтесь! |

| вход для авторов
| забыли пароль?
| подписка на новости
| поиск по сайту








Макулатура москва прием макулатуры в москве цены www.mosvtor.ru.



Алексей Порвин

печатать   стихотворения из "Поэмы определения"



ПЕРКУССИЯ

Не время, втяни теплеющий
прибрежный ветер любых маршрутов:
ртом втяни – и вызнай вкус.

Простукивал доктор пальцами
грудную клетку, искал пусто́ты,
их к здоровью приравняв.

А прежде, к волна́м спустившийся,
ты видел те же картины внятных
и старательных забот.

Где берег дышал возможными
путями жизни: втянись в любые
(как при вдохе – воздух дня).

Качался камыш, постукивал
по стенкам полых перемещений,
названных пространством зря.

Не этот ли жест продляется
заместо светлой секунды, полной
выдоха твоей земли




***
Вертикальное пропитыванье светом
натолкнулось на упавшую монету:
всё тебе предшествует, блеск.

Кто глядит в рассвет своим насквозь, кто слышит
как душа сопротивляется звенящим
образом, не значащим всех?

Световых полно проникновений, знают:
глубина равна прощенью, но не всякий
свет себя решит отражать.

Так тверда монета в маленьком сиянье,
что в своих решеньях люди усомнятся,
если даже в слове темно

как в кусочке почвы, что прикрыт монетным
серебром гербовым: о, впитать бы малость,
льющуюся сверху/наверх.




***
Сужденье разве верное состоит
из ржавых обломков брони,
из ветхих камешков городища?

Придерживаться шелеста лепестков
труднее, чем завтра: идут
по лугу – громкие разговоры.

Низинами звучащими – на тебя
всё смотрит; скажи: неверны
воззренья, полные пред-заката.

Такое было осенью, но другой,
в словах, колыхавшихся вдаль:
они не видели увяданья.

Разубеждать в цветении довелось:
спросонья почудилось вам…
Но точка зрения полевая

до горизонтов облачных разрослась:
и люди в неё включены
как части сверенных убеждений.



***
Два, конечно, измеренья
верба имеет: красоту и просвет;
геометрия растений – чувству

разъяснит понятье плоскость,
даже когда спортивный полдень всего –
победителя померил высью.

Кто привяжет многомерность
к тёплым просторам, словно лодку к столбу
загрустившего причала, скажет

– Метишь в тот сегмент людского
сердца, где радостные даты звучны
вперемешку с фразами про завтра:

сырость, нынче не допрыгнешь.
Сможет кузнечик, смогут брызги реки
напружиниться, взлетая в слово.

А твоя привыкла мышца
к плоскости вербной, не к пустой высоте,
да и скучно с мглою состязаться.



***
Горсть песка успела в себя
впечатать рельефы ладонные,
линию любви в себе проложить

прежде чем смешаться с толпой
песчинок, помедливших в береге?
Участь почвы изменилась легко –

линия любви пролегла,
затронув глубинные образы:
норы, темноту, грунтовый душок.

Можно у воды постоять,
ладонь поразглядывать в отсветах,
линию любви к глазам приложить.

Вспомнить: зрение копнули лучом
о́блака – и много нашли
законов твоих ископаемых

оптик (нынче участь почвы легка)
– много откопали, но всё
не то, чем пейзажи досказаны.



***
Из мест полуденных приходящий,
где ягода – бесперебойная звезда,
населенная похожестью на слезу

и ртовой памятью о кислинках –
всмотрись в планету здешнюю: в словах висит
как цветок, грозящий завязью набряка́ть,

плодом негаданным оказаться,
а что угрозы тем, кто земляничный взмах?
Стебельки и листья вовремя отойдут

от здешней пустоши, от сравнений
с крылом, поднявшим предночной простор: теперь
и не нужно карты звёздные вспоминать.

Шаги возлюбленной так ритмичны,
что пуговицы платья гаснут невпопад –
но не с птицами и звёздами; а себя

подобным выскажешь утешеньем:
в твоем кармане земляника и слова,
населенные похожестью на слезу.


***
Хвалы достоин, кто смог не думать:
допустим, чистотой нетрудной
предстанет осенний луч –

Вот пыль, вот мусор движений малых –
от дома идти к ларьку:
их сколько – в радости, в печали?

Вода покрылась минутой, хрустко
горящей на солнце – вдаль;
глаза бесслёзно смотрят в небо.

В прибрежных днях накопилось грязи
так много, что потребно пламя:
с пейзажем другим – роднись.

Во льду озёрном светло, как в топке:
подбросить свой взгляд сухой
туда, чтоб в душу полыхнуло?

Из чувства нужно немного выжечь:
достаточно словесной вспышки;
а льдистое время – дням.