Сбор средств:
Яндекс Paypal

РАБОЧИЙ СТОЛ

СПИСОК АВТОРОВ

Павел Финогенов

THE RODINA

04-05-2014 : редактор - Женя Риц





* * *

обсуждаешь последний фильм аллена
со внутренней стефани джерманоттой
жалеешь что история протекла
у входа в отель дакота
и скрижаль оставлена
одним летом в аду
выхолащиваешь дар беженца
а потом плюёшь
на подспудную рефлексию
наполняешь ей честный гондон
видишь распахнутый мартом балкон
и уже не пытаешься правильно прочитать
тяготеют или тяготят друг друга
в условиях невесомости
разумных доводов двенадцать
толкучих сообщений в блоге
где допустишь глагольную рифму
и не умрёшь
это легко
пока умеешь смеяться
и так подумать
о себе
чтобы никогда
не возвращаться



* * *

толян эмигрировал в грецию
торговать сосисками на пляже
святое дело согреться
для загадочной русской даже
под экстатичные крики
анти-каких-нибудь-истов
друзья все как один фрики
обсуждают мировое закулисье
за пивом с пересоленной воблой
чтобы скрыть не первую свежесть
маленький брат молчит смотрит в оба

«…эти четыре тридцать три джона кейджа
совершенно не-мой язык…»

пока хор московской патриархии
поёт римейк советского союза
пусть хотя бы одноголосие
какое-нибудь чахленькое соло
не особо задевающее ценителя
о, только не футбол в котором счёт
один-ночь
в пользу производителя
оранжевых мужских носков со склада в удмуртии
но толян эмигрировал в грецию навсегда
и стал без всякой видимой причины
стихотворением на сайте «полутона»
написанным пройдя до середины

«…не уходи побудь со мной…»

не надо хлопать
дверью в магазине


* * *

за пеленой они жмутся друг к другу
старыми оскаленными псами
травою сорной пробиваясь из земли
полвека назад дышали другой пылью
втягивая в солнечные ноздри
ретрооптимизм
потом постукивали плечами кранов
по батареям прошлых вер
откуда знать наверняка теперь

тут кривобокий со скошенным лбом
рядом выступающий клыком
прислонены к стене расстрельным первомаем
глядят сквозь сон
апрельских вечеров густое сочиво
нюанс физиономии
порою излучают...

и годы сумерек
ведут между собой совещания
по водосточным трубам
мусоропроводам
и дрожь такая от того
что родина – каких-то девять остановок
автобусных и не очень
доискиваясь причин
отдаю голос
сквозь реликтовый белый шум
за увесистый шматок суши
но прислушиваясь
к хозяевам улицы
занимаю у них дневные силы
под грабительские проценты

существа не рождённые матерями
понимают
что станут первым саркофагом
над заглушенным реактором
сновидения
оставленной страны



* * *

пять яиц в холодильнике
батон на столе
выходные без денег
выйду думаю отвлекусь
на последние двести рублей
куплю дешёвого крепкого пива
потому что три часа ночи весна
сейчас не продают после десяти
но я-то знаю где можно
так всегда
очень даже можно
если всюду нельзя
подхожу к магазинчику – закрыт
до следующего три остановки
надо идти
зрелая женщина лет тридцати пяти
стреляет сигарету
интересуюсь почему закрыто
пожимает плечами
говорит скучно
ищет спутника
тем более по пути
выясняется
ей в другую сторону и вообще
муж ушёл
книг не читает
есть нечего

взял на двоих
пошли ко мне
убедил что не страшно
приготовил яичницу
поджарил хлеб
смотрел как она ест
зачем-то говорил о достоевском
наблюдая как становится прозрачно
остатки батона завернул в газетку
отдал в дорогу
и ведь не потому что такой
хороший
простой
расписной
человек в чехле имени чехова
не знающий как строить мост
заблудился в роще ореховой
где так светло
до слёз



* * *

граффити на углу хозтоваров
из ошибок рождаются идеи
двух таджиков актуальный уваров
призывает закрасить белым
всё от цоколя и до вывески
изнутри прогрызая стены
парочка профессоров принстонских
разрушает модель вселенной
ах подвинется ах подвинется
за углом хозтоваров виселицы
и у рта красавицы пена



* * *

иван уходит в супермаркет
как будто небо в доступе прямом
а так сермяжный потолок
я знаю сколько будет сдачи
что не вернёт всё до копейки знаю
но посылаю
куда подальше
его обратных перспектив лубок

так пребывая в солипсическом раю
не изгнанный профан-иван
вернётся и ударит пяткой в грудь
прервав попытки разложить
по полкам не прочтённым книги

пока иван заходит в супермаркет
пока кирпичная злоба
не скажет трещину в стене
шумом центральной улицы
храм за домом
укрыт дырявым полотном
всё об одном
наш будний праздник
невнятный дождь на глину и асфальт
вот и всё рождество

вот оливье на всякий и не вякай
дай в челюсть кому надо
представься коммунаром
в рубашке белоснежной однако
в красном галстуке поехавшем
с пятнами соуса не поспеваю
за внутренним иваном
неопалимая купина
корнями упирается в тартар
мне было лень пошёл купил он
мне выдворить его бы надо
мне делать мозг о том о сём
но тут иван выворачивает карманы
"ну не брал я не брал!"
здесь у романтика горлом хорал
у меня же эффект замены

спускается (не скажу что с неба) ангел
нормальный такой ангел
без понтов
беспонтовый как сочинский факел
человек человечек и мало ли что

посидели втроём развязали захарку
на ивана захарка нашёл пулемёт
от соломенной веры куриная лапка
из подруг
что вокруг
только смерть берёт в рот



THE RODINA

восемь.
что же будет завтра с нами
если есть вообще на свете мы
может просто мясо с волосами
впересмешку с комьями земли

двадцать.
стану ящерицей птицей
чтобы в жопу их не целовать

тридцать.
сыро в костяной темнице
заходит мать



* * *

лбом уткнуться. провал. метро.
спиздить из секонд-хенда свитер.
облажаться. а вам чего
молодой человек простите?
чуть помедленней и нежней
так и тянуться руки заняться
поднимать из канав бомжей
в эгоизме постхристианском
мать-учение повторять
только это... не слишком часто
сквозь окошечко уломать
отпускать без рецепта лекарство
от бессонницы в том числе
от которой бывают дети
лбом уткнуться. навеселе.
никого в поздний час не встретить



blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah


πτ 18+
1999–2020 Полутона
計画通り