РАБОЧИЙ СТОЛ

СПИСОК АВТОРОВ

Мария Шихирева

Звезда с голубым хвостом
08-04-2026 : ред. Валерий Горюнов



     fast_rewind     print    



*

обращайся к траве 
лицом,
говори о том,

как шевелит еë звезда
голубым хвостом.

обращайся к домам,
к мигающим их глазам,

говори про свет —
вот он есть,
вот — нет.

обращайся к дождю, к холмам,
к станциям, поездам,
к людям в час пик —
говори, как увидел их:

танец-падение, звук
(время летит из рук,
руки-цветы)
синий звук
летит
с невидимой высоты.

обращайся в ночи
к небу, пока молчит
город,
и лес,
и дом

расскажи о том,
как становится сном 
на дне ручья золотом

звезда с голубым хвостом


*

летом в холле
открывали две двери:
главную и запасную

(парадную и чëрную) 

спускаясь на первый этаж, 
выходя из лифта в холл, 
я ощущала холодок
летнего воздуха,
бежавшего сквозняком

через открытую дверь
чëрного входа-выхода
виднелись ветки в цветах, 
покачивались на утреннем ветру, 
кивали белыми лепестками

тишина летних каникул
прохладным утром:
дом спит, 
улицы пусты, 
автобус с флажком
скрипит на повороте. 

почтовые ящики спят, 
блестящий линолеум
переливается светом, 
лифт застыл, улыбаясь. 

память о детском лете, 
happy place, 
фрагмент осторожного сна


*

Имена вещей не находятся ни внутри [этих вещей], ни снаружи, ни между ними, а также не существуют вечно сами по себе. Поэтому [можно сказать и так, что они] не существуют [даже] как имена.

Из трактата Чжи И "Самадхи пробуждëнного осознания мыслей" в переводе В. Ширяева
____

Помню, как было грустно, 
когда шли по берегу с А, и он говорил:

— Вещи не существуют, вещи мертвы. 
Теперь больше всего — вещей, не живых. 

Я вспоминала тëплую стену дома, 
она дышала в мою ладонь. 

И камень на пристани, просто 
кусочек гравия, катился к моим ногам, 
улыбался. 

Помню, как чëрным осенним днем, 
когда А уже не было в нашем мире, 

Вглядывалась в его лицо на экране, 
и было холодно и тепло, пока он говорил:

— Я стоял и смотрел на цветущий в саду абрикос, 

пока он 
не посмотрел 
на меня
в ответ. 

Уехала электричка вдаль, а тень осталась. 
Остались тень и тепло. 

Пытаясь дать имена вещам, 
которых нет, пока они есть, 
я пропадаю и появляюсь
в "уже" и "ещё", 
как стены домов, камешки, пыль на дороге, 
как человек, ушедший из этого мира, 
коснувшись крылом белой чашки, 
съëжившегося стола, 

оставив улыбку в моем кармане
на тонком клочке салфетки. 


*

это просто как
внезапно оборвавшаяся жизнь:

вот ты ходил и делал что-то, 
что-то говорил, 

и бац —

всë ещë видишь
себя и их, 
столпившихся вокруг, 

и всë ещë болит
как будто
что-то —

но больше нет тебя
такого вот, 
в пыли
воспоминаний, 

размазанных картинках
заблюренного видео

на свет

летишь, 
но что-то
просит обернуться, 
зовëт, опять
как будто бы болит. 

лети на свет, 
смотри, как изнутри
рождается ответный
светлый луч, 

лети как лепесток, 
как слепок света, 
как лепет, 
как поток, 

сверкающая капля, 
океан, 

лети как небо,

(небо не болит), 

как первая снежинка
после жизни


*

вот, 
наполняет комнату серый свет,
говорит:
посмотри, 
ты - есть,
но тебя нет;

у тебя внутри вода
течёт
в две стороны,
на ладонях 
— связавшись, запутавшись — две
лопнувшие струны;

ты — молчащий рот,
прикушенная губа;
у тебя не одно 
сердце —
целых (разбитых) два;

посмотри на себя,
сколько в тебе тьмы,
сколько воды, 
текущей в две стороны;

говорит: закрой дверь, прислонись к стене.
говорит: говорю,
ты есть, 
но тебя нет.

говорит: пей эту воду,
смотри во тьму.
говорит: не говори.

говорит: никому.


*

микромир в забегаловке "Шаурма":

булочка с апельсиновым джемом, 
чëрный "Татчай" с двумя кусочками сахара, 
телеграм-канал поэтических новостей

новый навык:
обустраивать уголок тишины, 
глюкозы и углеводов
в хаосе

даже бессонной ночью
я знаю куда бежать
в темноте своей головы:

дребезжащий лифт
поднимает меня в деревянную комнату, 
капсулу/холод безвременья:

книга, ковëр, тишина

тонкий белый слепок, 
летящая ткань на окне
колышется медленным ветром

запах сладкого тополя после дождя

невидимая улыбка, 
тени тепла, 
солнца блуждающий луч

_____

за длинным столом - только я, 
бумажный стаканчик с чаем
дрожит от вокруг-голосов

тихий побег, 
дорога уходит в сосновый
сон:

мир обочины, 
край травы, 
ненайденности простор


*

весеннего спасения
скамейки, свет, следы:

солнце —
сквозь ветки, 
веки, 
тени

над чашкой чëрного чая -
пар, радуга —
в глянце стекла

говор дрозда
вопросительный, 
гомон в кустах воробьиных;

просто сидеть —
дзадзен —
просто сидеть;

стены оранжереи
обвязаны тенью и 
пятнами камня, 
снявшего штукатурку

на каждой скамейке -
раненый, радостный, 
выживший в новой зиме:

дрозд
в оранжерее весны



     fast_rewind     print    

b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h