RSS / ВСЕ

|  Новая книга - Татьяна Нешумова. Надежда есть, но ее не существует.
|  Новый автор - Лиза Неклесса
|  Новый автор - Александр Самойлов
|  Новый автор - Римма Аглиуллина
|  Новый автор - Ангелина Сабитова
|  Новый автор - Олег Копылов
|  Новый автор - Лена Малорик
|  На страницу поиска добавлен поиск Яндекса.
|  Новый автор - Константин Матросов
|  Новый автор - Ян Любимов
ADV

Русская баня в подмосковье недорого узнать больше.
СООБЩЕСТВО ПОЛУТОНА
СПИСОК АВТОРОВ

Алексей Порвин

8 поэтов

21-10-2010





Krista Benjamin
Криста Бенжамин (род. 1970) – американский поэт и прозаик. Оригинал стихотворения, переведенного на русский язык и публикуемого здесь, включен в антологию The Best American Poetry 2006.

ПИСЬМО ОТ МОИХ ПРАРОДИТЕЛЕЙ

Мы бы не стали это писать,
не стали бы даже думать об этом. Мы рабочие люди,
и времени у нас нет. В древней стране

мы доим коров или разносим почту или
нас раскидывает по свету – в Южную Африку,
Коннектикут, Миссури и, наконец, в Калифорнию,
поближе к Золотой лихорадке –

Аарон и Лена руководят палаточным лагерем,
универсамом и почтовой службой в национальном парке Йосемити.
Моррис приходит позже, после землетрясения, находит два утюга

и кусок фундамента Сан-Франциско.
Тысячам проституток нужно погладить их юбки –
так он заработает достаточно денег, откроет галантерейный
магазин и женится на Сади – у всех нас есть истории, да, но мы
не мыслим такими категориями. Мы должны работать, у нас много детей.
Наши дети тоже займутся настоящей работой
и запишут тексты контрактов, а не свои размышления о жизни.

Мы документируем сделки. В наших журналах – температура, вехи в истории, симптомы. Мы не записываем сны. Мы размещаем еще один заказ,

доставляем очередную партию товара, экономим еще один доллар, давая следующему поколению – роскошь времени:

пусть напишут о нас.




Marjorie Agosin
Марджори Агозин – (род. 1955) американский поэт, автор многих поэтических книг. Публикуемые здесь переводы – из ее книги The Light of Desire (2009).


Твоя память – моя ночь

У ночи внутри
Где плоть изобретает слова
Заклинание, обернутое
Лаской
И я ищу темноту любви
В прозрачности желания

Твоя память – моя ночь, где я обнаруживаю тебя
Ведь темнота рассказывает истории
Я обнажаюсь среди теней
Чтобы идти к тебе
К небесной рапсодии

Твоя память – моя ночь
Я несу твой тихий звон внутри себя
Я несу тебя во рту, отказывающемся не звать тебя

Твоя память – моя ночь
Память твоего тела, склонившегося над камнями цвета зари
В Иерусалиме – ночь дождя
Когда судьба обессмертила нас
И память стала почетным местом воссоединения
Где мы занимались любовью
у основания ночи

***
Ко мне приходишь невесомый
и босой
Пересекая Иерусалим
на крыле весёлого ангела
Ты прячешься в его фиолетовых
Облаках
И я снова нахожу тебя среди камней
Иерусалима
Они теплые как твой рот
Они неизменны словно любовь
Начертанная мною для тебя
в памяти
Часто беспощаден и всегда втайне
Ты приходишь дать мне жизнь
Округлые и бесплотные плоды
Сорваны твоими заботливым руками
Я прославляю их
Я славлю тебя ты наполнен
Жизнью нашего сегодня
Губы к губам
Мы всё ближе к детству
Внезапно мы внутри у ветра
Так друг друга узнаём
Как тогда – мы были детьми
И целовались в лесу
Или в заснеженных долинах
Уставая от наслаждения
Думали о доме на берегу реки
И живых пространствах готовых
Впустить в себя Господний ветер


Твой язык

Ведь я люблю тебя
и медленно учу
твой язык, я повторяю
первые слоги
с придыханием между строк
Первая буква - Алеф
В себя вмещает всё

Я сплетаю твою речь – так я люблю тебя
Ты учишь меня говорить «твои волосы находят прибежище в ветре»
Умело ты скрепляешь мой рот
Своим поцелуем, схожим со светом безмолвия

Я Пенелопа на Святой Земле
Я учу твой язык
Ты целуешь меня своей речью
После семнадцати веков
Я люблю тебя в твоей речи
Вот – моя целостность


После дождя

Я вернусь после дождей
Когда солнце Иерусалима выставляет свою рану
Поспешно уходя на отдых
У камней Иерусалима
Я миропомажу щеки влагой с этих камней
Они древние, они яростно
Сопротивлялись боли воспоминаний
И я чувствую как необходимо
возвращение всех

Я вернусь после дождей
Когда зима согревает розовые
Камни Иерусалима
Так ты согреваешь меня
Солнце опустится мягко, словно чистый туман

И ты вернешься ко мне
Словно долинные маки
После дождя



Grace Andreacchi
Грэйс Андреаччи (род. 1954) – американский поэт, прозаик и драматург.

Ангелы над Берлином


Не каждый ангел ужасен
Есть хорошие и плохие
Учись различать

Те, что встали на пороге дома
умерших
пришли забрать нас домой
А мы всё еще чураемся их компании

Ангелы, которые сидят,
пряча руки в золотистые одеяния,
и ждут, когда мы ошибёмся –
затем врываются туда, куда все остальные
приходить боятся

Плохие ангелы заманят нас
в сияющие сады с поддельными цветами
Отличи плохого ангела по его обаянию
и чувству юмора

Хороший ангел - в слепящей броне
лязгает по небу
бьётся с ночными кошмарами
и демонами, жаждущими утащить людей
в ад

Сильнейшее сострадание к нам –
это плач за наши грехи
Сядь рядом с нами в нашей скорби
нежно к нам прикоснись
Они несут нашу любовь - это тяжелое бремя
Проходя весь путь до самого неба
И приносят нам подарки – мы их не видим, не ощущаем,
почти не ценим и выбрасываем
Потом они расправляют крылья
пологом света над нашим сном




Erin Belieu
Эрин Белью (род. 1967) – американский поэт.

ОТВРАТИТЕЛЬНОЕ КРЕСЛО

Гадкое,
обитое тканью цвета подарочной упаковки,
хромированное в нескольких местах;
его дизайн сгодится

для консервных банок будущего.
Оно гениально,
чудесно,
изготовлено ок. 1993 г.

Я смирилась со многим:
с порочностью выбора и с вещами,
которыми обладала или нет.

Но пусть эта запись покажет –
я была счастлива.

О, пусть это гадкое кресло
продолжает стоять! Для китайского аптекаря
с его корешками и микстурами;
для Пауля – работника банка;

для девушки в магазине Bailey's Drug,
она – эксперт по вопросам хны; и для Уоренна Беатти,
хотя он забрел неведомо куда. Для Флуффа и Фло,
вечно пьяных к полудню, и для женщины
из общества защиты ветеранов, читающей свой Vogue,
для перуанцев на углу, мимо которых едет автобус № 57,

за их приятные прохладно-оценивающие взгляды,
за их утонченные манеры.
Пусть сиденье кресла будет удобным,

но пусть это кресло будет отвратительным,
пусть нарушает все нормы правильной,
гигиенически-корректной, таксидермической элегантности.
Пусть в будущем у меня будет
какая-то гадкая вещь, я буду любить ее

здесь, в Бостоне, на Фаррингтон Авеню, д. 8.




Philip Gross
Филип Гросс (род. 1952) – британский поэт, прозаик и драматург. Оригинал стихотворения, переведенного на русский язык и публикуемого здесь, включен в книгу The Water (T. S. Eliot Prize 2009).


ШЛЮЗОВЫЙ АНГЕЛ

Низкий прилив заперт на морской замок,
десятиметровый обрыв к мутным отмелям… Дночерпатель ежедневно копает узкий канал…

Ил на берегу навален кучами – его подняли со дна, не спрашивай, зачем…

В эти высокие двери, ведущие в просторы, нужные миру, не нужно стучаться массе воды и весу истока:

ощути это пространство как содрогание, рожденное несходством, этим двигателем перемен.

Теперь, почти беззвучно, стержни приходят в движение.

С плавно растущим, градуированным зазором (механика его – чистая согласованность, как в токарном станке),
с запахом усыпальницы
два зелено-серо-коричневых загустевающих лезвия

воды – втекают. Они изгибаются, оперяясь в свободном падении: крылья

погнуты, трепещут, не планируют вниз, но выливают себя, чтобы заземлить себя –

жидкость, твёрдую как скала,
и неосязаемую,

бьющую себя, наказывающую себя
до появления пены, до изнеможения,
пока со вздохом ворота не распахнутся, и мир,

наш мир, крошечное судно, не проплывёт сквозь них дальше.



Martine Bellen
Мартин Беллен – американский поэт.


ФИЛОСОФИЯ ВЕДЕНИЯ ХОЗЯЙСТВА

"She died at play/ Gambolled away/ Her lease” (Emily Dickinson)


* Пятеро братьев-китайцев живут с умственно-отсталыми кошками, бродят по опушке леса в ожидании. Пятеро братьев названы одним именем, обладают одной природой, пятью жабрами, пятью дарами, живут в одном теле с пятью дверями. Когда Эмили мечтает, она воспаряет до последнего этажа, голова ее в облаках, она смеется как от гелия. Чашка чая с корицей. Эмили посещает пятерых звенящих братьев, они спасли ее от утопления, сгорания, увядания, усыхания - ночью она уходит в спектральный отрезок, и братья подводят ее ближе – спеть ей / прочитать ее любимую ложь, где чрева букетов жасмина и лютиков несут в себе аромат птичьих песен. Щегол Евхаристии порхает у ее рта (о!), пытаясь спастись от веры. В одном из сновидений она - порнозвезда – обхватывает своими крошечными бедрами полюс, как она обхватывает смерть своим умом - стихотворение на полюс, и сверху - еще стихотворение, а затем она одета в плоть того существа, которое создал Франкенштейн - в свой корсаж и измятый пояс, в лоскутную мешанину из гнилья. Выпечка имбирного хлеба **, просеивание сахара, вылизывание слез из глаз колибри - всегда Эмили вспоминает мироздание в стенах своей кухни, все эти кухонные предметы -желание, надежду, любовь - а теперь *** скалки, гербарий, электрическую мышеловку. Она охватывает каждое существительное, которое исчезнет в момент ее смерти и уйдет в ничто, слово – это то, что как облачный пирог **** летит, по-пчелиному гудя мимо уха, шелушится своим звуком и нежно тает. Ночь от страха выдувает всего одну звезду. Тромбонный воздух .*****. Трубадур.



Примечания:
* Стихотворение без местоимения "я" бродит по чистилищу, плывет через измученные моря вспоротых снопов, путешествуя в лето дальше, чем птицы.

** Утраченная глава о выпечке хлеба.

*** Язык это машина, которая вносит абстракции в жизнь, это полупроводник, позволяющий существовать контакту между световой волной и лампочкой; антоним языка: смерть, которая действует как микротрансформер предметов и переводит их в статус понятий. Вне власти одного неминуемого языка слова попадают в огромный чан со звуком.

**** Поместите полстакана облака в стеклянный шар. Добавьте лимонной воды. Щепотку слезной соли. Введите воздушный шартрёз, пурпур, кобальт и крем – медленно обёртывайте в воспоминания об удовольствии до состояния светлой и однородной смеси.

***** Без ребенка она всегда будет сломанной сосной, сгорающей в печи.




Комментарий:

Та, которая написала: " To die—takes just a little while—/They say it doesn't hurt»
-Насколько сильно она желала испустить последний вздох? Как специалист по вопросам умирания и скрупулезный регистратор умерших - их имущества, мыслей, чувств -
она жила в мире, которому можно было доверять настолько, чтобы забыть о нем.




David B. Axelrod
Дэвид Экселрод (род. 1943) – американский поэт.

СЛУЧАЙНАЯ КРАСОТА

Кто отрицает случайность красоты,
не понимает: шапочке клевера не нужна причина, чтоб цвести.
Другие видят: над каждым временем года трудятся боги
и герои, воплощенные в звездах.
С религией я в ссоре, она навязывает порядок тем вещам,
какие лучше оставить в покое.
Жимолость – благоухает совершенством откровения самой себе.
Между хаосом и подсчетом ангелом на кончике иглы –
я выберу хаос:
аквилегия, клематис в изобилии растут
на обочине дороги. Кому нужны Второзаконие
или Книга Чисел? Красота превосходит все законы.



Ralph Angel
Рэлф Эйнджел ( род. 1951) – американский поэт.

ЭТО

Сегодня любовь моя
листья замусоривают собой ветер
как пешеходы воздвигают здания из этого однообразия
отрицающего город
где наши жизни – я теряю их след –
это жизни других людей, сходящие с рельсов времени
завершающие все дела.
Невозможно понять ни лицо
ни говоримое ртом
это понятно с любого
расстояния, а ты
так далеко от меня.
Пусть чистое пространство твое
разноголосо заполнит мое сердце –
и мы побудем еще немного
среди летящих обломков.
Этот момент
я клянусь
никуда не девается.
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah