RSS / ВСЕ

|  Новый автор - Ольга Алтухова
|  Новый автор - Роня Хан
|  Новый автор - Тем Рэд
|  Новый автор - Елизавета Трофимова
|  Новый автор - Владислав Колчигин
|  Новый автор - Алина Данилова
|  Новый автор - Екатерина Писарева
|  Новый автор - Владислав Декалов
|  Новый автор - Анастасия Белоусова
|  Новый автор - Михаил Левантовский
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Елизавета Трофимова

в тишину и вспять

18-11-2018 : редактор - Женя Риц





любовь
в не-навязывании себя как спасителя
как единственного понимающего
лучшего слушателя
самого внимательного и нежного


+++

я умею ходить от бедра
я как мир стара

бабий восклик так горек до самых что раненых колик
ты смотри да замри заблуждайся родимый соколик

все равно отпевать нас по разным бредам берегам
майский шест рукоделие пряники войлочный гам

то ли ярмарка то к стене тридцать пятое лето
я тебе все отдам обоженьем теозисом света
фаворитного то бишь фаворского все без конца

я ведь женщина что мне виденье иного лица

я ведь женщина что там во мне вне меня
вне рубахи
только ты чем-то раненый стонущий
спящий на плахе
материнская жалость венчаньем поверх топора
безраздельная участь раздельности
ливней пора


+++

потому что вопросом
чего во мне больше
желчи или правды
умения огрызаться
или способности молча переносить -
- не обидевшись -
- не взорвавшись -
легко задаться подручными средствами
когда кончается валерьянка
когда кончается время
стояла на исповеди:
- извините меня
я должна быть самой сияющей
всепрощать и любить лучше всех
понимаете?
это преступно ведь
что теперь делать
отвечал
отпустив мне давнишнее
(через день оно снова налипнет)
- так ведь это тебе во смирение
это всем нам
нам всем
во смирение


+++

перед тем как постричься и начисто
опрокинуть вспененное прошлое
распрощаться и вырвать и вырваться
нарядись в три сияющих платья

цвета черного
красного
белого

как написано в книжках преданиях
слишком просто ходить обнищавшею
зацвети
и потом только
жертвуй


+++

горе ли жизнь
я зарденусь
разденусь
доколе

вот утешение
алый припадочный вид
пьяница-бабка меня из могилы отмолит
всё отболит
у тебя у меня отболит

стоит ли помнить давнишнее
ягоды слякоть
снова сгоревший сарай птенчик не улетел
смена вторая сандали портфели не плакать
школа линейка навытяжку
скоро расстрел

прыгаю девочкой
прыгаю сложно и просто
прыгаю напрочь единством непрочным как дым
врач в медицинскую карточку с весом и ростом
впишет что я оказалась вселенским родным

я оказалась потом от меня отказались
я отказалась от всех
огрубела гремя
только ольхою зудит обветшавшая малость
снова чинить
так и некому нас окромя


+++

соленая ночь треска
пивной шелестит киоск
есть только одна тоска
средь всех безграничных тоск

в которой смешон и свят
твой маленький труд дневной
и ежели ты распят
я все же пойду домой

я все же спущусь в метро
ты жив и всегда при мне
с рассказами не про то
сливаются "ни" и "не"

в попытках принять и быть
и молча засесть в вагон
саровский срывает сныть
и сны переходят в стон

соседи фомы луки
склоняются к малым сим
и кормит зверей с руки
восторженный серафим


+++

раскидистая тень
родных уныний
оплакала прижатый
к телу груз
я веселюсь
со смертными
с больными
с бессмертными
я тоже веселюсь

мне нравится от смерти
к жизни ливнем
стекаться
растекаться
и дотла
я очень яростно
и не шутя наивна
невинностию
грозно весела


+++

что обещать тебе, друг мой недужный,
верный сорокопут?
страшно, что тело твоё обнаружат,
страшно, что не найдут.

что завещать тебе, горсточку праха,
зарево кружева?
плачет не гектор, в слезах андромаха,
жалко её — жива.

ты завещай только камнем из рая
лазаря - лазурит.
буква приходит в себя и сверкает
духом — и он саднит.

ты обещай только вровень отмерить
и непреклонно взять.
сфер было восемь, сфер стало девять,
день — в тишину и вспять.


+++

мы ждали весны, как ждет участи
своей некрещеный в аду
что веки твои мне, что мучасти,
склонившие нас к одному?
из города в город метанию
подобна лишь швейная нить
нарушить цепочку питания
страшнее, чем заговорить

осколок в груди - словно ладоги
кромешная льдинка извне

и ты станешь небом и радугой -
последним, что дорого мне


+++

я исплакала в ночь все глаза
и глаз у меня не осталось

у меня не осталось ни спички
ни голоса дальнего друга

в попытке найти слово проще
захмелела стена вавилона
а потом развалилась и башня
о мою сине-чёрную птицу

хоть с тех пор уже я не летаю
но нащупавши клюв или перья
да крылатое беспечалье

я впервые останусь спокойна


+++

средь горечи пустого словопренья
вернуться бы в начальный океан
но опыт тишины
долготерпенья
не дан любому
вот и мне не дан



 
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah