РАБОЧИЙ СТОЛ

СПИСОК АВТОРОВ

Дмитрий Дедюлин

А РОЗА УПАЛА НА ЛАПУ АНЗОРА

01-05-2022 : редактор - Алла Горбунова





* * *


мой Бог – хоккей в который не играю
я замираю с шайбою в руке
ну дайте винт и я к слепому Раю
взлечу как все барыги налегке

я сам готовлю свой напиток чистый
его вгоняю в тело – тонкий гвоздь
прости, Христос, но сей отвар игристый
то что прожгло меня насквозь

и вот я сам как рана на бумаге
пожар ползёт и белые листы
сжимаются как складки в чёрном флаге
среди растущей нежной пустоты





* * *


шла принцесса лесом
и встретила сказочного принца
принц скакал на коне
деревянном как лошадка
и зелёном как луна
вышла принцесса за него замуж
слегка приотворив его
и зайдя в другую комнату
а там белый комод
хрустальные яйца и серебряная сова





* * *


я пришёл к тебе в июнь
и сказал что средь простынь
ты – прекрасная как лунь
и с тобою твои рты
рот чужой и рот большой
рот прекрасный и раним
только ходит за душой
наш несчастный херувим





* * *


не пой красавица ты мне
ты песен Бузовой печальной
вот Время скачет на слоне
из золотой опочивальни

вот ангел за руку берёт
архангела и злая Муза
ему спокойному суёт
то чем страшна гипотенуза

и только сахар сер и прям
лежит на стогнах Винограда
и утешая милых дам
я тоже прошепчу: «не надо»





* * *
(вариант)


жопка моя златоглавая
пидарку надел на тебя
и ползаю
аки осень в зелёном раю
и пою
песню древесных листов
падающих наземь
в опустошение земное





* * *


my darling Мойдодыр
со мной меня любил
и вместе с нами танцевали дети
но всё-таки уйди мой милый Бармалей
мне кажется что жизнь сыграла шутку
на этом ангеле
он словно пианино
разбит и пьян
и «Ёлочку» поёт





* * *


я родился на складе приматов
я один из Твоих автоматов
зелень, зелень, пустые кусты
и искусство как тёмная лужа
отражает безумного мужа
всё в осколках смешной красоты

если в глаз попадёт тот осколок
будешь видеть того чего нет
и один среди чёрных иголок
зарядишь золотой пистолет
только нету уже ни героя
ни оплаты за плот и постой
только бабочка розочку кроет
словно дерево тусклой листвой





* * *


безумны все и я один из них
и я один и я один – мой хохот
звучит когда мой Чёрный Властелин
идёт Судьбу за яйца Леды трогать

вот голубь возлетит над пустотой
и лебеди над чёрною разлукой
но я мечтаю о Судьбе святой
которая всегда с тобой – ни звука

не слышно в тишине унылых рощ
где кипарис, тимпаны и Киприда
и только ложь, раскидистая ложь
растёт во тьме как сонная молитва

уставших матерей чьих тёмных глаз
твоя любовь как луч и кровь коснётся
в твоей душе скитается твой глас
но тот кто умер тот в тебе проснётся





ЛЕТНЯЯ РУЛЕТКА


меня любят немногие зато любят искренне
и по дороге в осенний и зимний сад
за что тебя любят, курилка?
за белые сигареты?
за запах немых подпалин на куртке?
за точки табачных крошек
в кармане, поведай милый?
за что тебя любят черти?
но он ничего не расскажет
закроет калитку искусство
за белой спиной и тенью
рулетка крутИтся тихо
и падает шарик в тесто –
вареники с вишнями или
печёные пирожки
не знает никто на свете
никто опускает веки
и смотрит сквозь свет на море
шумящее во траве





* * *


жлобка моя
погладил себя по жлобке
жлобка моя стоеросовая
погладил себя по жлобке
вот такие у нас финты и староверы
а ещё есть белые попугаи
которые прыгают по чёрной дороге
жлобка моя
стоеросовая





* * *


я снова здесь
и с рюмкой до краёв
задумчивый пиздец
мне не хватает слов

чтоб каплею упасть
в наполненный бокал
и тёмная игла
то путь простых лекал

прочертит шов хирург
и снова ни шиша
скажи, мой милый друг,
зачем моя душа?





* * *


живу в больНицце – бедный шар
плывёт плывёт плывёт
то белый камушек тоски
последняя роса
что выпадает на губах
у вышедших с собой
плывёт плывёт осенний шар
и прячется гобой
средь драпировок узких стен
средь завитков письма
а что писала ты во мне
не знаешь и сама





* * *


скотинка буратинка батонка и маленькая собачонка
ехали на водосточной трубе
ветер свистел в голове у каждого
кто глядел на них сквозь калейдоскоп
я тоже гладил по голове свой микроб
а он шевелил усами
с тобою галдел
о том что нет успения среди этих тел
которые движутся словно дворники с волосами
сметая слёзы, запотевшие капли
и чистя ватником лобовое стекло
считай что тебе повезло
остался с одними плюсами
а нолики куда-то уволокло





АФРИКАНСКАЯ БАЛЛАДА


мой милый файв о клок
с тобой твой белый блок
немого кирпича на паперти лежит
что нищий получил? – хоть страшен ты на вид
но всё ж к тебе бежит
красоток чёрный рой
они бегут с игрой
бегут на страшный суд

да в Африке судья
прикажет всех сожрать
у них одна семья
и будут все жевать
такие вот дела, такой уж наш устав
а ты не родила?
ударим об металл
копьём железных руд
червлёный щит гудит
за что тебя убьют?
за что ты был убит?





КОНЬ


я – конь в пальто – мои педали
крутЯтся в воздухе пустом
а вы коней здесь не видали?
никто не ведает, никто

не знает, что же Боже
никто так плохо кончил курс?
и он помножить нам не может
тоску на каменную грусть

курс зельтерской, о Баден-Баден
рулетка, девки и петух
что правит этим чёрным адом
он намалёван в том ряду

где продают и брюкву, свёклу,
укроп и чистый артишок –
я в шоке artist –
жизнь намокла и мажет мне зелёнкой лоб

а я по-прежнему летаю
в безумном воздухе святом
и шлю проклятия Китаю
а он не ведает о том





ОПЯТА


иду по любимой планете
причёска «стокгольмский синдром»
и алые милые дети
меня угощают ведром

ведром этих милых красавиц
что белую вишню кладут
на столбики каменных правил
а так тишина и уют

а так чебузга, Лизавета
поймала большого кота
и мерит его сантиметром
у чёрного бедного рта

собрались отряды мартышек
и прыгают насупротив
зелёных хлебов и мормышек
а медная небыль летит

забудь себя, выдумай чушку
корми её чёрным мальком
и если увидишь старушку
тогда заведи патефон

пусть крутится пёстрая лента
все змеи печальные спят
и пьяная дочь президента
готовит салат из опят





* * *


поймите – не важно кто я
я могу быть попугаем
пламенем росы
зелёной стенкой облитой хлоркой
важно что я Есть
но даже я умираю
чтобы выйти с другого боку
непонятных дверей
в нашей зеркальной разнице
между нашим отражением
и белым зеркальным столом





* * *


любим глазами
ведь сердца уж нет
в этом Сезаме
только багет

хлеб или локон
или парча
звёздами окон
смотрит печаль

ты не увидишь
небо в саду
но в этот финиш
тихо войду

луны и волны
алый прилив
ухом игольным
полон и жив





РЕЗЬБА


аппарат измерения атмосферного давления и аппарат машинного доения
вели аппаратные игры в то время как президентский аппарат выпускал препараты специального назначения
а пираты глотали живой огонь
и искали бессонных рыб
посмотри как каменный конь
по металлу всё прыг да прыг





* * *


поэза – это музыка души
а ты пиши, скотинушка, пиши
роняя сопли на сюртук кургузый
и подтянув несчастные рейтузы
увидев как гоняют малыши
на улице где мяч как слово «пузо»
катается то там, то сям, то тут
мои мгновения легко во тьме бегут
я даже думаю что я был создан Многим
но Многий вдруг уходит – лилипут –
я сочиняю бедные эклоги
и мои песни гоблины поют
но что останется в сухом итоге?





* * *


получил и я мульон
и родил потом бульон
в нём и дети и цветы
и красавица на «ты»

только нету ничего
только чёрное стекло
проницает злую ночь
и пытается уйти

канделябр на сундуке
от служанки
что во тьме
собирает мглу и тварь

как последний легион





* * *


убитые лягушки из травматов
всё прыгают на волглых небесах
а я забыл свой чорный страх
в краю родителей, печальных автоматов
и неба золотая полоса
всё дразнит опороченных приматов





ЯЗЫК


влюблённая пара слов
для наших юных ослов
для наших юных незнаек
для наших влюблённых снов

вышла тень из машины
и на землю дрожа
выпрыгнули мужчины
в их руках анаша

«будем курить в пироге» –
первый сказал напрямик
второй же омыл ему ноги
и показал язык

язык – это дело такое
вопли без языка
очень любит Лукойе
«Оле, Оле пока»

Оля уходит напрасно
голкипер трымает мяч
и только три девушки красных
мнут золотой кумач

поэты уходят в разведку
свидетели тёмной тоски –
ты видишь их из-за ветки?
шевелятся волоски

седьмая башня завета
водонапорный тампль
и фрица уносит лето
поэты бегут к кротам

те им выдают сетчатку
камеи а не глаза
и только природа в облатках
и только Господь как слеза





САД


будем выживать по одиночке
города закрыты и моря
только вместо писем сны и точки
в темноте бросают якоря

ты не спи а про любовь послушай
он был чёрен а она бела
и взлетели мраморные души
под Богов простые удила

тени бледные во мгле пустой блуждали
падали январские цветы
на стекле сражения дрожали
солнца с этим рёвом немоты

только ты увидишь в этом мраке
белый омут, лапидарный клён
и растают голоса и страхи
чёрный рой молчаньем окружён

улетит, ведь ты как я молчала
белый аист – оборона хат
только рот горячий злой и алый
и нескучный и любимый сад





* * *


приходил ко мне мой друг
говорил что мне каюк
говорил что я скотина
и закованный сундук

я поеду этим летом
в бедный бедный наш Анчар
и увижу я котлету
что блистает на мечах

и увижу я закаты,
чёрный месяц, белый бриз
только жизнь моя как платье –
пена спущенных кулис





ПРАЗДНИК


вполне возможно шорох мантий
пустых неправильных святых
лишь только на мундире кантик
когда разглаживаем их

те олеографии, те дебри
с единорогом и в кустах
пейзане что в тот миг ослепли
крича во тьме что мой Аллах

их наказал – Аллах невинен
вы сами выбрали слепца
и провели его в триклиний
всех погубившего отца

но нет ни танцев, ни пустыни
в которой надо танцевать
а есть лишь только нежность линий
тот рот что нужно целовать

а он изгибом пьяным дразнит
баутой скрытое лицо
и только день как некий праздник
как некий звон простых канцон





* * *


с Днём Космонавтов, милые друзья!
я сам скачу как ласточка в июле
и падаю как маленький двойной
в тупое горло
камнем в эту ригу
где сено пряное лежит
и воздуся пурпурной мантией
во тьме сухой пылают





* * *


что делать нам весной в деревне?
наверно только ласточек гонять
наверно только быть
весной упругой
и мять кадушки в сенях и в избе
наверно только ласточки летают
в вечернем небе
в синем заревом
какой-то вензель шьют и вышивают
не спи, начальник,
всё пройдёт потом





ГАМЛЕТ


я вас любил любовью брата
а вы увидели: объята
ветла закатом дорогим
но не было среди растений
ни наших слёз, ни белых капель
бывало капал из пипетки
на ваше дивное лицо

но вы безмолвно улыбались
и день горел в прекрасной спальне
и только тёмные ребята
что выходили из пивнушки
кричали все: «судью на мыло!»
и мыло пахло как луна





ПАЛЬТО


один из этих Птолемеев
был Пётр Петрович Птолемеев
ловил рукою мятых змеев
и прятал их в смешной рукав
пожарный кран был словно туча
и я как тучи чорный лучик
над этой бездною летал

а в этой комнате есть Герцог
он пялится на этот принцип
он умирает под распятьем
но смотрит на певца канцон
певец старается – в фигуре
его есть стон литературы
но он напрасен в этой буре
где мусс, москатель и виссон

москит на пальце у злодея
сверкает тщась и холодея
и только бедная нимфея
построит тут коленей ряд
я с радостью гляжу на сердце
которое пытает стужу
подумай: где я? – и узнаешь
зачем ты прячешь во плоти
свои порывы – воют трубы
и белый камень как микробы
стоит на этом постаменте
и держит тёмное пальто





ПАНЦИРЬ


регата под стеклом где лица
тобой убитых малышат
а всё убитое родится
любовь – лишь сон Аустерлица
под хвост попавшая вожжа

как парусники эти пьяны
и распустили снасти вдруг
но все творения Ивана
что вырвались сейчас из рук
и вот летят – куда летите?
в объятия неверных жён?
и только шея Нефертити –
журавль что в кровь так погружён

как тот комар чей панцирь чёрный
на этом солнце наблюдал
и только день горит тлетворный
а в нём качаются хлеба
вот рожь цветёт, суглинок плачет
сухая прячется в стерне
изменчивая словно платья
твоя душа как сон в окне

деревья белые застыли
снежинок колокольный звон
и только весть из белой пыли
взлетает небу в унисон





ОТЧАЯНЬЕ


вот кущи полные цикад
вот вечер с тайною большою
пускай ты дышишь невпопад
с моей озлобленной душою

но ты всё видишь – говори
лишая смысла, междометий
тугие облака любви
что зависают в этой клети

пусть я нечаян и прощён
пускай разлука горше странствий
но ввысь взлетает легион
в своём безоблачном убранстве

летят планеты, комары,
и птицы и летают реки
как эти тёмные миры
что помышляют о ночлеге

между словами – ты ли был
один, разорван в тёмном цирке?
но ты отчаянье любил
в священном гибельном восторге





AIIES


вот и кончился рок-н-ролл
и настало другое кино
положи свою рыбу на стол
и надень не своё кимоно

самурай, своим белым мечом
эту рыбу скорей разруби
и потребуй моллюсков ещё
для настойчивой голытьбы

они в зале играют в лото
и в маджонге как джонки сильны
что плывут на картинах Ватто
не избегнув прозрачной слюны

вечер ясен, луна серебрит
и весло и резьбу на корме
а весло как блаженный скрипит
как блаженный в блаженной тюрьме





* * *


я – мрачный праздник лунного заката
я млечный свет – сияю посреди
влюблённых фраз – в них пляшет Alma Mater
а ты иди

иди туда где бледные созвездья
в лесу пустынном странном колдовском
горят как будто платье на невесте
и будет дом

в котором память ночи
вдруг станет памятью солёных упырей
они лежат во льду и смерть хохочет
хохочет будто бражник на заре

вот крылышки его как два вигвама
раскроются когда орда кулис
вдруг разбежится и Седая Дама
споёт тебе Титанию на бис
 
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah





πτ 18+
(ↄ) 1999–2022 Полутона

Поддержать проект