Звательный падеж - Илья Дик - полутона

polutona.ru

Звательный падеж

Илья Дик

ИМПЕРАТОР МЕРТВ

Был один император в китае,
быть может, Лю Бао, или другой
важно то, что он умер на алой постели
в предрассветный час
вскоре после его смерти пошел
мелкий и частый снег;
брови вошедших слуг
все были в этих белых снежинках
и ресницы, которые хлопали
часто-часто
как распорядитель церемоний
кричавший все вон отсюда
император спит
их следы были мокрыми, а глаза
сухими.
В тот день объявили: император
посетил горные источники.

император лежал два дня
и три ночи на алой постели
разбудить его не посмели
ни метель, ни тусклое солнце,
бродившее в пустых покоях
ни темноты покров, в котором
шептались почесываясь.
В те дни объявили: император
встретился со своим божественным братом
они ели хурму и любовались луной.

император лежал три дня
когда самый верный слуга
вошел и в руках его
был самый простой рис
и палочки.
По рисинке он осторожно
и почтительно вкладывал
в сомкнутые уста, из которых прежде
вырывалась жизнь, золото,
смерть. А теперь в них был рис
Полон рот риса.
Слуга, закончив, посидел еще немного
Даже в мыслях не осмеливаясь
Коснуться его руки, из которой прежде
вырывалась жизнь, золото,
смерть. А теперь в ней его рука,
Но небо не обрушивается: ветер
так и метет в глубине озера.
Прежде, чем выйти, слуга
Приоткрывает окно пошире.
В тот день объявили:
император охотился на фазанов.

На четвертый день приходят
к императору за печатью сановники,
четыре жены:
в зелено-золотом
в красном
в голубом и белом
в черном
пять или шесть детей,
нарядных и строгих
каждый несет с собой
миску риса.
Брат постоял, безучастный, как небо
В тот день объявили:
император писал новые законы.

Через неделю император потемнел
и раздулся, от него несло
Его искупали; при переноске
выпало много риса; его искупали
и продолжали кормить
подложили лед
из воды священного пруда
настежь открыли окна
В тот день объявили:
день рождения императора
боги благословили хорошей,
солнечной погодой.

В месяц больших снегов, дасюэ
Ветер принес, черный ветер,
ревущий, как флаг: в тот день объявили: император
Император мертв.
Алую постель сожгли
Брат императора лег в белоснежную
И утомленно прикрыл глаза:
Что-то мешало спать.


ТА ПЕСНЯ БЫЛА УБИТА

Та песня была убита в 1929-м году
Зачатая тусклой зимой 21-го,
В одинокой постели с видом
на одноэтажную степную улицу —
летом стены домов стирал песок
зимой стены домов стирал снег;
позади улиц ничего не было
степь степь степь
песня была и об этом немного тоже.

Та песня, убитая в 29-м
продолжала рождаться на кухне
под руками того невысокого человека
под посвист чайника
под поезд далекий
под кошачьи шаги
под теплое горе одиночества
это было первое, что она услышала;
песня была и об этом немного тоже.

Та песня, убитая в 29-м
Посвистывала во рту, когда
он шел к той женщине;
который раз уже он приходил
и они разговаривали приглушенно,
кошачьими шагами,
ничего большего;
в соседней комнатке спал младенец
Они, замолкнув, держались за руки
Да, песня была и об этом немного тоже.

Та песня, убитая в 29-м
Родилась под темными пальцами
его друга, они познакомились здесь
он в петербурге сочинял музыку
и его привезли сюда с огромным роялем
и маленьким чемоданом
жена была беременна
А сейчас она стоит на пороге
тихонько слушает,
Как они подбирают ноты
То так, то эдак,
И ей начинает казаться,
Что вокруг не только снег и песок
Городок, который, точно автомобиль
Застрял посреди песков.

Что все еще может наладиться
Что так важно помнить:
Было хорошее, настоящее было,
А значит, и будет.
и поэтому они уже год не разбирали вещи
Кроме самых необходимых.

Разумеется, песня была и об этом тоже.

Та песня, убитая в 29-м
Впервые открыла глаза
В новом доме культуры,
В запахе белой краски
Мелового мрамора;
На красном занавесе
Еще не было пыли.

В присутствии десятка людей
Та песня была спета автором
С той точностью, что зачастую
трогает больше красоты.
В нескольких сердцах она
затеплилась сразу
у нескольких позже:
по дороге домой
или перед сном...
в постели, где песня была зачата,
стало тепло
в соседней комнатке спал младенец;
песня оказалась и об этом тоже.

Та песня, убитая в 29-м
Ее поезд увез далекий,
вместе со студентами,
закончившими копать систему
мелиорации; вернее,
некоторые остались
другие уехали дальше,
В другие места.

Песню пересадили в гитару
в гармонь-двухрядку
И она прижилась
В разные рты:
чистые и не очень
и она прижилась
Ее пели, кажется, птицы
Пели поля.
И для каждого эта песня
Была и об этом тоже
Тем, что поет в каждом.

Та песня, убитая в 29-м
Несколько раз ее исполнял
Александр Вертинский,
услышав доносящуюся из окна,
Он постучал в ту дверь
Попросил спеть еще раз
И молча просидел на стуле,
Поблагодарил всех, извинился
И вышел, несмотря на уговоры остаться
Это была скромная свадьба,
Она стала семейной легендой;
Песня была и об этом тоже.

Та песня, убитая в 29-м
За год до этого ее пела страна.
А они так и жили в степном городке:
Так родители жить остаются
В такой слишком пустой и тихой квартире.
Да, песня была и об этом тоже.

Та песня, убитая в 29-м
Звучала по радио, когда молчал
в соседней комнатке разбуженный шумом
ребенок; дверь стукнула и стало тихо
непристойно-роскошный, будто автомобиль,
рояль, рот разинул в немом крике
среди разбросанных при обыске вещей и бумаг.
Чемоданы так и стояли закрытыми.
Хотелось верить, что песня
Не будет об этом.
Но все оказалось иначе.

Та песня, убитая в 29-м
Была в каждом убита, кто видел,
Как утром на месте солнца
Восходят в сиянии невыносимом
Скрещенные серп и молот.

Из репродукторов объявили:
Эта песня не имеет смысла
Это песня врагов народа
Каждый, кто споет ее,
Превратится и сам
во врага народа.
Если вы услышали ее и не обратились
куда положено, можете считать,
ваша песенка спета;
но ее, конечно, продолжали петь
ведь иначе вокруг только снег и песок
Значит, песня теперь -- об этом.


ЗООПАРК

Я стоял, освещенный солнцем
Перед клеткой, она мне сперва показалась
пустой; а потом я подошел и прочел надпись:
амурский тигр, 1993 года рождения,
по имени амур, что по-французски
означает "любовь"; выловлен в устье реки амур,
что означает: "большая река"; китайцы же зовут ее Хэйлунцзя,
что означает: "река черного дракона".

многие не любят зоопарк
а я прихожу искать в них причину,
по которой я снова и снова возвращаюсь к зрелищу
клеток и табличек.

я прислонился лбом к самому прохладному стеклу,
разглядывая переплетение коряг и ветвей,
бессильно свисающие веревки, деревянную, грубо сколоченную,
конуру и косые полосы яркого света, они выглядели
поношенными и в них парили крупные шерстинки, но
самого тигра по имени амур нигде не было видно.

многие не любят зоопарк
поскольку животные там наглядно несчастны:
одним холодно
другим жарко
третьим тесно
четвертым скучно
пятым одиноко
шестым страшно
и все взаперти совершенно очевидным образом.
Заперты каждый в своем тексте
Экзотическом тексте густой и тревожной тьмы
непривычных запахов и желаний.
а я прихожу искать причину
и эта причина точно — не звери.

Но какое-то присутствие я, несомненно ощущал:
что-то там было внутри, возможно, и не тигр, а нечто иное,
хотя табличка: не станут же ее вешать просто так.
Вот и у детей, переставляющих ноги по московскому асфальту
под солнцем столичным, на них таблички: "ребенок родион
родился в 2012-м, в год болотных волнений, осенью,
под телеканал дождь: тогда ксения собчак говорила
о недопустимости
о нелегитимности
с кем-то, кого история не сохранила";
Возможно, табличка его висит теперь где-то на месте
окончательной остановки
его политической деятельности.

многие не любят зоопарк
однако устройство этих клеток исполнено гармонии
это искусство, инсталляция, в которую вписаны звери
Подобно тому, как красная помада вписана в лицо
Или событие вписано в историю
автомобиль вписан в крутой поворот
и т.д.
пространство клетки дизайнерски реконструировано:
детская площадка, вот что приходит в голову
в качестве сравнения.

На следующей высокой клетке, почти что пустой,
попросту немного сена раскидано по голому бетону
была табличка: "клетка, почти пустая, попросту немного сена,
раскидано по голому бетону, поскольку осел, который здесь жил
умер".

многие не любят зоопарк
поскольку такое изредка, но случается:
только что это был веселый осел и вот он ложится
перед всеми, перед детьми и непристойно умирает.

Дальше была только кирпичная стена, на которой
висели таблички: "клетка с жирафом", "клетка с хищными птицами",
и, шрифтом помельче: "у жирафа слезятся глаза",
"хищные птицы разражаются резкими криками,
рассевшись на туше мертвого осла;
это неприятное, однако странно бодрящее зрелище;
солнце чуть поутихло и прохладный ветерок колеблет
их перья; между прочим, диоген лаэртский упоминает,
что комедия аристофана "птицы" была написана пером грифа".

Я сдерживаюсь, чтобы не процитировать из "птиц"
это неуместно сейчас
если я зачем-то и в зоопарке, то уже точно не затем
чтобы цитировать аристофана.

Рассудив, что стоит мне покинуть территорию зоопарка
как я исчерпаю тему данного текста, я продолжал вдыхать
сладковато-упругий запах вареной кукурузы,
отмечая, как небо наливается прохладной синевой

Придется пережидать дождь, разглядывая пингвинов.
Пингвины по неясной мне причине
невероятно напоминают мне то, как я пишу.
 

ГОСПОДИН БОЛЬ
 
Шел дождь за плотно закрытыми шторами
Мы повздорили,
он побледнел посмотрел
и ушел
Он сказал: “Оставайтесь одни”
и ушел под дождем

С тех пор господин боль
Больше не навещал наш дом

Затянулось шторой его лицо
Мы позабыли его, как запах больницы --
Почему оно было довольное
мы позабыли

Когда солнце сияет, зачем,
К чему нам о нем вспоминать?

Единственное, что нас беспокоило
Господин боль оставил у нас
Свой зонт
И ушел он в моем пальто
Иногда мы одновременно
Обращаем свои взгляды на небо:
Не потемнело ли?
Однажды оно все-таки потемнеет и
Пойдет дождь
И тогда господин боль
Вспомнит, где он оставил
Свой зонт.

Каждый стук предвещает его.
Я написал, беспокоило, поскольку
теперь мы скучаем о нем:
ведь без боли, как без ножа --
Ни нарезать салат невозможно,
Ни выйти на улицу, ни
Посмотреть друг на друга.
 

ПИСТОЛЕТ
 
Они встретились в туалете кафе при заправке
(Так ты рассказывала мне)
Посмотрели в глаза друг другу
Скрестили струи.
(Это красивей и ближе,
Чем рукопожатие)
Один был дикий, потертый и дерзкий,
Глаз косил под хищной его бровью
Когда он показал пистолет:
(Жизнь непростая штука)
Другой неделю как сбежал из дома
(Быть может, немного раньше,
Эти первые дни, их помнишь намертво,
Но сосчитать не можешь)
Растерянный и расчетливый, добрый и жестокий,
Он сам не знал себя
Но всем был виден, как на ладони.
Протянутой навстречу ладони
Блестящей плевком

Дальше они ехали вместе
Они ехали к морю
(Так и мы с тобой хотели
Они едут теперь вместо нас;
Беззаботно ласкают друг друга на заднем
Сидении; заходят немного дальше,
О господи, я возбуждаюсь)
Купались они, как мальчишки
Их одежда дожидалась их
По многу часов на палящем солнце
На диких соленых камнях.

Ночевали они где попало,
Неважно, небрежно сплетались
В поле или на вписке
А когда беглец попросил,
Ему выслали денег
Они сняли номер
С видом на море
И на следующее утро
Проснувшись, беглец обнаруживает:
Его обчистили до нитки
Его возлюбленный оставил вместо себя в постели
Заряженный пистолет:
(Мы обсуждали его смысл, я предположил,
Как мужчина)
Или покончи с собой или
Найди меня и
Убей.