РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВАнна Трифанова
Белые начинают и выигрывают
22-01-2026 : ред. Сергей Круглов
***
Белый Лужин и черный Лужин
имеют договорённости о том,
как сходить с ума,
кто пишет шахматные партии,
кто загадывает загадки, а
кто разгадывает.
Их мысли и действия гармоничны,
как руки японских рабочих,
собирающих молниеносно автомобили.
Впрочем, не так уж молниеносно.
Фигуры медленно меняют свое лицо,
морды коней дышат и просят то ли ухи,
то ли сахару,
слоны двоятся в глазах, в желаниях,
в умении разглядеть друг друга по диагонали,
плавно скользят абсолютно зеркальные,
два в одном, как матрешки,
меняясь местами,
прячась от мушкетеров-пешек,
защищающих королеву.
Вот только король их совсем другой.
Он всесильный и всеблагой,
наклоняется к их доскам с веером,
а им кажется, что это прибой...
Он обычно им пишет знаками:
"Примите на веру. Твой."
***
Туман, декабрь, отныне, наконец,
Когда мы встретились на самом дне столетья,
Подвинув дни, замученные смертью.
Войне - конец.
И льется в окна дым туманных зим,
Без запаха елового, без мирры,
Звезда летит над городом, где мир,
И мы - летим.
***
В прощении мимо слов, что ключики держали.
Где первоцвет? Где дрозд?
В минуты музыки пространства излучали
Воскресный дым небесных папирос.
И звезды в такт, предпраздничное небо,
Тот алфавит, где азбукой дождя,
Перемежаются, как будто, быль и небыль,
И тишина, и тайны бытия.
***
И день околицей уходит за изнанку,
Ее мотив потусторонний пел,
И выходом за призрачную рамку
Отметиться успел.
Так и слова. И к лету поворот,
И кокон с мандаринами у елки,
На сердце вышиты и шишки, и иголки,
И радости полет.
***
О, летопись летнего промысла птиц,
Ее мы узнаем как крик листопада,
Где льются сквозь зиму бессонного сада
Источники вод и факелы лиц,
Где тонкие нити скрепляют в браслет
Огней амулеты, и прыгают в Лету
Через порог те, что были взрослей,
А дети все где-то играют, их нету.
***
Крот-полукровка забыл язык,
Его полдень - ночь, кроток, как мыши клик.
Струится в небе, словно змей и флаг,
Его полночь - день, призрачных птиц косяк.
И где дождь бульваров, в тени цветов,
Пить и пить отвары медовых снов,
Горячи из света свободы сны,
И весны начало, и дни ясны,
В перламутре яслей, ясеней, в ожидании слов,
Жизнь под ель припрятали, под сердечный кров.
***
Когда и город больше не знаком,
И падаешь бронзовкою-жуком,
Не с дерева, а с собственного "я",
Все машут ручкой, веткою, крылом,
Прекрасной статуэткой, мотыльком...
Звезда сверкает, дети янтаря,
И молоко течет из-под огня
В застывший свет, что сохранит, любя.
***
Слово - росток малины, оно еще не созрело,
Одуванчику лучше - летит, летело.
И лета звезда, не двигаясь, расцветала,
Искала свое отражение на дне Обводного канала.
И львы улыбались, и пегасы держали марку,
Тоже летели, несмотря на старку,
Но меня там не было по причине ёмкой,
Я смотрелась в шарик на полу под елкой.
***
И снова снег потряс неизъяснимым,
Закрыв глаза, в который раз смотрю,
Как в телевизор черно-белый мнимый,
И птицею безоблачной пою,
О том, что мир опустится на плечи,
О том, что вечер жизни на краю -
Еще не вечер, нет, еще не вечер,
Да и потом все встретятся в Раю.
***
Отворяя бытие как день,
Затворяя ночь небытия,
Свет прозрачный ткнулся как олень,
Носом влажноватым в соль ея.
Тихо возвращается звезда,
Плавно опускаясь будто снег,
Исчезает в сумраке земля,
Остается только человек.
***
И вот тогда неслышим снегопад
В двуликом "я" между концов метели,
И выйдут псы охотиться в распад,
Пока их Орион волхвом у ели.
Но снег невидимый уже идет в Раю,
Под музыку охотники и цели
Ступают, как один, по снегу на краю
Эпохи новой в сонной колыбели.
***
Душа, оказывается, не имеет размера,
Не имеет черт времени, не имеет сна,
Она - окно во что-то далекое, как весна,
Она - зеркало раненой стратосферы.
И когда в этом мире ее мотив
Пытаются сузить и бросить в клетку,
Она взлетает птенцом на ветку,
Никогда не пойманная в объектив.
***
Раздвоение улиц города на "зима - весна",
"Полночь-полдень", "о старом и новом лете",
И душа, немного сонная на рассвете,
До сих пор еще к лесу обращена.
А там все те же, за кого в ответе:
Мотыльки, летучие мыши, сны…
Облака опускаются ниже, веселясь как дети,
По-собачьи тыкаясь в руку своей весны.
***
Птица полночи и птица полдня -
Это одна и та же птица,
Иногда молчит, иногда ей не спится,
И тогда она шепчет "вонми".
И вот опускается в воду крест,
Так непрозрачна воды поверхность,
И что значится как "неизвестность",
Лишь момент раздвоения ее завес.
***
В каждой жизни на Млечном Пути
Молоко одной небесной сути.
И пусть душа, как будто, взаперти,
Не знает звезд и их зеркальной ртути,
Вдруг понимаешь, как устроен мир,
Такой прекрасно-хрупкий в тон обложек
Всех детских книжек, выжатых в потир
С хлебами тайных неотложек.
***
Белый огонь, цветок лилии регале,
Опрокидывает пространство в заснеженном январе,
Льется сквозь тьму, в словах, в формулах Баха, тронь
Факел его впотьмах, и протяни ладонь.
Водами Иордана расплавлена, горяча,
Любит загадки Духа, Баха и Ильича.
Так и войдем в пространство безвременья на земле,
В старую сказку странствий Песнею Песней вне.
b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h
Поддержать проект:
Юmoney | Тбанк