RSS / ВСЕ

|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
|  Новый автор - Сергей Мельников
|  Новый автор - Лотта Заславская
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Звательный падеж

Георгий Соколов

03-04-2015 : редактор - Женя Риц





Теория струн



I

        Снится мне: крепостное право не отменили! За окнами кричат, беснуясь, обознавшиеся:
        -Крепостное право не отменили!
        Резким движением сажусь на постели. «Крепостное право не отменили» – стучит в висках. Дверь комнаты резко рвётся из косяка и с дрожью падает на пол – будто кто-то выбил. Но никого. Крепостное право не отменили!
        Лево отменили, а право – не отменили.


II

        Как ещё не научились смотреть сквозь дома? Стою у дома, смотрю – а нет дома, нет дома никого. Пыль, да камни целлофановые, да струны-атомы, и дрожат, дрожат от холода. Скину с себя куртку, подойду, хочу укрыть – боятся, отползают. А дрожат.
И как согреть прозрачные камни?


III

        Первую неделю после переезда мы жили в ужасном бардаке.
        Всё. Помню только одну фразу. Она кровавыми бороздами врезалась в моё сознание, в мою память, в мою душу – в то мягкое и податливое пространство, которое так по-разному называют, но так одинаково глупо и неточно звучат эти названия!
        Фраза потеряла смысл. Потеряла значение. А главное – потеряла смысл значения, ей совершенно не нужно было что-то означать, осмыслять.
        Каждое слово, задрожав, прорвалось из огромных, резиново-золотых букв, которыми оно каменело в сознании – и потекла бесформенная жижа, расползлись слова на буквы и звуки, превратились в невнятное мычание, в тарабарщину…


        IV

        Лай отдалённой собаки – как ликующий смех прилунной ведьмы.
Там, далеко – и Луна, и собака, и ведьма, и лай – кружат вальс в вихре рок-н-ролла, трепеща и развеваясь на ветру, словно весенне-осенняя тоска перехода.


V

        Поднимаю (поднимает?) глаза…
        На меня смотрит (смотрю?) тройной некто (никто?).
        Его нет. В кофейной темноте за стеклом – только оголённый космос, и ещё – моё (твоё?) отражение. Граница – скобки.
        Пошатываясь (расползаясь на струны?), я встаю – отражение же ещё сидит, вглядываясь в рассыпающееся своё отражение отражения. Диагональные углубления в мир мифов и лабиринтов бесконечно любуются сами собой…
        Я подхожу к яркому столу.
        Я подходит к яркому столу.
        Он подходит к сгнившему столу.
        Он подхожу к гнилому яркому столу.
        Они покинули твой мир – мифы нашли ключ к лабиринту, и «че» от ключа оказалась, будто коса.
        Все разом заговорили, одним голосом переливаясь неостановимо-бесконечной игрой бликов.


VI

        Никакие стихи не нужны тем, кто сам – песня, рифма, стихотворение!
Стать музыкой,
        стать поэзией.
Не веществом, не телом – духом, изнутри.
        Стать стихом, превратившись в порывный, для самого себя неожиданный, тепловато-пронзительный воздушный ручей.
        Не подбирать к струне ноты, не прилаживать замёрзшие, оловянные пальцы – а мелодично звенеть, не от неведомых рук, а вопреки, насквозь. Звенеть, исторгаясь из струн волшебной вибрацией, нотным дрожанием… И замирать, замирать в конце, там, чуть дальше, за горизонтом, в полумгновении после линии – то есть, звучать вечно и не угасать никогда…


VII

Руки
сами случайно
без участия глаз
пишут странное слово Луна
то ли обещание
то ли приговор
или и то и другое?

[фокусируется слово расплывается]


8

        Витая
        струна лопнула
расплелась
        рассыпалась
осколки-песчинки создали
круговорот.
Воронку
        конец света –
    в струнном порошке,
который и уже струна снова
и – никогда не вернётся назад.
    Слова торопливо соскакивают
с края.
Стола.
Бегут – и звенят, натянутые до предела,
    до разрыва.
И лопаются,
        И рассыпаются.
Расплываются.
расплетаются
завиваются в воронку.
Витая
после этого. Высоко


9

        струны состоят из камней, а камни составлены из песка, а песок – из гласных букв, а они – из удивлённых взглядов, от первых веков нашей эры.
        это значит, что где-то есть струны, составленные из испуганных улыбок до первых веков нашей эры (до всегда может стать нотой – но от этого ничто не поменяется)
        чтобы ходить, приходится преодолевать камни, а камни преодолевают дыхание миллиардов полупризраков.
        точки недвижно сияют, но им приходится струниться, хотя знание того им неведомо.
        все точки стоят в конце

10.12.14

blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah