РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВИван Зорский
Valete et plaudite
12-05-2026 : ред. Сергей Круглов
- Поэт
Сам себе трибуну поставил
Его никто не просил
Молчала вся Москва
Но в центре пушкинского бульвара
Два деревянных ящика
От овощей с Ашана
НЕБО
Как у Булатова
Над мокрыми волосами
(Поэт помывшись тут же
Наружу бежал)
Заплатка на том кармане
Куда паспорт клали
Мордовороты в серых зданиях
Полных правил.
Он объявлял о марше
Переживал о гриме
Поправлял локон
Игривый
Стучал ногами по ящику
Поэт! Такой смешной и дурашливый.
Истеричный вечер
За ним ухаживал
Сдувал кепку
От монет летящих
А он кричал
Ведь носит старое знание
Как слово тянет деньги в карман.
Рубашка чешет пол
Воротничок
Распахнут по плечо
Собираясь в тоги узор
Перекликаясь с памятью веков
Вопросительно вскинул палец вперёд
Пытаясь ветер обогнать
Или
Радугу призвать
Дуги ладонями обнять
Чтобы золото с её концов
Вместо воды в реках стекало
По Водоотводному каналу
Время восемь утра
Снует туда сюда Москва
Человек безоружен
В это время дня
Тогда пробивая
Пелену невнимания
Поэт твердит
«Здравствуй прохожий прощай».
2.
Мы скажем «мы»
Когда пишем стих
Нашим называют материк
Наш воздух
Сжимает
Наш вид
Может легкие полнИт
Или континент
Давит внутрь тектонических плит.
Мы произнесены даже в имени страны
Мы как сдвиг
Будто кто то
Нас поработит
Как деревню или вид
Или точку в бульоне космоса
Разложенные на шесть измерений оси
Три внутрь три врозь
Образовывая знакомый до боли объем
Завели разговор о глубоком
(Что пошло).
Но дно
Самых синих океанов
Раздавлено раньше веков
Может океан пророк?
Осень забыта вовсе
Полощем её и полощем
Хрустящий осенний ковёр
На стену пытались повесить
Закрыться от зимних ветрОв
Но лист не прибить
Железом в бетон
Кстати это
Мы знаем тоже
Как многоточие
Обретает в соседней строчке…
Неожиданный слом.
2.
Убийство эго-работа птенцов
А мне бы стать взрослым!
О Господи, нет
Здесь снова она
Моя осень!
Как желтым вдарить что есть мощи
По чёрной кладке
Красной площади
Очень! Очень нужно цветов!
Чтобы покрывали их головы.
Всходящих тюльпанов ростков
Детей угольной почвы
Пропитанной потом и мощами
Делай солонее и громче!
Малахольный огурчик под водочку
Как это пошло?
(Как стих про осень)
И клюковка свернувшись в лукошке
Пачкает салфетку холщовую
Крахмал в уголках уже розовый
И скрип полос лоз
Лукошко на перекрестке
Символ тревожных грёз.
Туман во все стороны!
4.
Это космос. Он мой
Я знал черной пустоты боль
Ещё до того как стал собой
Ведь бесформенный ноль
И есть единица живого
А мертвое… Оно не цифровое
Подлинно ничтожно
Истинно порожно
Как дрожь воздуха.
Водить по ней пальцами можно
Нужно этот блеск ощущать
5.
И сам летящий сквозь тонны облаков
Самолёт
Разрывая пары воздуха крылом не дернул
Он землю закрывал от солнца брюхом толстым
Но не прекращал полёт
Лишь растягивал белые косы
И даже если глаза сморщишь
Попробуешь увидеть четче
Не пробить зрачку
Купол облачный
К тому же горизонт закрыла стая перелетных
Длинные красные ноги
Дикий глаз вращается во все стороны
Они закрыли самолёт и облако
Я сидел на горе
До их лап рукой подать.
6. Умер империалист
Ну давайте,
Конечно,
Запретите, тем более,
Нам пить черный кофе,
К черту почести!
Мораль и порядок
В почете.
Мы
Давно бы разбили вам головы
Но вы встали первыми
У ручки гильотины новенькой
И неважно серебро или золото
Тут горы голодных
Доведенных до обморока
Один ставит ногу на голову
Второй живот под лезвие голое
Кровавая площадь Вроницы
(Город чье имя
На груди наколото)
И старые новые поводы.
Да будьте же вы все прокляты!
Не сносить чин полковнику
Когда все огнями оплёвано
Траншеи переполнены
Шпоры искрой смеются
Над всадником ропотным
На гнедом скакуне прямо в городе
Белая пена у морды
Гордая грива
Взмывает над толпами
Пока их наган
Свистит мазурки мелодию
Пьяные новые
Жгут бочки
На площади Вроницы
(Город чье имя
Произносили с шепотом)
И лишь синее! Самое синее море!
Отбивало снаряды и порох
Дома
Разорваны
Артерии столицы
Выпиты досыта.
Четверг четвертого
Утро
Первый
Рывок группы
Очередь пулемета
Гранаты артиллерийские бумы
Гнилью повеяло из за угла
Но тени ничто не отбрасывало
(Казалось у неё должна быть коса)
Хромает и горбится
Прихрюкнув
Смеётся
Липкие лапы отлепляет от плоскости
Ползет к моей лошади
И остается лишь
Плакать от гордости
За нашу старую Вроницу
(Город чье имя
С материнским молоком пьется).
Valete et plaudite
По стопке в честь города!
7.
Подруга какие лувры
У нас тут свои экскурсии
Автобусы по району
Как лебеди лазурные
Грациозно крыльями рвут
И скребут клювами
А мы мухи попутчицы
Занесенные в их крылья буйным ветром разогнанным неправильно расставленными запятыми тире и разметкой а также слогом неверным
И если бы не этот бред
Мы бы жили как боги.
За отнятый дом
Просим лишь об одном.
Мыть с мылом кожу
Защищать своих зверей от животных
При виде купола облачного
Склоняться в землю не раскрывая рот
Ответ на немой вопрос прост
Фрактал символ русского творчества
Бесконечно повторяющийся
Паттерн забытого прошлого.
Ах лебеди-автобусы
Озера ваши улицы
И ночью лишь увидевшись
Мы точно не заблудимся
Ведь с вами ночь нарядная
А космос безобразник он
Не выбирал быть странником
И мы не выбирали ведь
Оставлять стенам надписи
Но нафталин размазали
Жирными слоями мы
И нафталин застыл
Впитав крик, мат и пыль.
8.
Эти кудри
Крутили самые древние бури
Их песок помнил брови хмурые
Скорбь третьего народа
Между высокими скулами
Она не может спать ночью
Продолжает пахать почву
Медовые мышцы налиты сочно
Холмы бугры бочки
Одна ладонь сену
Вторая вотчине.
Грудь выпрямлена спина выгнута
На щеке шрам от косы
Кисть вскинув
Задумалась
Фаланга по губам
Спускается вниз.
Коричневый тюрбан
Штаны на распашку
Тонкая хлопковая рубашка
И царственный горбатый верблюд
Вокруг специи в сумках
Горизонт отражается
В пруду черных глаз
Моргнув
Исчезает
Взгляд обращается в нас.
9.
Если по чести
Да я боюсь человечества
Оно придумало закон
Навязало общественно
А нарушителям
Выделило комнаты одноместные
За стенами из проволок и последствий
Но они почти бесполезны
Ведь по признакам первичным
(Да и вторичным вместе)
Ничем не отличаются
С соседней деревни кузнец
И мудрый старец полю поющий одну песнь
Но слишком хотелось часть запереть!
Начали страница за страницей
Ограничивая запятыми и боязнью светлого
Среди букв и контекстов
Создавать скрытый смысл вещей
Как врагов и конъюнктуру
Добро зло
Процедуру
Или к примеру полярную звезду
Ведь хоть раз смотревшему
Искавшему направление в свою избу
Было очевидно
Как одинаково ярко блестят звезды
Но самой называют одну
Желательно ту
Что и правда приведет на север
Так давай же
Смотри в небо
В нем миллиарды далёких планет
Крутящихся вокруг одинаковых газа скоплений
И это всем известно
В начале было так весело
Что наплевав на последствия
Он шесть дней ломал и слепливал
На седьмой следовательно
Рукава затянутые крепко
Выше локтя
Спустил скрывая тонкий перст
«Бесполезны стенания
Все остается как есть».
Так что говорю по чести
Да я боюсь человечества
В один день оно решит
Что моё отличие от большинства
Это проблема что вылечат
Лишь руки в ремнях
Изголовье постели
Опирается на грань
Мягкой белой стены
Сосед по койке научил
Как прятать колёса под язык.
Отличие от большинства предельно
Голос разорвал все метки
Сквозь бесконечность разбивая
Собрался выгнувшись в спираль
Краем почти коснулся Его
Он в ответ пустил по крику шепот
Проехал все спирали
И залез в мою гортань.
10.
А я с детства
Мечтал сломать четвертую стену
Можно?
Можно ли схватить время?
Чтобы весь этот бред
Разложился на листе
Мелом
Проведу линии трех направлений
Внутри куба вырастит вселенная
Даже если грани сотрет ветер
А что я? Я в это просто верю.
Верю что нарисованное мелом
Может жить дольше поколений
Остаться навеки в стене
Или рассказ
Да, рассказ поведает о ерунде
Начерченный рукой дрожащей
Вопреки создаст удел
А ты известный всем
Отшельник
В стороне от общих дел
С дуру наденешь шорты
Может, не по погоде?
Определенно в стих вмешалась
Последняя осень
А что я? Трогаю её косы
Словом пытался словить
Но
Она всегда уходит
До следующей цифры в годе.
Пророки что то говорили
Вроде
Что вода жизнь портит
А мы и не против
Разольем затем вытащим чтобы
Отдать свою честь и напротив
Кинжала стоять не ворочаясь
Позволить себя обесточить
Чтобы дух и завет и пророчество
Не позволили нас опозорить
Чтобы осень пахла как осень
Сила намерения? Бросьте
Не позорьте любимый сезон
Ведь лужа дождя
И гром
Не притянуты вождем
Наваждением иль доводом
А смеющимся
За кометой лицом.
b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h