| на главную
| рабочий стол
| сообщество полутона
| журнал рец
| премия журнала рец
| on-line проекты
| lj-polutona
| фестиваль slowwwo
| art-zine reflect
| двоеточие
| журнал полилог
| книги
 

RSS / все новости

Новая книга - Иван Полторацкий, Михаил Немцев, Дмитрий Королёв, Андрей Жданов. Это будет бесконечно смешно. |
Новая книга - Иван Полторацкий, Михаил Немцев, Дмитрий Королёв. Смерти никакой нет. |
Новая книга - Кирилл Новиков. дк строителей / и / пиво крым / и / младенец воды. |
Новая книга - Александр Малинин. Невод. |
Новая книга - Максим Бородин, Алексей Торхов - Частная жизнь почтовых ящиков. |
Не прошло и десяти лет, как мы починили RSS трансляции. Подписывайтесь! |
Газета Метромост. Выпуски 6-8. (.zip) |
Новая книга - Константин Шавловский. Близнецы в крапиве |
Станислав Бельский. Путешествие начинается. Днепропетровск: ГЕРДА, 2016. |
Новая книга - Ницше Ф. Дионисийские дифирамбы. Перевод Алёши Прокопьева, 2015. |

| вход для авторов
| забыли пароль?
| подписка на новости
| поиск по сайту








экскурсии по пригородам санкт петербурга

метеор стоимость петергофе.



Алексей Порвин

печатать   8 поэтов



Krista Benjamin
Криста Бенжамин (род. 1970) – американский поэт и прозаик. Оригинал стихотворения, переведенного на русский язык и публикуемого здесь, включен в антологию The Best American Poetry 2006.

ПИСЬМО ОТ МОИХ ПРАРОДИТЕЛЕЙ

Мы бы не стали это писать,
не стали бы даже думать об этом. Мы рабочие люди,
и времени у нас нет. В древней стране

мы доим коров или разносим почту или
нас раскидывает по свету – в Южную Африку,
Коннектикут, Миссури и, наконец, в Калифорнию,
поближе к Золотой лихорадке –

Аарон и Лена руководят палаточным лагерем,
универсамом и почтовой службой в национальном парке Йосемити.
Моррис приходит позже, после землетрясения, находит два утюга

и кусок фундамента Сан-Франциско.
Тысячам проституток нужно погладить их юбки –
так он заработает достаточно денег, откроет галантерейный
магазин и женится на Сади – у всех нас есть истории, да, но мы
не мыслим такими категориями. Мы должны работать, у нас много детей.
Наши дети тоже займутся настоящей работой
и запишут тексты контрактов, а не свои размышления о жизни.

Мы документируем сделки. В наших журналах – температура, вехи в истории, симптомы. Мы не записываем сны. Мы размещаем еще один заказ,

доставляем очередную партию товара, экономим еще один доллар, давая следующему поколению – роскошь времени:

пусть напишут о нас.




Marjorie Agosin
Марджори Агозин – (род. 1955) американский поэт, автор многих поэтических книг. Публикуемые здесь переводы – из ее книги The Light of Desire (2009).


Твоя память – моя ночь

У ночи внутри
Где плоть изобретает слова
Заклинание, обернутое
Лаской
И я ищу темноту любви
В прозрачности желания

Твоя память – моя ночь, где я обнаруживаю тебя
Ведь темнота рассказывает истории
Я обнажаюсь среди теней
Чтобы идти к тебе
К небесной рапсодии

Твоя память – моя ночь
Я несу твой тихий звон внутри себя
Я несу тебя во рту, отказывающемся не звать тебя

Твоя память – моя ночь
Память твоего тела, склонившегося над камнями цвета зари
В Иерусалиме – ночь дождя
Когда судьба обессмертила нас
И память стала почетным местом воссоединения
Где мы занимались любовью
у основания ночи

***
Ко мне приходишь невесомый
и босой
Пересекая Иерусалим
на крыле весёлого ангела
Ты прячешься в его фиолетовых
Облаках
И я снова нахожу тебя среди камней
Иерусалима
Они теплые как твой рот
Они неизменны словно любовь
Начертанная мною для тебя
в памяти
Часто беспощаден и всегда втайне
Ты приходишь дать мне жизнь
Округлые и бесплотные плоды
Сорваны твоими заботливым руками
Я прославляю их
Я славлю тебя ты наполнен
Жизнью нашего сегодня
Губы к губам
Мы всё ближе к детству
Внезапно мы внутри у ветра
Так друг друга узнаём
Как тогда – мы были детьми
И целовались в лесу
Или в заснеженных долинах
Уставая от наслаждения
Думали о доме на берегу реки
И живых пространствах готовых
Впустить в себя Господний ветер


Твой язык

Ведь я люблю тебя
и медленно учу
твой язык, я повторяю
первые слоги
с придыханием между строк
Первая буква - Алеф
В себя вмещает всё

Я сплетаю твою речь – так я люблю тебя
Ты учишь меня говорить «твои волосы находят прибежище в ветре»
Умело ты скрепляешь мой рот
Своим поцелуем, схожим со светом безмолвия

Я Пенелопа на Святой Земле
Я учу твой язык
Ты целуешь меня своей речью
После семнадцати веков
Я люблю тебя в твоей речи
Вот – моя целостность


После дождя

Я вернусь после дождей
Когда солнце Иерусалима выставляет свою рану
Поспешно уходя на отдых
У камней Иерусалима
Я миропомажу щеки влагой с этих камней
Они древние, они яростно
Сопротивлялись боли воспоминаний
И я чувствую как необходимо
возвращение всех

Я вернусь после дождей
Когда зима согревает розовые
Камни Иерусалима
Так ты согреваешь меня
Солнце опустится мягко, словно чистый туман

И ты вернешься ко мне
Словно долинные маки
После дождя



Grace Andreacchi
Грэйс Андреаччи (род. 1954) – американский поэт, прозаик и драматург.

Ангелы над Берлином


Не каждый ангел ужасен
Есть хорошие и плохие
Учись различать

Те, что встали на пороге дома
умерших
пришли забрать нас домой
А мы всё еще чураемся их компании

Ангелы, которые сидят,
пряча руки в золотистые одеяния,
и ждут, когда мы ошибёмся –
затем врываются туда, куда все остальные
приходить боятся

Плохие ангелы заманят нас
в сияющие сады с поддельными цветами
Отличи плохого ангела по его обаянию
и чувству юмора

Хороший ангел - в слепящей броне
лязгает по небу
бьётся с ночными кошмарами
и демонами, жаждущими утащить людей
в ад

Сильнейшее сострадание к нам –
это плач за наши грехи
Сядь рядом с нами в нашей скорби
нежно к нам прикоснись
Они несут нашу любовь - это тяжелое бремя
Проходя весь путь до самого неба
И приносят нам подарки – мы их не видим, не ощущаем,
почти не ценим и выбрасываем
Потом они расправляют крылья
пологом света над нашим сном




Erin Belieu
Эрин Белью (род. 1967) – американский поэт.

ОТВРАТИТЕЛЬНОЕ КРЕСЛО

Гадкое,
обитое тканью цвета подарочной упаковки,
хромированное в нескольких местах;
его дизайн сгодится

для консервных банок будущего.
Оно гениально,
чудесно,
изготовлено ок. 1993 г.

Я смирилась со многим:
с порочностью выбора и с вещами,
которыми обладала или нет.

Но пусть эта запись покажет –
я была счастлива.

О, пусть это гадкое кресло
продолжает стоять! Для китайского аптекаря
с его корешками и микстурами;
для Пауля – работника банка;

для девушки в магазине Bailey's Drug,
она – эксперт по вопросам хны; и для Уоренна Беатти,
хотя он забрел неведомо куда. Для Флуффа и Фло,
вечно пьяных к полудню, и для женщины
из общества защиты ветеранов, читающей свой Vogue,
для перуанцев на углу, мимо которых едет автобус № 57,

за их приятные прохладно-оценивающие взгляды,
за их утонченные манеры.
Пусть сиденье кресла будет удобным,

но пусть это кресло будет отвратительным,
пусть нарушает все нормы правильной,
гигиенически-корректной, таксидермической элегантности.
Пусть в будущем у меня будет
какая-то гадкая вещь, я буду любить ее

здесь, в Бостоне, на Фаррингтон Авеню, д. 8.




Philip Gross
Филип Гросс (род. 1952) – британский поэт, прозаик и драматург. Оригинал стихотворения, переведенного на русский язык и публикуемого здесь, включен в книгу The Water (T. S. Eliot Prize 2009).


ШЛЮЗОВЫЙ АНГЕЛ

Низкий прилив заперт на морской замок,
десятиметровый обрыв к мутным отмелям… Дночерпатель ежедневно копает узкий канал…

Ил на берегу навален кучами – его подняли со дна, не спрашивай, зачем…

В эти высокие двери, ведущие в просторы, нужные миру, не нужно стучаться массе воды и весу истока:

ощути это пространство как содрогание, рожденное несходством, этим двигателем перемен.

Теперь, почти беззвучно, стержни приходят в движение.

С плавно растущим, градуированным зазором (механика его – чистая согласованность, как в токарном станке),
с запахом усыпальницы
два зелено-серо-коричневых загустевающих лезвия

воды – втекают. Они изгибаются, оперяясь в свободном падении: крылья

погнуты, трепещут, не планируют вниз, но выливают себя, чтобы заземлить себя –

жидкость, твёрдую как скала,
и неосязаемую,

бьющую себя, наказывающую себя
до появления пены, до изнеможения,
пока со вздохом ворота не распахнутся, и мир,

наш мир, крошечное судно, не проплывёт сквозь них дальше.



Martine Bellen
Мартин Беллен – американский поэт.


ФИЛОСОФИЯ ВЕДЕНИЯ ХОЗЯЙСТВА

"She died at play/ Gambolled away/ Her lease” (Emily Dickinson)


* Пятеро братьев-китайцев живут с умственно-отсталыми кошками, бродят по опушке леса в ожидании. Пятеро братьев названы одним именем, обладают одной природой, пятью жабрами, пятью дарами, живут в одном теле с пятью дверями. Когда Эмили мечтает, она воспаряет до последнего этажа, голова ее в облаках, она смеется как от гелия. Чашка чая с корицей. Эмили посещает пятерых звенящих братьев, они спасли ее от утопления, сгорания, увядания, усыхания - ночью она уходит в спектральный отрезок, и братья подводят ее ближе – спеть ей / прочитать ее любимую ложь, где чрева букетов жасмина и лютиков несут в себе аромат птичьих песен. Щегол Евхаристии порхает у ее рта (о!), пытаясь спастись от веры. В одном из сновидений она - порнозвезда – обхватывает своими крошечными бедрами полюс, как она обхватывает смерть своим умом - стихотворение на полюс, и сверху - еще стихотворение, а затем она одета в плоть того существа, которое создал Франкенштейн - в свой корсаж и измятый пояс, в лоскутную мешанину из гнилья. Выпечка имбирного хлеба **, просеивание сахара, вылизывание слез из глаз колибри - всегда Эмили вспоминает мироздание в стенах своей кухни, все эти кухонные предметы -желание, надежду, любовь - а теперь *** скалки, гербарий, электрическую мышеловку. Она охватывает каждое существительное, которое исчезнет в момент ее смерти и уйдет в ничто, слово – это то, что как облачный пирог **** летит, по-пчелиному гудя мимо уха, шелушится своим звуком и нежно тает. Ночь от страха выдувает всего одну звезду. Тромбонный воздух .*****. Трубадур.



Примечания:
* Стихотворение без местоимения "я" бродит по чистилищу, плывет через измученные моря вспоротых снопов, путешествуя в лето дальше, чем птицы.

** Утраченная глава о выпечке хлеба.

*** Язык это машина, которая вносит абстракции в жизнь, это полупроводник, позволяющий существовать контакту между световой волной и лампочкой; антоним языка: смерть, которая действует как микротрансформер предметов и переводит их в статус понятий. Вне власти одного неминуемого языка слова попадают в огромный чан со звуком.

**** Поместите полстакана облака в стеклянный шар. Добавьте лимонной воды. Щепотку слезной соли. Введите воздушный шартрёз, пурпур, кобальт и крем – медленно обёртывайте в воспоминания об удовольствии до состояния светлой и однородной смеси.

***** Без ребенка она всегда будет сломанной сосной, сгорающей в печи.




Комментарий:

Та, которая написала: " To die—takes just a little while—/They say it doesn't hurt»
-Насколько сильно она желала испустить последний вздох? Как специалист по вопросам умирания и скрупулезный регистратор умерших - их имущества, мыслей, чувств -
она жила в мире, которому можно было доверять настолько, чтобы забыть о нем.




David B. Axelrod
Дэвид Экселрод (род. 1943) – американский поэт.

СЛУЧАЙНАЯ КРАСОТА

Кто отрицает случайность красоты,
не понимает: шапочке клевера не нужна причина, чтоб цвести.
Другие видят: над каждым временем года трудятся боги
и герои, воплощенные в звездах.
С религией я в ссоре, она навязывает порядок тем вещам,
какие лучше оставить в покое.
Жимолость – благоухает совершенством откровения самой себе.
Между хаосом и подсчетом ангелом на кончике иглы –
я выберу хаос:
аквилегия, клематис в изобилии растут
на обочине дороги. Кому нужны Второзаконие
или Книга Чисел? Красота превосходит все законы.



Ralph Angel
Рэлф Эйнджел ( род. 1951) – американский поэт.

ЭТО

Сегодня любовь моя
листья замусоривают собой ветер
как пешеходы воздвигают здания из этого однообразия
отрицающего город
где наши жизни – я теряю их след –
это жизни других людей, сходящие с рельсов времени
завершающие все дела.
Невозможно понять ни лицо
ни говоримое ртом
это понятно с любого
расстояния, а ты
так далеко от меня.
Пусть чистое пространство твое
разноголосо заполнит мое сердце –
и мы побудем еще немного
среди летящих обломков.
Этот момент
я клянусь
никуда не девается.