RSS / ВСЕ

|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
|  Новый автор - Сергей Мельников
|  Новый автор - Лотта Заславская
СООБЩЕСТВО ПОЛУТОНА
СПИСОК АВТОРОВ

Борис Херсонский

БОГИ УКРАИНСКОГО СЕЛА

22-03-2013





БОГИ УКРАИНСКОГО СЕЛА

***
В крашеных рамах - холсты.
На черном фоне красные, слишком большие цветы,
округлые лица в круглых нимбах сияют из черноты.

Вот они, "боги" украинского села.
Бабка хозяйки - повесила, внучка хозяйки - сняла.
Хотела выбросить, потом на чердак снесла.

Под камышовую крышу, по-украински - дах.
Оттуда лучше слышен щебет небесных птах.
Сельские птицы знаю толк в сельских богах.

Какой - от лихорадки, какой для дождя,
кого просить о легкой смерти, в мир иной уходя,
кого - об урожае, огород городя.

Кого, чтобы сын вернулся с войны невредим,
кого - чтобы хлеб благословил, который едим.
В каждом деле свой бог людям необходим.

Для земли, для сохи, для лошадки, что тянет соху,
для ножа, которым горло режут рыжему петуху,
для юродивого, который пляшет и несет чепуху.

Для сельсовета и для райкома, для первого секретаря,
который едет с отчетом в город ни свет ни заря.
Для слепого деда, для мальчика поводыря.

Для тех, кто лежит на печи и тех, кто лежит в земле,
Для медного самовара, сияющего на столе.
Богов не может быть меньше, чем людей на селе.

*
Как большинство выпускников медицинского института, я прошел школу районного (по сути - сельского) врача. На первом году работы в Овидиопольском районе меня как-то послали по вызову в отдаленное село. После осмотра больного, замерзшего доктора пригласили в большую комнату - угостить чаем. Войдя, поразился - по всему периметру под самым потолком висели многочастные холсты с изображениями святых. Все - белолицые, румяные, на черном фоне, изукрашенном крупными красными цветами. Был холст с изображением Тайной Вечери, был коленопреклоненный старик со смешным львом на заднем плане (теперь знаю - св. Онуфрий)... Ничего похожего я никогда не видел. Что это у Вас? - спросил я у хозяйки. Та хиба ж я знаю? (Да разве я знаю?) - ответила она - Боги!

Я изумился еще больше. То, что святых в селе называют богами, было для меня и вовсе в новинку... Позднее я узнал, что обязательным компонентом таких икон были вышитые рушники. Если рушников на иконах не было, то хозяев-господарей соседи «судили», говорили, что боги у них «голые».

*
Второй раз я столкнулся с украинской народной иконой в доме своего друга-коллекционера Ильи (Люсика) Беккермана. Тот собирал иудаику и украининку (для семидесятых годов прошлого века - парадоксальное сочетание). У него и приобрел первые две украинских иконы, которые позднее подарил другому своему другу, начавшему долгий процесс собирательства и на сегодняшний день ставшему м.б. наиболее "продвинутым" коллекционером украинского религиозного искусства в Одессе.

Много лет спустя я сам начал понемногу собирать украинские народные иконы. Все они относительно поздние - от конца восемнадцатого до начала двадцатого века (одна, нарисованная на оборотной стороне куска обоев, скорее всего, написана уже после Отечественной войны).

За эти годы появилась литература, посвященная украинской иконе, изд-во "Родовид" выпустило прекрасный альбом "Иконы шевченковского края", единичные образцы украинской народной иконы опубликованы в альбомах Украинского Художественного музея и специальных монографиях. Особо хочу отметить католог выставки из собрания бывшего президента Украины Виктора Ющенко. Интересное исследование написал одессит Олег Губарь – тот самый, которому я подарил тогда часть своей коллекции.

*

Народная икона – это расхожий термин, но в него вкладывается различный смысл. Мне кажется, что здесь важнее всего две вещи – икона должна быть написана талантливым непрофессионалом. Вроде гоголевского Вакулы. Второе – иконы этого типа должны быть широко распространены в народе, их место скорее в хате, чем в храме («хатня», домовая икона - вполне официальный термин). Сельские церкви в Украине все же расписывали т.н. «академики», а именно – плохие подражатели академической «официальной» живописи. Академическая живопись, трансформированная рукой неумелого копииста, все же оставалась вторичным феноменом.
Народная икона первична, как рисунок ребенка. И это особенно ясно теперь, когда дети в детских садах начали рисовать на религиозные темы…
И в этом – особая привлекательность лучших образцов этого жанра.

*
В начале двадцатого века на Украину отправилась экспертная комиссия Синода, изучить состояние иконописного дела «на местах». Члены комиссии пришли в ужас от того, насколько деградировала иконопись даже в самом Киеве. С точки зрения официальных представителей Синода, искусствоведов, профессоров, поздняя украинская икона действительно была ужасной. Но с точки зрения крестьянина, у которого икона висела в доме, она была именно тем, что нужно: приносила в хату сакральность храма , выполняла функцию «оберега», служила символом преемственности, традиции – не случайно в центре домашнего иконостаса находились «родительские боги» - венчальная пара – Спас и Богородица с Младенцем, которой благословили молодых когда-то их родители…. Народную сельскую икону нужно рассматривать в контексте типичного интерьера и типичного сельского быта, полного тяжкой работы, болезни и горя.

Не случайно один из самых популярных сюжетов украинской народной иконы – святой Иустинианий, по преданию – был «чадозаступником», он заступался пред Господом за души младенцев, умерших некрещеными.

*
Собственно, в каждой хате было много икон – это видно на старых фотографиях крестьянского (селянского) быта. Да и мне, понятно, приходилось бывать в домах, где старый дореволюционный интерьер не претерпел существенных изменений. Разве что в одном доме на рушнике, покрывавшем «родительские» иконы было вышито «Санатория, Ялта, 1953 год». Для советского колхозника пребывание в Крыму было равнозначно паломничеству к святыне….

*
Политически Украина сегодня – унитарное государство. Но историческая судьба и традиции различных ее регионов была совершенно различна, на культуру регионов влияли различные факторы, в целом, соответствующие сегодняшним – русский и европейский. В свою очередь Украина стала мостиком, по которому европейская культура осторожно перебиралась в Россию. И в народной иконе закрепились различия, нечто вроде «школ» иконописи, каждая из которых была связана с определенным регионом.

*
Для украинских (подольских) икон были весьма характерны многосюжетные композиции, - чаще всего - триптихи. Их писали маслом по холсту, ткань была грубой, плотной, домотканой. Ее прибивали к раме изнутри деревянными гвоздями. То есть рама была и рамой и подрамником. Несколько таких дубовых гвоздей лежат у меня в ящике письменного стола. Сам холст после реставрации натянут на традиционный подрамник.
Фон на таких иконах как правило темный: черный, зеленоватый, коричневый. А краски –яркие, чистые. Фон украшался цветами. Иногда имелись и архитектурные сюжеты или попытки изобразить интерьер. Христос, Богородица, св. Николай, св. Варвара – вот наиболее частые сюжеты. Иногда изображался св. Георгий, св. Онуфрий с блинной бородой, полуобнаженный, коленопреклоненный. Рядом с ним изображался лев. Наивные изображения животных – особая статья они всегда очаровательны. И даже дракончик, которого, как собачку на поводке, ведет на цепи св Никита Бесогон выглядит вполне мирно и даже – симпатично.

*
И еще один сюжет – «Спас Недреманное Око»
Сам по себе сюжет - древний, встречается и на русских иконах. Но в украинской народной иконописи сюжет особенно популярен: Младенец, мирно спящий на кресте, в окружении орудий крестной смерти и предательства - даже петух, трижды прокричавший Петру, гордо расхаживает здесь. И кошелек с тридцатью сребренниками валяется у подножья Креста. И молоток, и говзди. И копье с губкой. И игральные кости с помощью которых воины бросали жребий о хитоне Распинаемого. И рука стражника, которую отсек св. Петр.
На этой иконе объединены Рождество и Распятие. Смысл прост: Христос родился, чтобы умереть и смертью свидетельствовать о Истине.

А вот - стихотворение об этой иконе.

*
Спас Недреманное Око.
Масло, холст. Украина. Середина Х1Х в.

Младенец спит на кресте, подложив череп Адама
под голову, рядом разбросаны вещи
имеющие отношение к Страстям Господним: завеса Храма,
квадратные гвозди, губка, копье и клещи,

молоток (не хватает серпа), игральные кости -
разделиша ризы Моя себе и об одежде моей меташа
жребий, вонмем, премудрость, прОсти,
прокимен глас четвертый, верую, и страдаша

и погребенна, и воскресшаго в третий день по писаньям,
научившего нас Воскресению, но, для начала - страданьям.

Например - направление в онкологию. Или палата
в местной психушке. Или валят на землю,
бьют ногами в голову, или в живот, волокут куда-то.
- Человек, я взываю к тебе. - Я Тебе не внемлю.

- Я защищаю тебя. - Отойди, не Твоя забота.
- Ухо Мое открыто тебе. - Не услышишь ни звука.
- Я - твой Господь! - Мне дороже моя свобода.
- Вера тебя спасет! - Мне дороже моя наука.

- Близятся сроки! - Но мне интереснее строки
стихотворные, набранные типографским шрифтом.
- Образумься! - Мне надоели Твои уроки.
- Вознесись на облаке! - Я воспользуюсь лифтом.

Голгофа. Лобное место. Тела на крестах повисли.
Ты говоришь - сегодня явится Слава Божья.
Твой крест посредине. А наши слова и мысли
вместе с орудьями казни разбросаны у подножья.
*
Совершенно иначе выглядят иконы украинского Полесья, практически неотличимые от икон Беларуси. Во-первых такие иконы писались на досках. Во-вторых - манера живописи иная – краски больше светлые, красноватые, охристые тона, красками моделируется рифленый левкас ( никакого левкаса украинские народные мастера не применяли), крупные цветы в верхних углах иконы выглядят не так, как яркие розы подольских икон. Живопись икон Полесья в какой-то степени импрессионистична. Доски – большого размера с двумя и даже тремя шпонками. Иконы Центральной Украины меньшего размера и обходятся одной шпонкой, клиновидной, получившей название «ласточкина хвоста». Многофигурные композиции здесь практически не встречаются. Некоторые иконы выглядят предельно упрощенными копиями европейских картин. Наиболее распространенный из таких сюжетов – «Богоматерь трех радостей».


*
На Западной Украине (Галитчина, Гуцульщина) также в ходу были многофигурные композиции, развернутые по горизонтали. Но материал был иным – иконы писались на доске, со шпонками – только дерево было не липой, как в России или на юге Украины,а сосной, в изобилии произраставшей в тех краях. Гуцульские иконы писались краской по негрунтованному дереву, что делало их недолговечными – краска быстро осыпалась. Но и писались иконы быстро, отличаясь особой яркостью красок и примитивностью изображений, а поновлялись и вовсе за считанные минуты. Сюжет типичной гуцульской иконы практически стандартен: в центре Распятие с предстоящими, слева – Богоматерь с Младенцем, справа – св. Николай Чудотворец в митре. Иногда добавлялся св. Георгий. Здесь даже в иконах ХХ века можно заметить влияние средневековой Европы: дракон изображается в виде василиска – комбинации змея и петуха, весьма напоминающего изображения этого монстра на средневековых миниатюрах.

*
Здесь же на Западной Украине процветал и иной жанр – иконы на стекле. Это скорее региональный, чем национальный феномен. Похожие иконы рисовались и в Румынии (в состав которой одно время входила Буковина), в Австрии, в Словакии. Иными словами – в Прикарпатье. Вот где особенно яркие краски, и особо заметное сходство с детскими рисунками. И всегда на эти иконы духовные власти смотрели с подозрением, видя в них неумелость, оскверняющую святыню. Часто священники даже отказывались освящать их. Но они нравились людям настолько, что они предпочитали покупать именно такие образа, не заботясь о том, освящены они или нет. Традиция иконописания масляными красками на стекле сохранялась еще в пятидесятые годы прошлого века.
И опять же – краска легко осыпается со стекла, стекло бьется….

*

Такова общая судьба народных икон и предметов быта, часто они недолговечны. Из тысячи образцов до наших дней дошел,, может быть, один. Но таких икон было очень много – сотни и сотни тысяч. И сохранилось их совсем не так уж мало. Повторюсь – почти все они девятнадцатого и первой половины двадцатого века. Часто дошедшие до наших дней иконы в ужасном состоянии, их реставрация и даже консервация намного дороже их «рыночной» стоимости. А для коллекционера это, увы, имеет значение. Что касается Церкви то она, как кажется, не уделяет особого внимания наивной народной иконописи. А поэтому огромное количество памятников продолжает разрушаться….
Когда-то я решил, что буду приобретать в основном именно разрушающиеся иконы, чтобы сохранить их. И, несмотря на всю нетрадиционность этих икон для большинства верующих, на своем опыте скажу – молиться перед ними может не только крестьянин девятнадцатого века, но и доктор, живущий в двадцать первом.




blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah