RSS / ВСЕ

|  Фестиваль "Поэзия со знаком плюс"
|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
|  Новый автор - Сергей Мельников
СООБЩЕСТВО ПОЛУТОНА
СПИСОК АВТОРОВ

Сергей Соловьев

Замок, Сабля, Лесенка

05-12-2013





Замок

Кто эта женщина с маленькими предлогами
легких ладоней, будто вода ушла,
тихо так, с маленькими подлогами
слов, слов, слов… без окна.
Но не повернуть голову, не увидеть губ ее,
хотя вот они, так близко,
будто они его. Небыль идет на убыль,
и проступает женщина. Из переписки.
Вот она, на остановке вошла, села рядом,
неузнаваемая, но и голову не повернуть,
запах такой, как из дачного сада,
даже не запах такой, а путь
к этому саду ночному в детстве.
Они продрогли, номер в каком-то замке,
она так легко предлагает ему раздеться,
и он раздевается, пена, ванна… Повадка самки,
когтящей нежность, незримую, у черты.
Лишь ноздри, губы и взгляд прямой, но
слегка косящий, меж «ты» и «Вы».
Сугробы пены, следы промоин –
от взгляда? тела? ее руки?
Стоит у края, одна рубаха
на ней, белей того, во что он обряжен,
и водит взглядом от пят до паха,
и распускает его как пряжу.
Но есть и третий, он что-то помнит,
он там, вдали, но и между ними:
мол, часа нет, как они знакомы,
то есть мы. Он проходит мимо
всех шести зачехленных чувств,
он не видит себя во сне,
и не понимает, чью
с ним он делит судьбу. А с ней? –
этой худенькой женщиной-мальчиком
с этой колкой стернею волос,
с этой жаркою дрожью запальчивой,
с этим телом, сошедшим с колес… –
чью судьбу? Отвернувшись к стене:
как ботиночки те, нелюдимы…
Нет ее. Лишь рубаха во тьме
в этом замке с отклеенным гримом.
Нет ее, только тьма. И одними
вдруг губами она ему: встань! И
он из пены встает,
и вся жизнь, как книга,
с рассыпанными листами –
ни прочесть, ни собрать.


Сабля

Она казачка, она сабля в сапожках. Она
как рассеченный воздух взблескивает
и уходит в нижние земли:
у нее в межножье они – нидерланды.
А голова – во ржи над пропастью.
Не дорожить, освобождая себя как место
«так приходящему». Рядом с ней
авантюра – старая дева с чулком в углу.
Она смеется, ей не нужен язык.
У нее подмышки пахнут марихуаной.
А сосочки – паиньки, те еще.
И мальчишечьи бедра, 35-й размер ноги –
знай наших! Она смеется, с этого начинается.
А глаза монголки, глядящей в угли,
и губы – те, что мучить и мять, и пить...
Она смеется, снизу вверх тебя обживая.
Маленькие ее кисти, как карты сибирских рек,
а в ладонях – тишь, лето. Она крадется
ими к тебе. Она вьется веретеном под тобой,
как соболь, играя, прощаясь с жизнью.
После близости с ней мир теряет свои очертанья,
надевая что под руку. Вот окно в ее трусиках,
а кровать ушла. Она мать. Она – ждать и море.
Она случай, внутри нее влажный луч.
Она может сама, без рук, вызывать оргазм –
в любое время и сколько хочет.
Это как с будущим, говорит, оно здесь,
и смеется. И вот здесь, – раздевая тебя
и унося в себе. Ее возраст не совпадает
с кольцами годовыми. Она мать и мальчик
за внутренней ширмой. Не женщин любит она,
а воду. Примеривает ее как одежду,
и, видно, жила бы в ней, но там нет –
щелкает пальцами – да, мужчин.
Она отпускает деньги легко на волю,
и они возвращаются к ней с детьми.
Воин она, только с кем воевать, когда один?
Да и поле – чтобы лежать там, раскинув руки
и, прикрывая глаза, ждать, ждать, ждать,
и в одном прыжке – взять. И выпустить,
не дорожа ничем. Да? Как бы ни так!
Она смотрит на море поверх бокала,
пригубливая и забывая о нем. Как кошка,
ее прошлое бродит само по себе
и, возвращаясь, о ноги трется.
Не замечает, встает, уходит –
как свет сквозь воду –
в себя.


Лесенка

Куда бы отправиться, где ни человека,
ни следов его течки?
Куда, любимая?
Женщины, говорит Чехов,
делятся на тех, у кого губы сердечком,
и у кого колечком – как у налима.
Да, а еще есть – бантиком.
И летуче-красным полумесяцем.
А у испанок ножки, как у сервантиков…
Куда же поехать нам, чтоб не повеситься?
Я на краю света кружил бы тебя, как ветер
листок. Только где его сыщешь на этом?
Да и на том – встретят нас, как в Пхукете –
все включено. Мир, как песенка, спет, и
спит. Мы по лесенке видов с тобой с ума
будем тихо сходить, предаваясь любви,
и она – рот сердечком – допьет нас до дна
золотого, как небо, аи,
и прошепчет с улыбкой: куда б отправиться?..
Писаная красавица
жизнь прошла: «Кому
что, – обернулась, – нравится,
а мне – осень в Крыму».
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah