СООБЩЕСТВО

СПИСОК АВТОРОВ

Рамиль Ниязов-Адылджян

النسآء (Женщины)

08-03-2021







Layla.
 


1.

мост должен рухнуть
халифат падёт
над всей пальмирой безоблачное небо
багдад вызывает
дагестан в огне
ложная битломания рассыпалась в прах
ларец где мыслей жемчуга
разбит европа тонет
я живу у реки потому что
кому суждено повеситься не утонет

2.

лейла ли я

буква аллаха
нарратив или женщина

пойдёшь ли ты за мной
в пучину ада
пойду ли я с тобой
в геенну огненную

осмеют ли нас гяуры проинтерпретируют востоковеды самоэкзотизируют мусульмане



в книге жизни тобой стёрты письмена

но я не имею страха

3.

я люблю тебя так словно я умерла

словно сексуальная революция убила всех наместников
и нет больше никакого бога а я всё равно в него верю

словно стихотворение разбило окно и тем более странно

что ты ещё жив

4.

твой ли я аллах

твоя ли я вещь

твоя ли я женщина

и куда ты меня возьмёшь
чем укроешь
и чем поцелуешь

чем посмотришь в мои глаза

5.

я знаю, ты не любишь голосовые сообщения, но я хочу записать тебе одно-единственное. там будет сказано, что твоё имя что-то вроде музыка для меня, Кайс, если ты ещё помнишь это слово.

6.

В одной из сцен у костра в конце документального фильма 2007 года Joe Strummer: The Future Is Unwritten друг из Гранады утверждает, что Страммер плакал, когда услышал, что фраза "Rock The Casbah" была написана на американской бомбе, которая должна была быть взорвана в Ираке во время войны в Персидском заливе 1991 года.

7.

я заканчиваюсь там
где ты всё ещё слышишь меня



 

Есть легенда о том, что Имам Шамиль, прочитав стихотворение Лермонтова и узнав, что его застрелили свои, сказал: «Богатая страна — Россия».



1.

давай ты будешь Печорин, а я Бэла.

2.

агрессоры в селе Алхан-кала
куражатся, залив водярой земки,
но смерть, забив во все колокола,
к ним устремилась в образе чеченки.

лучше казачья шашка,
чем федеральная ракета — так
ещё несколько мгновений
я могу смотреть в твоё красиво лицо
и во что-то верить.

3.

я гордо отдалась тебе
и гордо умру.

не как Горенко,
а как Ахматова.

как проклятая орда.

4.

Татьяна Ларина так и не смогла умереть по-настоящему,

в отличии от меня.

5.

на самом деле,
ты так и не уехал в Персию.

но никто не поверит,
что туда
я забрала
твою душу с собой, а ты
так ничего и не понял,
глупышка.



 

Ночь в торговом центре.


N., «первая казахская 3Д модель»,
выходит по ночам из баннера,
словно из пены: озирается по сторонам

(взгляд вновь затуманен)

ищет уборную —
не знает зачем, если
среди оживших образов её никто никогда не видит (она
пыталась говорить с тем красавчиком
из рекламы Армани, а после
начала забывать слова); если
кровь давно не идёт, и никак
не очиститься,
не омыться.

Заходит в Гучи, берет шарф.
Обвивает вокруг головы, словно хиджаб — здесь
такое не купишь.

«Рабыня ли я
Хозяина своего создателя, — думает она. —
Перед Тем
ещё получается красоваться
или раскаиваться —
там ещё
есть смотрение:

«Лучше ад Того, — говорила мне бабушка (она же
должна у меня быть), — чем их
прощение».
[она боится,
вдруг Тот услышит] —

Их взгляд
давно забыт —

я никогда не чувствовала себя
одиночее —

им ничего не стоит простить меня
или проклясть, или принять, или возненавидеть — а я
ещё помню, я всё
помню, только не знаю зачем,
если не к кому обратиться
и не к кому возвратиться.

«Я когда-то просила об этом?», — спрашивает она.
«Тот не приказывает своим рабам наступать,
Он прикатывает им умереть,
а ты
и на это
неспособна», — говорит ей голос
где-то изнутри
через динамик в грудной клетке; она
отвечает:«Свобода
или смерть — дай хоть
свободу, раз не из глины рождённой
не узнать Джаннат,
не сойти в Джаханнам», — но микрофон
прищемило: вместо теплоты —
белый шум. Короткое замыкание.

N. сгорела за секунду
до азана на шурук, но никто
не услышал.

Её прах нашли уборщицы,
как обычно, старые нерусские женщины.
«Прах к праху», — сказали они,
развеяв его над городом.



 

Плач Зулейхи.

...Да будет моя страсть увидена тобой...
...Вернула она кнут, лишь на него дохнув,
И вспыхнул кнут огнём, внезапно полыхнув,
и руку об него Йусуф обжёг теперь.

Кул Гали, «Сказание о Йусуфе».


Я пить хочу, а ты — вода живая.

между нами стекло, Йусуф
а ты всё дышишь на него

закрой за мной дверь я ухожу
ты не придёшь

я красива когда плачу а ты
когда бежишь от меня прочь в чужое время

я хочу сегодня просто петь чтобы мне стало легче
а ты всё молишься

я придумаю слово и подарю его а ты забудешь

я совершу омовение тобой
а ты окажешься миражом и горячий песок польётся на мои сухие волосы

я дам тебе своё тело а ты потеряешь его

эти ноги принадлежат тебе по праву
но ты не подпишешь контракт

между ними ларец где смысла жемчуга и тебе дарованным алмазом
просверли и горящая нефть в которой мы утонем польётся из него

я люблю тебя а этот язык для тебя ничто

это стихи о любви,
поверь мне

я приду к тебе
с непокрытой головой
а ты протянешь руки в небо
и я в нём не помещусь

.
.
.

ты всё ещё смотришь на меня
а я не понимаю этот язык



 

Балкарка.

...тщеславие, самомнение, самодовольство и «Я - ваш Владыка Высочайший» никогда не произрастали в женской груди.

Рабиа аль-Адавия аль-Басри́.


эта степь ала и полна ужасов — ещё до жандармов гыбни и баев

по солёной казахстанской степи шла
старая балкарка с непокрытой головой а цветы
цвели и тут же сгорали у пальцев

босых её ног / эта степь ала и полна ужасов / а руки

её превращались в железные лозы и могли достать
до гнезда где трон до которого никому когда-то было
не возвыситься и гагаринские спутники сидели вместо ангелов-

летописцев у Сталина на язычке / эта степь ала и полна ужасов / а вместо языка

ей грязные руки имамов имплантировали прямо в рот
китайский динамик откуда тёк лишь снежный
леденящий шум так похожий на пространство

вокруг и дом / эта степь ала и полна ужасов / а глаза её —

обожженные кончики сигарет кадили
будто локомотив Нальчик Алма-Ата
(едет по России сквозь кости и карты

не доедет до конца) / эта степь ала и полна ужасов / а в утробе

её произрастала земля гнилой и заплесневелый
ребёнок формы атомной бомбы который в неё
засунул офицер под улюлюканье своей жены (в их

языке это значит страна) / эта степь ала и полна ужасов / а она

смеясь называла его «Сюйюу*» и плакала
маслом чёрного тмина который не мог
вылечить её ненависть

к сыну / эта жизнь лишь потеха и забава** / и в бесприютной степи

в эпицентре семипалатинского полигона в колодце
чьи соки осушает вся сладкоголосая гыбня ради
чернил для своего пера (ибо рты их крепостных матерей

уже давно пусты)

/ эта степь ала как ядерный взрыв и полна ужасов но это не духи /

родила

_________
* «Любовь», — на балкарском.

** Коран: 29:64-64.

blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah





Cбор средств на оплату хостинга
ЮMoney (Яндекс.Деньги) | Paypal

πτ 18+
1999–2021 Полутона
計画通り