РАБОЧИЙ СТОЛ

СПИСОК АВТОРОВ

Звательный падеж

Евгения Неверова
19-04-2026 : ред. Сергей Круглов



     fast_rewind     fast_forward     print    



*

Ненаписанная песня Суфьяна Стивенса

(с вопросом, sassy): «Настоящая любовь никогда не двойственна.»

Рядом с пустым кустом граната в лимбе квартала теннисный стол. Это философская плита бетона, о нее летящая скорлупка не сделает пинг, не сделает понг. Это земля ни одного человека, без сеток, перегородок, но враз ее не пересечь, и понятно, где территория я, где территория ты. На этой земле только я-сегодня и я-тогда. Очень жарко, желто под подошвами шлепок, пахнет мумиём мечт. Это мечты категории б: боюсь подумать, не поверят. Чтобы вызвать такую мечту, нужно тело-расположение. Это сейчас мои ручки любви дотянулись бы до стола, уперлись бы в резкий край, а тогда нет. Я накреняюсь дугой на горячий серый цемент без единой целой ракушки, с тоннелями для всех шепотов от тех, кто как я. Мои шорты станут белыми, моя майка станет белой, мой коричневый живот будет подниматься между ними и столом, и углубление пупка будет ходить над углублением в нем. Это - растянуть руки, прижаться щекой - поза прострации. Можно просить. Дыхание хах-хах-хах, затылок печет. Гранат не зацветет при мне, но ничего. Ты, уже не абстрактный, придешь, тронешь плечо, и мы начнем играть без партий.

*

TRIPСТИХ

- 1 -

кто ловит пойман - captor captus -
                       
и я поймала себя
до начала до вступления
до пустой страницы
до обложки до даты абонемента
до покупки и до заварной
аромы листа в эту ловушку:

меня не зовут ишмаэль и я даже не nel mezzo
del cammin и не следую улицам вязким как нудный
вопрос по дороге которую меньше топтали
на рассвете с первыми умами моего поколения
и я давно не пещера куда море приходит
умирать и я не иду мягко и не в эту добрую ночь -

возвращаюсь ли я к себе
из-за бесчеловечных пределов
где биты и байты едят сырыми?
возвращаюсь ли из-за пределов
где мысль окончательна и нельзя передумать?

я всегда возвращаюсь к себе

моя медленнонаступающая моя эос-осознанность
дай мне имя и руки архитектора или об-пенок
лимонного путеводного мыла бренда блум:
я поймаю твой поток и выйду памятью вперед
из лифта из подъезда через запасный ход

как все я спускалась вниз - brb - за тенями
и ответом на вопрос - когда будет не страшно

и будет ли будет?

- 2 -

(заказ передан курьеру
ожидайте курьера)

зима сминает лето
лето сминает зиму
звонок жду

понимаю-понимаю юной своими словами
уже не стану но не притрусь с концом и встану
если на плечи других то выберу тех других
кто начал позже с подвернутыми штанами
а не вдали от долины с круглым лицом
:

джоффри хилл? нет
саймон армитаж? нет
кэрол энн даффи? нет
шеймус хини? нет
тед хьюз? нет
филип ларкин? нет
аллен гинзберг? нет
уильям карлос уильямс? нет
пол малдун? нет
дилан томас? нет
элизабет бишоп? нет
сильвия платт? нет
эмили дикинсон? нет
сэмюел беккет? нет
т.с. элиот? нет
эзра паунд? нет
…
энн карсон может но ничего
не известно кроме лабиринта
ее лица и я никого не знаю
я не знаю никого кто бы ждал
чтобы позже начать перед
лицом конца

залогиниться и нужно, и страшно.

(сделайте для курьера возлияние
покажите паспорт приношений
вы же хотите ветер
ветер достичь
свой таргет)

ханна и бён-чуль, мой эрос
моя тишина и мой неназванный
черный долг перед смыслом
в агонии         хватит
                        хватит

ничего снова не хватит все в сброс

- 3 -

достаточно ли я знаю просодию
            хотела бы - давно бы написала
могу ли начинать часто с одной буквы
            выбери что-то одно
есть ли талант есть ли техника
            не пиши о чем не знаешь
точка б точка б как слышно
            сначала переживи запредельное
тешу ли я себя манией и иллюзиями
            а ты что хотела что
есть ли у меня права

и увидеть, что это хорошо
и быть и дать быть

в словах я не ела успех но желчь
поднимается от качки и ехать в багажнике
неудобно перелезаю вверх на заднее
закрываю глаза вдыхаю запах
кисло жжет в горле - недостаточность
не уговорить опуститься и взмахом
бедра отбив колени я на переднем
сидении и достаточно слуха понять
один - это должно помочь но не помогает
два - нет других за рулем и нет навигатора
три - это не сон и время представить права

перестать писать чтобы выжить
и выжать чтобы писать -

мои слова

*

сюита 80/120

мало кто знает: сердце - подвид волынки
сердца появились в дошумерскую эпоху
для извлечения шумов из той части человека,
которую мы знаем как клетка.

были народы, которые думали об извлечении
буквально. пример: ацтеки, инки.
одни искали тональность солнца (istli),
вторые бранч из звука для своих богов.

древнейшие изображения видим
в реликтовом биении первого разрыва:
вероятно попытки проверить пределы
звучания. это инструмент камерной

музыки - его диапазон концентрический
(число октав-окружностей зависит
от мягкости ткани), и концерт давался
в два отделения по шестьдесят лет, но

второе могло быть сокращённым или
его отсекали; иногда игралось только
первое, иногда этюд. ценный дух шэнь
распирает мешки и гул по трубкам

выливается во что-то абстрактное, этой
музыке мы интуитивно верим: между
одной волной и следующей до сих пор
никому не удавалось вставить лишнее.

скорость перебора, доступный звукоряд
растут с мастерством и замедлением
играющего. у мастера кажется почти
не слышно трения сердца о клетку.

из мифологии: орфей пытался добавить
струны в конструкцию, соединить привычное
с диким, но я помню чем
закончилось, см. статью разочарованные

фанатки из Фракии. устройство остаётся
неизменным - трубки с язычком для стука,
отверстия для пробок, плотная сумка с
отделениями для амбиций и мелочевки.

разнообразная техника игры сложилась
по обстоятельствам: дуть в трубки
для поднятия духа, рукой сжимать мешки
и зажимать отверстия наспех пальцами -

петь горечь. уход: мягко разминать
складки, шепотом протирать изгибы
труб; не колоть абразивными материями.
обрабатывать у специалиста, сдаваться

в ремонт, настраивать на нужный лад
(тюнеров нет, так что на слух, на пульс,
на чувство), разбирать, если совсем
ничего совсем ничего совсем [править].

Пифагор о сердце: не есть (мелкие
детали могут заблокировать гортань;
потребуется вмешательство, рубцы
безвозвратно изменят качество звука).

повсеместное распространение сердец
и их многоголосие - ба-бум тук-тук дугын
тамп-тамп пын-пын тап-о-туп пох-пох
ц’идог - держатся за стенки нелогичного

непризнания, что это подвид волынки и
все, не сакральная чашка не макгаффин
не символ не метафора не арт-обьект.
инструмент из грубой кожи и красного

масла, в твёрдом чехле со шнурами
для ношения на шее. имя его сбивает
нас с толку: корень кор-кер (плюс д)
стал связан с корректным - верным

лечащим. когда мы пальпируем / щупаем
вопрос скрытого в карманах сердца
репертуара другого, вопрос талый
для нас и острый для другого. мы думаем:

здесь где можно было прятать алмазы
и жемчуг хранится что-то сверх-ценное.
так что популярная культура тянет мета-
волынку о музыке когда использует

сердце. авангардные эксперименты с
сердцем чаще всего перформансы или
хэппенинги, иммерсивный театр.
предложение и обмен сердцами,

первый и последний звуки, ритмичная
игра на раздражение нервов, публичный
арест. адаптивный потенциал сердца
позволил ему завоевать наш мир. но

странно, что мы еще на прототипе
еще достаём что-то из пустоты еще
настолько не терпим быть в тишине
без музыки что носим свои сердца.

*

Вот еще способ согреться —

Вы — мы — были готовы заказать что-то из напитков, но выпали из ритма попыток в ритм ресурсной бедности. У вас — у нас вышли пузырьки.

Взболтать — обратиться к любви, строительству, ценить игристую жизнь свою и других, и отвязаться от образа жизни до дат. Тиндер и пьюр еще не остыли к России, пати проводятся в мощных локациях и не вывелись в чьи-то квартиры, розовый пух в ленкоранских акациях по-прежнему розовый. Кажется, было цветистее. Но кажется — все это — доза бессилия — уже приходило. И сидели на кухнях, и не знали, и ковыряли крошкой скатерть, и сначала переживали сильно, а потом переживали.

Всегда так — солнце слепит себе еще человечков из глины. Мы легко побеждаем свои границы с дорогими другими, но не свою в себе токсичную -инность (подсказка: невинность). Кто не рискует, тает, не пьет bubbly, не переизобретает себя: патрокл в ахиллеса, финансист в модельера, беатриз в поля, колония в суверена, гений в больного, джеймс в гэтсби, из ведерка со льдом в комнатную в софт-температуру тела. Дихотомия смело-несмело.

— shake it till you make it, babes.


 



     fast_rewind     fast_forward     print    

b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h