RSS / ВСЕ

|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
|  Новый автор - Сергей Мельников
|  Новый автор - Лотта Заславская
ADV

SorokaInfo лучший портал самых важных новостей для любознательных.
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Евгений Козаченко

Улица, голоса

05-09-2012 : редактор - Женя Риц





        Спешу по Ростовской набережной, подхожу: можно пройти на территорию? Нет, обойдите, пожалуйста, здесь нельзя.
   Даю крюк. Мимо идёт мужик, щурится по-чеширски и на ходу пытается соорудить себе самокрутку. Останавливаю, уточняю.
   – Пройдите, там дальше ступеньки, и по ним. Надоело стоять, никто не хочет в тени стоять, все на солнце вылезают, – улыбается и уходит.
   Спешу, поднимаюсь. Один человек в форме, второй человек в форме.
   – Здесь можно пройти?
   – Пожалуйста.
   Вежливость.
   По земле змеятся провода, шныряют телевизионщики. Там слово на заморском, здесь неродная речь. Английский корреспондент, отдавив ногу невысокой блондинке с огромным зеркальным фотоаппаратом, грустно улыбается и пожимает плечами. Мальчик, минуту назад споривший с кареглазым бородачом о геноциде русского народа в Чечне, внезапно обращается к народу: видел здесь кто-нибудь испанское телевидение? Невдалеке аккуратный японец готовится к прямому включению, оператор обращается к нему на ридной мове, японец, судя по всему, прекрасно его понимает.
   – Вы были в Балаклаве? Вы не были в Балаклаве. А те напялили – и привет.
   Здание, возле здания – заграждения:
   – Дайте проехать автозакам!
   – Уйдите с проезжей части.
   – Старый, ты чё, не понял? По мегафону сказали – уйди с дороги!
   – Уважаемые граждане, убедительная просьба покинуть проезжую часть.
   Вежливость, вежливость.
   По рации слышно: «Зачистить», людей оттесняют на газоны и тротуары, устанавливают новые заграждения. Молодой человек, опершись на заграждения и иронически глядя на серые кители и береты:
   – Новые «Окна РОСТА», дизайн от Патриарха Кирилла.
   Девушка пытается обойти квадратного человека в форме.
   – Девушка, здесь нельзя.
   – Увидите, чем это обернётся: начнётся революция, и тогда…
   Её перебивают шагах в двадцати: бу, у-уу, толпа неразборчиво бурлит и ёжится. То тут, то там: долой! свободу!
   – Проституткам – 15 лет тюрьмы! – трясёт кулачком хрипатый седой мужичок.
   – Свободу, свободу, – немедленно отвечает толпа.
   – 14 лет проституткам, – не унимается мужичок.
   Смеются:
   – Гляди, скостил один год.
   Из ничего выплывает старуха в засаленном домашнем халате и косынке на голове.
   – Люди добрые, помогите, кто чем может, двух сыновей убили в Чечне, обоим по 18 лет. Вчера написала Путину, но кому есть дело до стариков. Помогите, кто чем может.
   Два месяца назад ту же старуху видели в районе Таганки, она ловко обходила зевак и телевизионщиков, жаловалась на то, что слепая, совсем слепая, и сокрушалась о бездействии властей. Корреспонденты «Новой» записывают её телефон и обещают помочь.
   То тут, то там:
   – Я устал… Пошли отсюда.
   Отвечают:
   – Нельзя.
   –Почему?
   – Мы ждём приговор.
    –Ты прав.
   На РБК пытаются оценить численность, сходятся на пятистах. По школьной привычке прикидываю: пятьсот – это, считай, 15 классов. Хорошо, 17. Не до конца забитый школьный двор. Смотрю вокруг: толпа обтекает телевизионные фургоны, газоны, клумбу, мост Богдана Хмельницкого и палатки с прессой и хот-догами. Стоят вдоль дороги, стоят на дороге – там, где не перекрыли.
   – Жиды, проклятые жиды. Вот вы говорите – 17-й год. И таки знаете, по чьей вине? – это появляется осколок казачьей армии: папахи, кокарды, имперские шевроны, их быстро облепляет взволнованная общественность и городские сумасшедшие (про евреев – они, окаянные). Красавец-казак, как две капли воды похожий на императора Николая, вежливо спорит со словоохотливой круглой тёткой.
   Реплики, реплики.
    «Коалиция за нравственность», – говорит один плакат. «Путин – источник опасности», – перебивает другой. Футболка на толстяке спокойно размышляет: «Pussть сидят». Майка на бритоголовом огрызается: «За Пусь».
   В нескольких шагах от казаков стоят и ослепительно улыбаются лесбиянки.
   – Кстати, а как лысая певица?
   – Какая из них?
   – Ну, огонька вам!
   – Счастливого пути.
   Кинокритик Д. смотрит по сторонам, потом извлекает книгу и постепенно рассеивается.
   Писатель Г. растерянно закладывает руки за голову, шевелит бровями, брови превращаются в мохнатую чёрную гусеницу.
   Где-то затягивают песню и что-то жгут.
   И когда в шесть на кривых ногах появляется новость и расползается по толпе, кто-то начинает скандировать, кто-то разочарованно чертыхается, кто-то, нехорошо ухмыляясь, тушит бычок и поворачивает к метро, а кто-то даже не удивлён.



                                                                                                                                                            17 августа 2012 г.
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah