RSS / ВСЕ

|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
|  Новый автор - Сергей Мельников
|  Новый автор - Лотта Заславская
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Гала Узрютова

Обернулся, а там ― лес

17-07-2014 : редактор - Василий Бородин





Посреди травы, посреди травы он лежит ―
Голову на бок не повернет,
Где у травы середина ― где у травы бок.
Как лег, так и смог ―
А не смог ― кто ему скажи,
У травы нет ног ―
Рта травы ― за нее ― жужжит:
У травы все живы ― у травы ― все живы.


***

и воют, и качаются старухи на ветру ―
уже доска кончается, сейчас я упаду ―
и затевает первая ― а где же дед ― мой ― дом ―
вторую слышно громче ― и сына ― нету ― в нем ―
никогда со двора я уже не уйду ― третья воя в ветра поддувает ―
а четвертая землю ногой причитает ―
― где все люди ― где все люди ― где все люди ―
раз и два и триводит руками ― дочери сыпет в подол
и несет ей на стол ― ягоды ― какие твои годы ― погодила бы ты


***

Если будет смеркаться, куда мы пойдем?
И как ночью мы дом тот найдем, где ждет нас собака?
И кого мы оставим на нем?
И кого ― мы оставим ― на нем?
Или снова Его позовем?
Или снова ― Его ― позовем?
Но Его ― предадут ― только ― завтра.
Если крест ― это дом, то куда мы пойдем?
И кого ― мы оставим ― на нем?
Мы на ощупь идем ― мы ― на ощупь ― идем ―
И на ощупь нам ― лает собака.


***

Дом, в который нас привели,
Оказался слишком маленьким,
И нам пришлось жить снаружи.
А в том маленьком доме рождались люди,
Они стучались изнутри, мы открывали им дверь снаружи,
И они заходили в гости.
- Какой у вас дом большой, - говорят. - Сколько метров?
- Мы не считали, все идем, а он не кончается.
- Так это можно у вас много маленьких домов поставить,
И все тут будут жить, все поместятся.
Они расставили у нас маленькие дома,
Оттуда тоже стали появляться люди ― они стучали,
И мы уже не успевали им открывать.
Только откроешь одну дверь, уже колотят в другую, а в третью ― звонят.
В нашем доме стало столько людей, что мы уже не помещались,
И когда в триста седьмую дверь снова постучали,
Мы впустили гостей, а сами зашли в их маленький дом
И оттуда больше не выходили.
И никому не открывали ― в наш маленький дом ― никто ― не стучал.


***

У твоего имени глиняный-глиняный звук,
Я говорю его ― и оно застывает.
Дедово блюдце крошится из рук.
- Маша, ты чашку разбила? Бабушка заругает.
Поди посмотри ― там бабуля вишню перебирает.
- Баба, баба! Ты где?
- Тута, я ― у сарая
- Баба, а ты не заругаешь?
Птичья добыча в компот улетает.
- Я чашку разбила, из сервиза которая.
- Маша-Маша, так ты до свадьбы приданое все растеряешь.
- Маша, не трогай осколки в траве ― поранишься
- Мама, не думай ― я знаю ― я себе приданое ― собираю


***

Я помню всех женщин, которые меня не любили,
И вспоминаю тех, которые будут меня не любить.
Я бы тоже хотел их не любить,
Но они первые меня ― не полюбили.
У одной из них вместо лица был длинный-длинный ров,
И я прыгнул в него, ходил по кругу, но так и не смог вылезти.
До сих пор стою в этом рву.
У другой вместо пальцев были медузы.
Они всегда шевелились, будто ждали кого-то,
А я все не шел. Но когда я появился,
Медузы уже уплыли.
У третьей вместо глаз были вокзалы,
На которых опаздывали и успевали тысячи людей.
Поэтому она меня не заметила,
Хотя я пришел к самому поезду.
У четвертой вместо рта будет лиственница,
Но она не сможет меня позвать,
Потому что рот будет полон шишек.
Вместо пятой женщины будет ничего,
Я так и скажу ей:
Ничего, что не любишь.


***

Чужие радостны бывают голоса,
А тот, которого всегда не больно,
Произошел без шмеля и цветка, как встреча без
Тебя произошла и происходит лето без другого.

И был один, но вышел из второго,
А тот, которого всегда не слышно,
Уже торопится. И грохотал, во гОрло всё
молча и гогоча ― как будто не было, а уже снова.

Чужие радостны бывают голоса,
Но те, которые в саду замолкли,
Доносятся и громче, и свои. Бесшумно здесь
Идут или стоят ― сказать еще ни слова не умеют,
А уже Ваня, Федя, Саша, папин брат ―
Про яблони и вишни говорят.


***

Моя маленькая мартышка,
Я стою с тобой на остановке,
И нас никто не любит.
Хоть бы автобус остановился
Или супом запахло из ресторана,
Или бы мы попали на фотографию вон тех туристов.
Но они снимают реку — мы же в ней не отражаемся,
А смоковница уже зреет, хотя листьев еще не слышно,
Может, нас она пожалеет — и надкусит — не здесь — а выше.
Выходи — говори—поскорей—не задерживай
Добрых—и честных—людей —
На златом крыльце сидели — тех — кого — ворошили
Зазубривали — возбраняли — недоносили — на край положили — сапожник — портной —
Выходи — кто — ты будешь — автобус вот — твой.


***

У моста стоит собака ― что ей надо,
Что ей надо?
Старик идет, дряхлея, ― куда он идет,
Куда он идет?
Ждет девушка у метро ― кого она ждет,
Кого она ждет?
Начался ливень и льет ― зачем он льет,
Зачем он льет?
Драконит коробку ворона ― куда ее тащит,
Куда ее тащит?
Он смотрит на них из окна ― почему он не идет с ними,
Почему он ― не идет ― с ними?


***

Так смородина дергает за рукава,
Собирая и этих, и тех, и тех,
Я хотела, чтобы трава
Через спину росла
И цвела, и цвела, и цвела ― и цвела ―

Я смотрю в этот лес ― он идет и стоит,
Навалившись сухими корнями на спину,
И шуршит, и шуршит, и шуршит ― и шуршит,
И как ты ― говорит.
Я стою и иду,
А лес смотрит, как я назову ―
Сосны, дуб, ежевику, рябину.

Из леса выйдут все до третьего звонка,
И вот уже зверь содранный несется,
Я здесь стою и ― здесь ― стоит трава,
И нам ― прохлада― только остается.
И тот посудой в окнах раздается ―
Гремит ― гремит ― гремит ― гремит ―
Кто даже нА лето сюда не повернется.
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah