РАБОЧИЙ СТОЛ

СПИСОК АВТОРОВ

Иван Ахмадиев

Второй Шум/Следующий Холод

12-01-2015 : редактор - Женя Риц





Пролог
Второй шум. Следующий холод.
Сережка в ухе. Черный свитер
с изорванными рукавами
С чужим крепежом потому что оригинальный потерян.
с синим пятном от рассеявшегося тепла
губ которые/которых касались.

Как Розенкранц с Гильденстерном
они прибыли сразу в петлях
Призрачный зов из геометрического заполненного зеркалами леса
эта поляна зияет отражающимися углами.
Этот дождь не менее сер и за монитором
из-за пустых как руки занавесок
из-за узкой спины тонких лопаток
ничего не показывающих широких окон.

Холодными руками оставь на дешевом диске
остатки царапин вылезшие волосы и ворсинки соломы
в люголе вата
пальцы пустота полость.
Поблескивающие запечатанные иголки трубки
ватные тампоны
За этой осенью следуют кто-то: второй и третий
явились словно это оправдание «Нас позвали»
Когда не отличить полей от коридоров
когда не отличить неба от коридоров
абсолютно_ и _обескураживающе_ горизонтальных
что-то полюбому куда-то уходит
что-то полюбому потеряно в листьях
вспученная земля – пена холодная
строчка которая все это уравновесит
строчка которая может быть кусочком финала
строчка про пустоты в дорогах и полости в небе
еще одна завершающая пролог строчка

Второй Шум.
1.
небо – одиночество на теплом голубом
смазаны провода и ветки
Американский двор.
пустой тихий не проявляющийся ни в чем ледяной шторм
как в ночном клубе истерика
грубым швом по кладбищенскому вечеру тянутся
ранние фонари.

а в этих маленьких домиках – на вторых этажах
затушенные свечи и алтари
заточенный поблескивающий кинжал
для узких ладоней – они сами они сами
они сами как клинки мама
они… лед за окном
на уровне веток уродливого дерева во дворе
худого и узкого – с гнилым дуплом
с тьмой под корой
с трупами под корнями

добро пожаловать в склеп
добро пожаловать в сквознячный свист
крыса на стекле
капли на стекле
пустой маленький супермаркет
в котором холодно и нечего взять разве что сок и сигареты
разве что цветные фантики вокруг невкусной резинки
разве что чулки и потолок
на фоне комнаты на втором этаже kill your TV

2.
…или может английский холодный двор
юная леди среди могил
теплые бедра и безжизненный гулкий негостеприимный холл
жесткие койки и живые электрические блики
утром в озере недалеко
вьющиеся волосы на бледном плече
резко но тонко пахнет трава пожелтевшая наполовину.

сесть на торце амбара где виден сиреневый лес и высокая кирпичная изгородь
на черный ссохшийся чурбан покрытый трещинами будто окаменевший
или на холодные ступеньки – лицо в опилках
и закурить супер-легкую – закашляться и затянуться
выпускать из уголков губ дым
пока лед и болезни – за невидимым занавесом
нет живых но никто не мертв
это просто
это просто такой
это просто такой срез
это просто так
звучит твоя осень

3.
пока тлеет черное пламя в простенках домов
пока ворочаются мертвецы в раскрытых ладонях могил
пока в баре по поту над верхней губой языком
когда где-то в глубине комнат замка чай уже в лед застыл
наши героини просачиваются внутрь
струпья и рыжие лепестки
тут нет никакого тепла
и нет никакой тоски
только завораживающая зыбь
только пеленающая мгла
птицы падают вниз
и раскрошиваются на куски

наши героини – обходят стойку игнорируют стол
игнорируют длиннющие огромные грузовики
они садятся за стойку
замерзший киви с ножом, - говорит одна
стакан молока, - просит другая
на пальчике капелька – растянуть ворот
в белом с черной надписью или в черной без надписей вовсе
на мягком скомканном одеяле в своей комнате – всего один укол
все лишь крики отчаяния в стене
бьется юность стекло дребезжит
вены вздулись затвердели соски
мода швы любовь

наши героини
наконец-то движуха дошла до героинь
липкий пустой стол
в слюне клыки
о право
можно вспомнить такси которое везет в аэропорт
по ледяной трассе города ставшего уже твоим
и стихи об этом и сломанные арматурины будто давно
и надпись I MISS U на табло электронных часов
но это Следующий Холод

4.
а тут пока что – осень 16. oh well – кожа тонкая-тонкая.
whatever – колени мерзнут ровная каменная плита
never mind – за колючей проволокой простые короткие юбки
они снимают джинсы они не дышат

это сесть с бутылкой на асфальт
рядом сложив оружие и школьные рюкзаки
девочкам здесь особенно нечем заняться. разве бухать
они снимают джинсы они не дышат

дышите

сигарета в молодых губах ни разу еще не делавших
минет – зубочистка в иголочках пальцев
рядом стоят Damage, Beautiful Garbage и Nevermind
они снимают джинсы они не дышат

дышите

это просто такой сон – гулять по тонкому льду
это ее накуренная старшая сестра танцует под Crystal Castles
утром на стадионе закрытой школы – гольфы и жирная тварь
миссис Мэтьюс дует в свисток и орет
и у тебя в бедрах и икрах болят мышцы

замерзнув в кристаллы руки ломаются
на дороге голосует дядька в косухе и шляпе
она не кончила он улыбается
на грязной реке холодное дешевое пиво
после которого будут так яростно так тонко так сладко и красно ебаться
в пыльной комнате выходного дня – окна будут выходить на пустырь
пальцами ему за затылок и задрать ноги повыше
капельки тепла в пожухлой мертвой траве
в шелесте жестких трав искорки крови

дышите

суббота. октябрь. кто-то утром полез на крышу
из-за проволочной сетки – с этим тяжелым металлическим небо выглядит глухо
стоять внизу скрестив на маленькой груди ломко руки
если хотите с ней встречаться – выдыхайте –
все задерживают дыхание и умирают

дышите…

5.
Джессика говорит: мне надоело и я сдалась
Саша говорит: шнурки
Лоренс говорит: я сдала
и кутается в черную ткань

куда ни кинь
везде бязь
куда ни глянь
швы
это про любовь
про легкую неприязнь
про то как отталкиваются кеды
кубарем с горы
чтобы разбить нос
чтобы жестко башкой локтями коленями по всем плоскостям
сломанными буквами катиться удар слом боль удар
кровоподтеки ссадины синяки
одна говорит: огонь
вторая глотает сразу полстакана крепкого джина

из-за спины пальцами он между горячих ног
целлофан и бинты
подгибаются ноги
сговор
прорезиненная ткань трусиков растягивается
одна выдыхает
вторая у бара со своим стаканом джина молча горит
как на перекрестке в Сайгоне буддийский монах

в конгломерате домов
высящихся друг над другом крышах
он говорит – я бы спал на твоем полу
лучше чем в своей постели
но героини жуют чупа-чупсы и курят дурь
но героини читают про героинь
одна закидывает ноги чуть ли ни к своим плечам
электрический ток по руке
вторая – фальшфейер
татуировка на запястье и в рюкзаке маникюрный набор черные свечи блокнот

эта любовь –
приоткрытая дверь в темный чулан
из-за нее языком
коктейль из тьмы и дыхания
чужого и своего
тьмы – чужой и своей
на склоне в острых ветках и высохших кустах
безразличных камнях – в сломанной ноге
большим пальцем – по ее губам – остальными к бархатистой щеке

в туалете – снимай юбку – перекручен рукав
сорочку вверх по спине
трахать загнув – кинотеатр
это ведь нужно – ей
не ему – у него свои рюкзаки
а тут кеды и снаружи пожар
а тут – стен градиент
сидит на кровати закрыв глаза
в ледяной пол упираются горячие ступни
на белой футболке сзади надпись – Because of u
и Джессика кричит на Лоренс
и Лоренс в черном молчит
под глазом три синих звездочки 15 лет
губы ищут губы в темноте позднего вечера
осторожно и трепетно
касание ладошкой к воде – в самый первый
как дыханья пар
а у другой – на грязной реке холодное дешевое пиво
после которого будут так ебаться яростно
так тонко
так сладко и красно

это осеннее
летом
это просто – с головой в окно машины
классные ровные белые ноги похожие на боль
из-под юбки
и ты говоришь «пока»
и первая ничего не говорит
и вторая ставит кассеты
и вторая ставит кресты

6.
на широченном крыльце театра – потягиваются у огромной колонны
все эти чулочки и бра маленькие и черные/белые
охуевшие с полыми костями
тонкие ноги ботинки на массивных платформах
вечера фотографий на вебкамеру
демонстрирует груди с пробитыми железом сосками
поднимает до лба толстую футболку
Fuck на кухне
домашней одежды ткань так и льнет к молодой коже
она сидит будто говорит – я всех вас имела
красные полосы на толстых чулках и кеды раздолбаны расшнурованы

…пока три подружки идут
на каждой – бледно-синий теплый халат
по отделению в комнату для осмотров
для курения в окно туалетов
для безвкусной в столовой еды
засвети уже до конца

из-под толстовки горячий зев
манит пальцем ли языком
даже не согрев
пальчиком глазками и плечом
обсасываешь вебкамеру – а в закрепленной вкладке – ковен
ждут стригут ногти и говорят
кто же взрежет кого ножом
из этих ребят
можно нихуя и не понимать
дома – ногу под потолок
оставаясь бессмысленно стоять
не выражая ничего
в этом – все понты наружу
даже у таких
дайкири простуженный
играется и бесится как кошка
говорит зацени трек
дыма модное облако
токсичный льняной пиздец
наушнички щечки белые горлышко
пальцами на груди
тебе пизда
при любых раскладах
выходит как-то кромешно
охуевшие варят кофе добавляют щепотку корицы или цикория
охуевшие берут сигареты из чужой пачки
курят смотрят в окно
правда в том что не они это начали
они вообще не при чем

выгнув локоток – на постель опирается
говорит – ну будешь или нет
три колеса протягивает
ей не до тебя
но: от этого становится легче
решай
воды тебе она не принесет

7.
ветерволосыосень
это уже было после
того как кончилось то что
завершилось после того как
произошло в самом конце
когда ты высморкался в собственный дневник
и умыл свои дырявые руки
и сказал – это Последняя

Эмили красивая но тупая
у Машеньки – только голос
вода сошла с ума
ложь
Саша холодная

веревка скользит по шее
шагает по мокрой дороге в грубых чоботах
показывает арт-бук в видео-камеру мама зовет ужинать
на самом белом каменном дне – на опушке дня – на солнечном выдохе
они развалились всей толпой – раскидали ноги запрокинули головы
это не самая идеальная но самая близкая в этой комнате попа
это стерегущий это дремлющий перед атакой вирус

сны в ворохе волос на диване
таблетки в куртке
контузия – половину всего на рейвах
мутная листва летнего дня на досках над самым озером
девушка в костюме горничной пытается
заглянуть за дверь из которой – зернистая тьма чулана
камера заслоняет лицо модели зато в самой камере
видно как по ее лицу текут слезы
сучка вцепляется пальцами в пояс и выгибает лопаточки
задирается тонкая ткань футболки с номером
у твоей подружки на спине швы вдоль всего позвоночника
у ее дружка на шее цепура

фотографируется – зацепилась носком колготок
в пикселах вечера прикрывает свои большие груди
выправляет русые волосы из горловины блеклой толстовки
валяется на крыше типа дремлет

в бар врывается снег с дождем врываются копы
первая из наших героинь тушит в пепельнице сигарету
озирается в поисках второй – в это время
звенят стаканы шуршит еда переворачиваются стулья
только резиночки для волос только лезвие от заусенцев
никаких стволов – только плиссированные юбки
по всему ведьминому лесу насквозь сиреневому
раскиданы сломанные наушники и стреляные гильзы
она улыбается она задумчиво высовывает язычок она встает на цыпочки

ты говоришь – эти двое ебашут
в гулких холодных домах на полу или скрестив ноги на передних сиденьях
давным-давно ты говорил – вот и лету конец
это была последняя
а потом сваливаются трупы с крыш
и ты еще что-нибудь говоришь – не особенно четко
и то – только потому что не смолчал
ветерволосыосень
мелькают птицы вниз – трассирующие и спортивные
звенит Второй Шум по пораженным каналам
как черно-белые снимки чужого как в трейлере к фильму ужасов

Следующий Холод.
1.
…и то ли дело Следующий Холод.
наши героини старше и на улицах холоднее.
звоните никогда
протыкайте мягкие ткани

приходите в наши серые вечера
в наши закупоренные квартиры
такое ощущение что никогда
такое ощущение что никуда
настолько ясно что даже омерзительно

колено к колену
щиколотки совместить
зеленая наволочка зеленая простыня
барахтается Эмми
запустить все дела
цепляется за тебя как севшие в позапрошлом месяце
потекшие батарейки
кружево – как лед
лед – как кружево
тонкий ремешок перехватывающий талию
«счастлива теперь?» -
доебывается распластанное на бетонной плите граффити

толстая черная кофта на голое тело
орут свистят и лязгают поезда
из их окон течет расплавленное олово
двери открываются
ты войдешь или нет
как резная чугунная ограда кладбища –
узор на колготках
и горе – рассеченное как отрезанная на рельсах нога
болтается как салат по тарелке

заспанный инстарграм
зацените мое: черные дыры
зацените разбитое колено
зацените кровь текущую по ноге
ты стоишь и мнешь в пальцах почти полностью скрытых рукавами
билетик карточку или какую-нибудь феньку
и двери закрываются
и поезд отходит
и ждать другого поезда

ты можешь выйти из опций как выйти из метро
гольфы и белая футболка heinеken
ты можешь выбрать другую миссию и снова спуститься сюда
или взять прямо здесь другую миссию
ты еще можешь
как-то подготовиться встретить зиму
например купить теплый жакет и по погоде туфли
например отключить/включить телефон
например купить кило спайса
наскальный рисунок – угловатая девушка на спине
закидывает за голову руки и
заваливает налево ноги

ночь машинист останавливает вагон
и в сыром стекле
видит утомленную запрокинутую голову одной из героинь
отражающуюся в бликах и топливе
аккуратные уголки воротничка
аккуратные аккаунты
аккуратные «в поисках новых встреч»
не звоните. встретимся.

2.
наши куртки светятся на спинах и рукавах
наши куртки играют тучей маленьких огней
это пока ты только выходишь из-за ширмы с домашней одеждой в руках
и белеет посреди бардака платье

самое блистательное в тебе – рука
как на ней три колечка цепочки какого-то кулона
коррелируют с холодом в волосах
с сумрачной челкой закрывающей уголок глаза
со злыми мрачными завернутыми в белое плечиками
как будто внутри тебя – ядовитая проволока
слизистая опасность

брови в разлет – недовольный взгляд из тьмы
мрак и шелуха подернувшие кожу
одна из наших героинь понимает что виновата сама
другая долго и длинно – как ее шелковые тугие волосы – причесывается
они лезут всюду и цепляются и обматываются и не отпускают
и прекрасно пахнут
как хищные а не только живые
у нее 33 а не 32
хоть два в глубине разрушены
слюда мерцает в раковине

взгляд мерцает из жерла пещеры
темно и под ногами мокрая холодная галька
вряд ли тебе есть дело
что я не всегда врубаюсь
вряд ли стошнит прямо на кафель
у раковины между грудей зажигалка
с белой на красном надписью coca-cola
крепкий алкогольный из стакана
губы неяркой помадой

пальцы сгорблены у живота – хватит
хватит – потное измотанное аниме в стенах
яркие волосы и черные безрукавки
откровенно хуевое небо

а ей – козырек в бок и волосы в рот лезут
а другая замерла у стены задумавшись
привалившись всей короткой стрижкой к спинке старого дивана
в полутьме догоревшего выходного
и конечно помидоры черри
и конечно белая кошка
бесконечные отречения
выскальзывают из прошлого
и за диваны навсегда закатываются

3.
и воспоминания о платьях
воспоминания про девочку star wars в юбке с высоким поясом
воспоминания про тонкие иглами волосы впивающиеся в губы
про старшего брата подарившего скейт и веер
про Аллу с нарисованными бровями склонившуюся над монитором
про то что кого-то тащило пиздец и к херам утащило
про то что кто-то сказал: светит

про колготки сползшие на половину спелой попы
про скрещенные тогда за спиной пальцы
Сан дурацки открывает рот и сделав из большого и указательного колечко
сует в него другой указательный
а еще про суку на футбольном поле
та была в синей форме и с помпонами
и потом как треснуло ее лицо и потекло варенье

можно перечислять бесконечно эти про… но что толку
тут главное расслышать – «добро пожаловать в забвение»
не стоит забывать что это слово
с английского переводится также – как «помилование» и «амнистия»
так что – полки с книгами одной из наших героинь
так что – у другой – цветастая птичка – корм для клетки

добро пожаловать в…
на холодном внутреннем дворике
где озноб зияет и ширится с каждого балкона
Дженнифер в ледяном литом платье озабоченно пальцами в волосы
на ее ногах дутые расклеенные нахуй кеды
а Молчанская стоит посреди своего голая
зажимает горящий нос пальцами-ветками
белые мучнистые дорожки кривые рассыпаны
по стеклянному тупому подносу
О-Юки сан выгибается в дешевом черном платье
размыкает липкие губы
здесь дышать не то чтобы воспрещается
и не все чаще – просто время от времени не хочется

здесь электронные часы больше ничего не пишут
и герой засыпает в своей постели долго и плохо

4.
двигается под Второй Шум этот новый Следующий Холод
как текила под пиво
двадцативосьмилетняя в коричневом пиджаке проверяет гранки
выпускает дым из уголка рта собирает в субботу
гостей по случаю о котором я ничего не знаю

эта – с желтоватой кожей и зататуированными плечами
целует в шею свою черно-серую лысую кошку
кофе привычно и заученно горек
первая из наших героинь считает что это вкусно

второй откровенно побоку
это блять чешуя а не платье!
дождь идет как-то сбоку
потерян сборник музыки на потертой дешевой матрице
просто прикрепляешь к своему лицу фото
и выпрямляешь плечи и черные пряди
словно хвосты знаков вопроса
на домашних джинсах мохрами раны
вытянутая рука с укусом собаки на сгибе

первая героиня смотрит на младшую сестру – красные волосы
вспоминает холод который бежал тогда по стенам
вебкамера снимает полное еще детское личико
и постепенно подергивается зернистым шумом
мне нравится слово «зернистый»
ровно как и «зыбкий» - оно поглощает
все эти берега ванн заляпанные красным
в жж текстовые осколки

5.
а как эти двое – проебались в градиентах – как они целовались!
неумело страстно и увлеченно
это еще когда тебя заводила нежность а не жестокость
жевал с протянутых рук синиц сплевывал перья

я так давно хочу описать этот взгляд этот прищур черный
с таким осуждением граничащим с омерзением
на кого и по каким причинам
можно так смотреть лежа на животе в спальне
когда у тебя подогнуты в длинных тонких черных носках ноги и распущены волосы
когда такие глаза и такие расстрелянные магазины

пара строчек о ледяном пляже
пара строчек о белом побережье
льдины сталкиваются трутся друг о друга с таким звуком
как будто между ними всегда были эти трещины
в дымке прорывается чувство хлюпает шуга
не гнется провод от наушников на морозе
камни подернуты крупными кусками соли

развернуться и натянуть на пах боди – вот это здорово
это здорово когда одна лямка с плеча пусть и специально
кошка лакает крепкий чай из кружки
в небе ничего не осталось
разве что разрозненные буквы

Эпилог.
в тонкой шерсти серой как космос
бледной рукой крепко за перила
даже не представлял что у девушки может быть такая сила
и что еще достаточно долго до конца этого Холода
но ждать наступления еще чего-нибудь нет особой причины
так что допечатываем этот текст и отваливаем к печенью
отваливаем к палеву и стрельбе по пунктам
и к прогулкам с ножами по осеннему лесу

она жеманно поводит плечиками и трескается
на пиксели
на смытую давно рвоту
на засохшие пятна так и не смытые
возможна строчка про тени от взрыва атомной бомбы
наверное ты в курсе что это вообще не тени

первая героиня закатывает глаза – только белки видны и домашнее платье
пальцами по лицу обозначая запоминая замалчивая
куда все эти места в кафе и кино куда кулоны
что-то полюбому наступает

первая строчка потому что чаще выходят вторые строчки
трещины ринулись – а она просто прикоснулась руками
красная оправа дешевых очков марочка кислоты в клатче

леопардовое
руки в боки
желтая стена и смеющиеся граффити
ищи меня в любом другом эпицентре
если только захочешь – уже сможешь
без обид – я знаю что не захочешь
ага «через десять лет мы будем над этим смеяться»

вторая героиня даже не знает что есть эти сервисы
ей вообще не до кирпичей и блоков
что ей в зеленящемся напрочь море густом трюме пустой вазе
потому о ней так мало во второй части

первая героиня спит – волосы-реки ключицы
электрический ток спит кружева шурупов наружу
проказа эпилепсия нарывы дерьмо крысы
что-то за кадром об этом вещает Ричард Дрейфус
пацаны переступают с ноги на ногу топчутся на дереве
дробь в дорожных знаках в гробу гвозди
прости за туманности и туманы не прощай вовсе
что они сделали-то такого тем что прибыли
но им было о чем – жалко что Олдмана что Рота
накидать бы сюда еще пару удачных финальных строчек

строчку про то что свечи и кинжалы были таки использованы
строчку про то что у всего было/есть свое предназначение

blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah





Cбор средств на оплату хостинга
ЮMoney (Яндекс.Деньги) | Paypal

πτ 18+
1999–2021 Полутона
計画通り