| на главную
| рабочий стол
| сообщество полутона
| журнал рец
| премия журнала рец
| on-line проекты
| lj-polutona
| фестиваль slowwwo
| art-zine reflect
| двоеточие
| журнал полилог
| книги
 

RSS / все новости

Новая книга - Сергей Сорока. Тексты. |
Новая книга - Бельский С.А. Синематограф : сборник поэзии. – Днепр : Герда, 2017. – 64 с. |
В. Орлова. Мифическая география. — М.: Воймега, 2016. — 88 c. |
Новые книги - Борис Ильин, Сон и Где постелено |
Новая книга - Иван Полторацкий, Михаил Немцев, Дмитрий Королёв, Андрей Жданов. Это будет бесконечно смешно. |
Новая книга - Иван Полторацкий, Михаил Немцев, Дмитрий Королёв. Смерти никакой нет. |
Новая книга - Кирилл Новиков. дк строителей / и / пиво крым / и / младенец воды. |
Новая книга - Александр Малинин. Невод. |
Новая книга - Максим Бородин, Алексей Торхов - Частная жизнь почтовых ящиков. |
Не прошло и десяти лет, как мы починили RSS трансляции. Подписывайтесь! |

| вход для авторов
| забыли пароль?
| подписка на новости
| поиск по сайту











Антон Маскелиаде

печатать   Кресты вместо орбит
редактор - Женя Риц



***
Рост с голосом на одной волне,
Пальцы с кольцами на второй войне,
Мужское и женское выбрано здесь,
Как выключить свет на миллиарды лет.
И спустишься вниз, смотря в пол,
И красным штрихом встанешь на стол,
Потому что в о
Обозначен прокол.
Потому что ее разорвать,
Прокричать
Не достаточно.
Потому что она станет плясать,
красной гуашью вещать
Планетам с крестами вместо орбит.

Холодные камни становятся лавой, когда их разрывает магнитное поле гиганта.


***
Смотри, ты пустая, ты пустая внутри.
Только фантики-брови, и всхлопывания ресниц.
Тело звенит тишиной голодных волчат.
Полые кости через полные губы резонансно молчат.
И мой интерес ограничен каскадом убежавшего молока,
И мокрых глаз оголтелого стада и их вожака.
Их слюной наполняются вены твои и уста:
Обновленная, загорелая и мерзкая простота.

Ты коснулась, и я замолчал.
Сглотнул.
Вкус молока.


***
Если оказался в лифте, летящим вниз,
с блоком защитных команд, который завис.
Нужно прислониться щекой к полу
направо повернуть голову
и с волей, открывая глаза, забивая стон,
думать, что это сон.
Если на рельсы метро слепящий свет
дает понять сколько тебе было лет,
грудью к полу в яме повернись направо,
молись.

Я буду тихонечко умирать на кроватке и смотреть вверх.


***
Английская луна ничем не отличается от русской:
хрустальные почки, белые зубы сормовской люстры.
Моя бабушка ничем не схожа с английской:
белая кожа, хрустальные нервы и первая в списке
вековалых дорог, проходящих под океаном
с гусьей водой
в стареющей ванне
разливаются над головой.


***
Не бойся что губы черные
Разукрашу красно зеленым
Как первые слайды беззвучно
Раскрашу вручную поштучно
Подойду к ожившим чертам
Подойду еще ближе к годам
Прислонимся морщинками лба
Соединимся пропастью глаз
Улыбнемся

Тут я впервые насторожился
Улыбка похожа на спицы
Платье поплыло чернилами
Ты размазана магнитными силами

Я очень расстроен

Как тебя съели года
Как камень вода
И значит дело не в округлостях и красоте
А в острых ребрах и тупой простоте
Будь всегда молодой
Будь всегда острой и молодой
А я продолжу тебя рифмовать
С липецком, с питером отожествлять.
И не важно, что ты не жива,
Просто все дело в том
Что ты в сорок седьмом,
И ты мне очень нужна.


***
Морщинка на стыке фаланг и хрустящий след
старше твоих самых оптимистичных лет.
Миллион черепков назад, когда первая мама гладила свое дитя
так сейчас ты гладишь меня.
И если не видно мою могилу среди вызывающих пыль,
посмотри глубже она впереди.
Под стенами цифрового собора,
она все берет и дает эхом слово.
А когда все затихнет и победит тишина,
сквозь серый бетон проступит она.


***
С температурой клеюсь к стенке гостиницы,
Молекулярный флирт и меня уже нет.
В воздухе растворяются Суфьяны Стивенсы,
Вычитая пространство на возраст n лет.
И вдруг проявился на высокой точке
Рядом с плачущей дамой и горящем салоном
Рядом с дымом, обнявшим за голову дочку,
Рядом с солнечным стоном.
И первая мысль возле крыла:
А кто здесь был до меня?
Вот в эту секунду, в этом конкретном пространстве
Кто-то уже протыкал, где невозможно тонко?
Как эта кричащая женщина с мертвым ребенком,
Как лучи, ласкающие фюзеляж самолета,
Как кусок прокушенной губы второго пилота.

Как отходящий с пистолетом парень,
По привычке тронувший козырек.
Я немного расстроен, что слово «станет»
Спотыкнулось о мое сердечное «ЁК».

Но зато я знаю, зачем это пекло.
Теперь я понимаю, о чем оно.
Я — молекула.
Ты — водоем.


***
Через локтевой перекрест,
сквозь плечевые суставы,
между молочных желез
за зеленые травы
Пробираться насквозь
по белеющим мукам
замесить тебя с луком
чтобы слезы рекой
и твоей головой управляют квадраты.
Ты как брат мне
небось не боишься
остаться с пустой головой.
Округляю


***
90% моей головы состоит из воды,
Остальные 10 у тебя на плече.
90% ног все стоят и ждут стук рук
Об блестящий поток.
Водопад, состоящий из нас, никогда и не был таким —
Это был мой глаз и мой глаз в океане тоски.
Идем под ливнем, промокая насквозь,
И ни один гвоздь не пройдет сквозь шапку грозы.

Наутро появится нужная роса.


***
Слушай, я не читал твою Рубину и не слушал твои листы,
Я просто влюбился в твои губы из бересты.
На них можно разглядеть древних детей,
Ведь я друг Гекльбр Финна.
Эти складные метки костей
всего лишь рисунки Онфима.
Я знаю как тебя покорить
и друзей твоих покорить знаю как —
Матовый экран, нижнюю губу прикусить,
Языком провести, веки, брак.

***
Человек произошел от тебя.
С твоего носа пустилось начало.
С юбки синей, с джинсовой куртки
с балеток и комариных укусов.
С пьяного взгляда и кольца на руке на левой.
С сумки кожаной квадратной.
Со взгляда тревожного без доверия.
И обвинения.
С того места, где поезда.
Эй, ты куда!


***
Вырубить ближнего,
Вылюбить нищего духом с рукой на твоем плече
Под силу тебе?
Зубами врезаться в головы, оставаясь голым
Детский кофе утром ошпарил запахом краски трамвая из 90-х

или
гта 4