Сбор средств:
Яндекс Paypal

РАБОЧИЙ СТОЛ

СПИСОК АВТОРОВ

Евгений Калашников

Там где тикает за бортом

29-04-2014 : редактор - Евгений Прощин





Море волнуется…
Там куда ты пойдешь
На небе висит луна как мышами прогрызенный грош
Ты постоишь, поглядишь, может, чутка всплакнёшь.
Там другие места
Там люди другие и даже весна не та.
Там с горы видать, как колышется чернота.
Выйдет на море караван-баркас,
Глянет на небо и на нас.
Море волнуется раз…
Входит на мостик матрос,
Капитан на него глядит.
На полу желтеет матрас.
У матроса пуля в груди.
Море волнуется два…
Погоди.
Капитан говорит слова,
А какие не разобрать.
Нам видать у него голова
Пробита, лица не видать.
Море волнуется три…
Блять.
Волны огромные посмотри.
Смерть идет по пятам.
Море снаружи, баркас внутри.
Счастье что ты не там.
Ты не там куда ты пойдёшь
Не там где луна желта.
На стене картина, на персях брошь.
Ты внутри янтаря, ты с той стороны холста.

***

За клеткою Фарадея весь мир пронизан
Волнами и лучами, частицами и эфиром.
Об этом знала целевая аудитория УЧПЕДГИЗа,
Когда бутылки с зелеными пробками были полны кефира.
Всё расставляя по полочкам не обрести сатори.
Больше не помогает охотникам древний обычай.
Несмотря на полёты в космос, погружения в море
У мира были границы, но было и пограничье.
Тоска по минувшему постепенно съедает душу.
Улыбается маска, с пилястра следя за сквером.
И достав бутафорский нож из спины Скарамуша
Арлекин наигранно удивляется. Мы принимаем на веру.

***
Реки

БЕЛАЯ

Вето на ветер и на небе облака
Не пропускай и губами лови этот камень
Чтобы никто и нигде кроме нас не взалкал
Сладкой воды изумрудной, изрезанной плавниками.
В Белой реке колдовские течения слёз
В Белой реке мы стоим отрешенно по пояс
Воды несутся, несут нашу жизнь как поднос
В наполированной глади которого облачный поезд.

КАМА

Там где лука руки
Встречает луку реки
По глади пространства идут круги
Там песок нежнее муки
Там блики ярки
Вещи святы, лица благи.
Там берега далеки
Берега близки
Неоспорим изгиб каждой дуги.
Кроны – зеленые колпаки,
Травы поистине высоки,
Птицы: от чайки до пустельги.
Там к земле пригибаются васильки
Словно силясь сплестись в венки
Ветер песней скрадывает шаги
Там есть волшебные закутки
Настоящие детские городки
В них и следа не будет взрослой ноги

ВОЛГА
всё очень просто, кладёшь кулак
правый на левый берег и ждёшь в песке
пока не покажется что на том берегу – маяк,
и он (как писал поэт) в полосатом носке.
Пока не услышишь вдали басовое до
Пока не залижет трещины плеск реки
Гляди, мальчишка стоит на понтоне, бросает в бидон
Пойманных пескарей, строит рожи и кажет нам кулаки.

***
Заводной Апельсин
«I’m forever blowing bubbles
Pretty bubbles in the air
They fly so high, nearly reach the sky
Then like my dreams they fade and die…»
Север не отвечает, сервер обрушен.
Все обрусевшие твари живут подолгу.
Служба выходит гадко, замёрзли водка и Волга.
Рашн и бритиш встречаются в пабе и бьют баклуши.
Павлик с Морозом мутят мокрый в каптёрке.
Пропавший бушлат шляется сам по себе, ищет
Жирафа,
И это похоже на безуспешные поиски снаффа.
Конец фильма. Два холёных подростка и женщина на
борту моторки.
За чугунную лестницу дневальный получит в душу.
Входы и выходы заперты, пьяный храпит дядя Паша.
Дежурный втыкает в компьютер, там побеждают
наши.
Рашн и бритиш поют про bubbles, и покидают сушу.
«Fortune always hiding
I’ve looked everywhere
I’m forever blowing bubbles
Pretty bubbles in the air».


***
flying cyrcus

У воздушных гимнастов привычка бросать партнёрш.
В спину метится снайпер, но пуля не долетит…
Если чешутся руки – бросается в землю нож.
В безвоздушном пространстве у нас будет глупый вид.
И теряя фундамент – единственную ступень –
Цирк взмывает в вечернее синее решето.
И артистам, и зрителям кажется: Питер Пен
Заманил их туда, где тикает за бортом
Покидая планету боишься всего подряд:
Вдруг сломаются шлюзы и кончится кислород,
Как ни страшно на Марсе, страшнее лететь назад,
И поэтому ждёшь, повторяя: «Меня неберёт…неберёт…
Не берёт не берёт не берёт не берёт не берёт».


***

что тебе в имени, что тебе в мини
состав на третьем пути заглох
футболка рваная, штаны в краске, душа в пластилине
ни рукой, ни ногой.. только вдох
выдох неравномерно по капле, по ноготку
садись на сиреневый поезд, встречать восход
я не то, что не знаю, я в принципе должен ку
делать два раза перед каждым кто мимо пройдёт.
По законам сна садишься на электричку, а вылезаешь на станции суконная слобода
И выход в город завален обёртками от конфет
Произносишь - да, и керамо-гранит отражает – ДА…
Однако, молчит, когда произносишь - нет..
Просыпаешься, и песок скрипит на зубах, и не чувствуешь под собою мира
Встаёшь, да так и стоишь, стоишь обомлев…
В гуще синего неба плывёт золотистая капля жира,
А ты на самом дне ямы, не то муравей, не то муравьиный лев.


***
Отрывок из недописанного бестиария, обретенного в забытом детском сне

У крота
Есть два рта
Один физический
Другой мета-физический
Больше нету практически
Ничего другого
Такого
Как у Вовы
Как у Наташки
Как у Иришки
Крот не читает книжки
Он пожирает тушки
Отживших воспоминаний
Ртом своим метафизическим
Потому-то он и хтонический
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah


πτ 18+
1999–2020 Полутона
計画通り