polutona.ru

Андрей Рябой

Твёрдая строфа и другие

Твёрдая строфа


Окна открыты. И ветер. Пахнýло сырою листвою.
Дождь пошумел и затих. Можно сходить в магазин,
Пока не закрылся, купить бы 
Джин дешёвый. Или какой коньяк. 

Если же будешь трезв, проснёшься завтра пораньше. 
Съездишь на дачу с утра – дел там немало опять. 
Смородину пересадить бы,
А ещё бы яблоню опилить. 

Так-то, можно и выпить. На дачу – оно и не к спеху.
Дача с похмелья – куда ж... Вечер ещё коротать 
Пока магазин не закрылся 
Как-то вечер надо бы коротать

…Пишешь стишок: «коньяк», «магазин пока не закрылся»… –
А до его закрытия сколько ещё терпеть?
И дышишь сырою листвою,
Трезвость только твёрдой строфой храня. 


***


Бурый свой сосок пальцами не крути –
спрячь его, ибо на твоей груди
обезьяньего или волчьего соска не найти –
а вот бы быть выкормленным зверьми 


Проповедник Свидетелей Иеговы пришёл в магазин рассказать о своей вере продавцам и покупателям; в его руках книги и журналы, издаваемые Свидетелями Иеговы


Насмешливы продавцы, дескать, сектант.
На книжки его косясь: «Вы ведь Свидетель 
Иеговы?» – я тихо спросил. Книжки к груди
Прижимая, робко кивнýл тόт проповедник.
Сопящие продавцы, слýх навострив,
Молчали, пока мы взахлёб славили веру,
Дрожащими голосами в вере друг другу клялись.
А было мне тогдá лéт тринадцать. 

Он книжку мне подарил. Книжку в ту пору не дочитав,
Оставил я серый конверт вместо закладки. 
Книжка теперь нашлась. И нашёлся забытый конверт
Меж двух страниц, на которых – главы о смерти, –
стало вдруг страшно: к чему бы о смерти? – 
будто пришло мне письмо с приглашеньем или вестью дурной.
Из суеверного страха – отголоска уставшей веры –
Я скомкал и сжёг конверт, выбросил книжку.


***


Бабушка, к тебе пришли – полон шкаф гостей.
И дрожит костыль в руках –
костылём ты тычешь в шкаф –
ворошишь в шкафу чертей.

И дрожит костыль в руках –
по тебе идёт волна –
и дрожишь ты целиком

резонируешь с костылём 


***


Знакомств устроил я вечер.
Сего вечера, человече,
будь же гостем –
посмотри, как белеют кости 
моего крёстного, моих мамы и папы –
протяни к ним свои лапы. 



Отрывок


…ибо каждый из нас – школа плавания
для слепых котят,

описанная Кафкой:
Германия объявила России войну.
После обеда школа плавания.