RSS / ВСЕ

|  Новая книга - Андрей Дмитриев. «СТЕРХ ЗВУКОВОЙ»
|  Фестиваль "Поэзия со знаком плюс"
|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
СООБЩЕСТВО ПОЛУТОНА
СПИСОК АВТОРОВ

Тимофей Дунченко

23нк (06-09)

13-08-2009





1. мухи спели песнь песней

ты же еще не видел не знаешь всех наших игр
как можешь ты, одетый в исподнее, радоваться вместе с нами
а кулаки то сжаты мы выдавливаем и выдавим нечто страшное что и не назвать никак
не спрятать в черепную коробку не удержать в руках
у тебя есть то что ты называешь своей жизнью шаткое неустойчивое
костыльки-богомолы разрежут глаза и покажут свои правомочия

божья коровка буренка лети на небо тащи нам все что ухватишь
будут ангелы бери ангелов будут звезды бери звезды
ей одетой в платье всегда не хватало застежки сзади
никто не застегивал не целовал в шею
темечко распухло стало истинным цветом
лодыжки покрылись пятнами прости это тело за все
тому сидящему внутри не наесться не сделать движение наперекор
то убойная жесть распоясанная ежедневность
и навязанный обстоятельствами хардкор

вот и спрячь меня в одном из своих карманов
чтобы только макушка торчала как цель
вот и гладь по карману нервируй память
все морщинки стерты в твоем лице


ты же еще не видел не знаешь наших игр
как можешь ты, разутый и вытерев о порог ноги, просить о хлебе в три часа ночи
ты что же не видишь как мое страшное положило руки тебе на плечи
я же хлопну дверью ударю разобью морду
плюну вслед
не помогут проклятия не помогут упоминания меня всуе
только так и разделаться только так нарастить поверх кожи
всевозможный панцирь разламывающийся пополам от прикосновения разлетающийся на осколки
от обычного поцелуя

лети на небо проси хлеба проси на вес проси за нас
будут давать муку бери муку слюной разбавим
ей раздетой лежащей всегда не хватало застежки сзади
никто не выпускал стискивал целовал в шею сначала
а потом и она кончала
и подглядывающему издалека казалось что мир забавен
он растягивал губы в улыбку
и поджигал себя
а она смотрела ему в глаза думала что огонь этот страсть и становилась гибкой
и уже не думала не понимала того что можно и того что уже нельзя

ты же еще не знаешь наших игр
не боишься думаешь что оно как обычно тронет
хихикнешь и двинешься дальше
сон объявлен
он ищет пространство в котором не будет его никудышной погибели
будет страшен


2. город поменял свое имя

я была в червичеве там сейчас только руины ни людей ни птиц
заброшенное местечко все что было забыто и явится - не признаешь
комната в двадцать квадратных метров в каждом углу по кучке чужих ресниц
если чья-то стопа и ступала то пыль заполнила все
все сравняла
тебя там нет и меня не будет

а в одном углу вместо ресниц стояло пиано я тронула одну из клавиш
неловко говорить звук был некрасивый я еще подумала ну как так неподходяще ведь
ты бы разозлился сказал как ты можешь я хороню настоящее
целую его в лоб загоняю в ящик а ты этот ящик
украшиваешь разноцветными ленточками разбрасываешь конфетти
а когда все так пошло и я не могу уйти

ты бы так сказал

но меня не будет я благословила идущих на твой вокзал
надеясь что одним из них будешь ты
у тебя поезда у меня самолеты аэропорта
знаешь как в игрушках я бы хотела чтобы был портал у твоего выхода
и моего выхода
чтобы мы столкнулись не заметив и продолжили путь

я не знаю что делать смотрю как мои попутчики как еще сказать пытаются от чего-то уйти
отвлечься почитать инструкцию по безопасности вздремнуть
пососать леденцы
безопасность превыше всего но мы вместе все сразу отдадим концы
я хотела чтоб ты так не думал
меня выделил помнил не как а думал о чем-то совместном нашем о том о чем
никто не знает не знаю даже о чем

может быть о том что я сказала тебе заправь рубашку а ты ухмыльнулся они простят
ты сказал если рубашка не заправлена они сразу поймут что я в пути
что я занят мое у меня на уме и не вычислить никогда
не понять ни кто я ни где куда
это же так интересно
а им так важно наблюдать за тем кто им кажется интересным
даже если я займу их место

ты бы так и сказал

я была в червичеве тебе кажется что сон это личное только твой и ничей еще
только я твои сны прошагала насквозь следуя за тобой
тронула клавиши думала окажусь замеченной но как всегда ничего
ничего не случится и сеть до сих пор не свита
все до той поры пока я не свяжу твои сны в клубок

я проведу тебя по этому лабиринту


3. карфаген задрал юбку


то что ночь твоя произносит смущаясь теребя подол
мне не выдержать ибо как еще
город гол
он лежит под ногами опущенный в час назначенный
и придаточный мир проходит пешком под стол
чернь напугана овцы схвачены

часовые струхнули хватились сердца
и ходят теперь прикаянные собирают разбросанные в ванной ногти
наводят за собой порядок


ни в каком другом наряде не показываться не показывать что лодыжки оголены
что намолено место в оставленных коробах
это сплошь ситуации а не песни не лунапарк подсмотреть ненароком чужие сны
это тоже возможность оставить грядущее в дураках

климат здесь неважен бесы ходят по улицам прикрывая рожки зонтами
глянет солнце - играют мускулами
перепрыгивают с тротуара на проезжую часть и обратно
часовые забылись сном
но не снами зачата ее усталая - тремя китами
и глаза открываются как моллюски
по жемчужине в каждом

за столбом необычный лес
бьет пружинкой и тащит в свои кусты
испытуемое пляшет в ванной часовых избегает глядит на себя в зеркало
готовит его на выход
в город гол
этих мест заповедные чащи раскрывшие пасть мосты
сбитые в кучки отцы праотцы молекулы

часовые хрустят и поглядывают на экран
вглядываются прищурив глазки нервно бьют ладошками по коленям
что-то шепчут под нос себе скоро быть зиме а экран шипит
это сплошь ситуации чернь напугана Червь раскрасил кольца и их металл
греет шибче чем все то что было его твореньем


4. дверца платяного шкафчика приоткрылась


мама мыла мир мило выглядел ей умытый
и город казался цел
не уйти
мертвецов не сберечь кремировать
уничтожить все то что было на их лице


что там было морщины и треск стоял такой что слышно становилось даже тем
кто тут. жив. постоянно поглядывает на часы но времени не мыслит без
катышек на своем одеянии
без простора мгла сутки прочь овцы целы а волки ебут волчиц
мы играли в нарды на раздевание
целый город разделся а я в шубейке бродила по улицам пустым все дома
батареям дали горячую воду металл прогрелся и тепло не тепло а жгучее
тут и я сбросила прильнула говорю шепчу в сталь ну что
жги жги меня
молоко свернулось бесы по улицам шастают не выйти
прячу лицо в ладонях сквозь перекрестья пальцев вижу как паром исходит тело

ну и согрелась уже не страшно на улицу не выйти бесы шастают да и зачем туда
здесь тепло вода стены электричество мертвецы сожжены их теперь совсем нет
за стенкой волчица мурлычет работает телевизор

...

ну как же ты обольщающе поворачиваешь ключ в замке еще не вошел а уже в глазах расплывается
и города нет снаружи снаружи ничего уже нет
как будто те мертвецы вдруг стали веселыми какими-то игрушечными
чего их бояться пуговицы вместо глаз пришил в пузо ткнул плюшевое пусть линяют корм для моли
ключ вертится в замке по часовой с твоей стороны с моей против часовой
так и время путается вхолостую работает застревает на одном месте

...

мама мыла мир мило выглядел ей умытый
и город казался цел
не уйти
все прозрачное сложить суммировать
и смотреть на получившееся в конце


что там было нули нули и логика переставала предлагать единый вариант происходящего
стану ли я владычицей морскою или ходить с клюкой по земле выстукивать слушать
где будет пусто
так просторы мгла овцы целы а волки грызут пастуха он лежит в траве окровавленный и гудящий
волки чавкают он гудит
почему-то не слышно хруста косточек его хруста
комната переливается всеми цветами бензиновой лужицы под таким углом глянешь - вода
под другим - радуга
мертвецы запираются в шкаф слышно как ключ глотают жалко одежду и жалко что и там
все они сгорят
а ключ не жалко твой гораздо важнее он до сих пор прокручивается щелкает вот сейчас
появишься сбросишь подошвы серьезный весь буркнешь привет
покосишься на шкаф гудящий мертвецами хмыкнешь словно все про них знаешь как же из пламени
вышли в пламя уйдем странного тут ничего нет а то что в нашем шкафу так пожалуйста
шкаф старый совсем не жалко жалко одежду но и это ничего голыми вышли почему бы голыми и
не уйти
всяко цель одна

...

мама мыла мир мило выглядел ей умытый
и город казался целым
но пустым
я веду тебя по лабиринту
одному тебе
не пройти




5. замок трещал от напора изнутри

вот смотрю на эту стену и думаю от чего же отгородилось то что обитает внутри
вдоль стены протоптанная дорожка кроссовки ботинки даже тапки следы рук
искали ли они вход или просто прогуливались
бежали ли ползли ли
и следы все очень-очень свежие но стена бесконечна а я никого не вижу


однокрылая сатана состоящая из огня
из ярчайшего полымя
бегает хохоча за теткой в черном плаще
и кричит дразнит ну коснись меня запятнай меня
маркером обведу отпечаток твой на своем плече
покажу остальным

буду нести прикосновение как нечто великое и существенное
умиляться долгими зимними
хвастаться мол никто не додумался до такого вот извращения
ну коснись меня
запятнай меня
покажу местным

а у тетки болит спина она смотрит недоуменно на идиота чего это он
бегает вокруг жестикулирует останавливается гогочет
тетка вырубает логическое мышление расправляет руки падает назад плашмя
и теперь для нее земля - стена
под ногами бездна и напрочь отсутствует всякое притяжение

и они скользят сатана орет вертит черным отростком пропеллером своим адским хватается зубами за дома за кусты за собак
тетка улыбается глаза прищурены огонек сквозь ресницы пробивается издевательский
собаки кусты дома крошатся на ее зубах

вот смотрю на эту стену и думаю из какого кирпича сделана
если разбежаться пнуть плечом хотя бы вмятина останется или как
и куда все вокруг подевались следы же вот они ступали же значит шли а куда все делись
не понимаю стена и я всему наперекор не понимаю




6. тепло уходило и ушло

тебе разве не кажется что это не равноценно
трогать подол руками и прыгать в его кармашек
если ломиться напрямик все стены
окажутся картонными
состоящими из одеревенелых
исписанных чьей-то рукой бумажек


каждое утро мне кажется что я та умывающая твой город поливальная машина
с призраком за рулем он пытается руль схватить но пальцы постоянно проходят сквозь
и машина медленно но неумолимо сворачивает с пути и начинает крушить все
снисходительно побрызгивая сверху мол ничего зарастет
а может быть и умрете
ничего страшного

а в это время суток никого на улице нет некому вытаращить глаза вызвонить помощь
или вообразив себя героем схватиться за руль
нежно но крепко и уверенно
повернуть в сторону
и вот так я крушу ломаю
город разрушен разломан и влажен
может быть он даже умрет
ничего страшного

а вообще слишком много всего кажется а ты же сам говорил что то
для чего существует название обязательно существует в реальности
ну еще бы - тот кто все детство играл со своей бабушкой в настольное лото
обязан говорить банальности
не моргнув глазом
с чувством и расстановкой

я крушу еще одну твоего города автобусную остановку
людям тем что на нее выйдут
будет чему порадоваться
так сказать предрабочий непредумышленный визуальный оргазм
объяснительная часам их временного сдвига

собственно то что я произвожу и есть твоего пространства городская роса
есть чему похихикать

удивительно легко наблюдать как тепло уходит
как то что казалось (ха!) важным становится невозможным
я беру себя в руки и в этом личностном хороводе
вокруг сгорающего внутри жертвенного бычка
это тоже не будет тобой замечено
приношу бычка в жертву нарекаю его монотавром
пускаю тебе навстречу




7. yesterday was dramatic but today is ok

а вот не надо не надо светофора убийственное свечение
день мутузил по расписанию выплясывал нечто выкидывая коленца
день был полон красок лодка пролетала через перекрестки не останавливаясь
несла младенца


тряпочкой терлась щекой подбородок втыкала в плечо
прокручивала до кровищи
и какой-то дятел в белом саване с огненным мечом в руках
щелкал пальцами хрустел костяшками и взирал на происходящее с условным укором
хотел выглядеть очень трагично

у него б получилось если б не меч если бы музыка тише звучала
а так вывернутая до предела разрывала мозг а еще этот меч
невозможно не обращать на него внимания
и толпа в пиджачках все как один кучерявые
скалили зубы хором толкали речь
ох как производная поджигает ясли в час повсеместного братания

а вот не надо не надо ловушки пасти раскрыли
язычки дрожат от напряжения
пешеходная трасса вытягивается в прямую и таким образом останавливает
любое было начавшееся движение


а спеленатое расширяется копит мясо глотает кальций
лодка трещит по швам щепки в стороны лес внимает
кашка сопротивляется и не хочет глотаться
кушай детка твой дивный мускул раскроется за холмами

там где солнце печет и жарит свой прячет лучик
но его не спрячешь полоска шоссе раскаляется добела
небо жаждет взбучки на нем ни тучки
живая явь
ты же помнишь что любое сердце размером с хозяйский кулак
ну так им и правь



8. происходящее засчиталось недействительным


а я долго любила твой запах твою андрогинность пчелы твой палящий мускус
монотавры пасутся в полях нарабатывают молоко забегают за край
я смотрю как ликует твой мир настигает шагающих по стеклу
они долго среди разноцветных осколков плутали

а теперь им конец

и случайное рубит моменты а их берегли и за пазухой прятали
грели тащились от мерзкой щекотки внутри
у тепла уходящего вид умерщвленного уапити
но застывший он плачет как дерево как новогодняя елка как шар белоснежный
и отнятый от груди

а я тоже твое молоко плоскогорная наледь в бегах от чарующих жестом
монолит монохрам моностык на измене отечеству
мое небо лежало на солнце поджарилось и облезло
мне никак не увидеть где то
от того что до и того что после - отличие

так я ноженьки свои берегла а вокруг громыхало и падало белое проявлялось неизмеримо важное
жиденькая темнота растворялась от света уличных фонарей
сколько было гремучих поз героических глаз но никто еще не отважился
взять домой пустоту пустить на ковер пусть побегает напоить ее в плоть укутать и отогреть

а теперь ей конец

так и ты со своей андрогинностью шмеля своим повторяющимся естеством
вынудил красть чудеса замирать при возможном отхождении от привычного
а другие девки прикупивши шмоток приготовив лицо к ебле - в каблуках прыгают через костер
и то и другое и третье у них получается на отлично

ну а мне как быть

я так долго любила твой запах что им пропахла
хожу и мерещатся мертвецы
ночь пробегает без снов ну а если приснится мне верить ли это - благая весть
мой бычок принесенный в жертву поджарился можно есть
и теперь им конец

и дались тебе эти концы



9. надо было как-то отвлечься от сиюминутного

когда мой хуй был маленький
и жопка с кулачок
мой дед цветочек аленький

приволок из командировки их посылали куда-то к чертям на куличики
они пробовали нахваливали мол вкусно кто пекарь
а черти хмыкали и говорили по-татарски друг другу "смотри как уплетают
а тесто то не из муки.."

ну вот в один из таких дней всех накормили спать уложили перед сном естественно в баньке попарили
чтобы косточки мяхше стали
и сожрали всех командировошных
кроме деда он заснул в сортире а когда очнулся крючок поднял вышел на свежий воздух
видит никого нет да и гостиницы тоже огромное поле посредине стоит деревянный идол глаза навыкат
и у подножия у шеи кустик шиповника в цвету дед сорвал цветок огляделся и рванул домой
так и привез мне подарочек

а я что я ж не девица красная меж страниц положил какой-то толстой книги
в детстве все книги были толстые
ну и высушил расплющил по содержанию смысла в этом конечно никакого не было
но сейчас при взгляде на это сушеное и такое безжизненное
щемит же

а еще дед рассказывал что когда вот он из сортира вышел и в идола уткнулся у него проскочила мысль
что он умер только некрасиво и не поэтично совсем потому цветок и сорвал
а то что мне его привез так случайно вышло надо же было что-то привезти
раз вернулся
а ничего кроме этого цветочка и не было
а торжественно вручишь вроде и на душе легче

конечно он мне этого не говорил
дед вообще молчал все время каждое утро садился на пороге на коврик в позе лотоса
и бубнил что-то про сады что растут вверх корнями так
что листва упирается в землю листики обретают ножки и разбегаются прочь
от таких чудес
и даже не оглядываются боятся их поймают

а тут бабка моя заходила в дом и постоянно била деда по его позе лотоса
ругалась страшно
а он катился колобком под кровать там где тапки и сидит
только глаза торчат
и хлопают ресницами мол я в домике меня не тронь укушу заражу чем-нибудь вам же потом денег на все лекарства не хватит

но его можно было выманить оттуда запахом еды
он выползал
и становился обыкновенным старым человеком со своими причудами не кусался совсем
и чай пил из блюдечка
а когда выходил на улицу садился на завалинку
говорил "а знаешь что, внучок
когда мой хуй был маленький
и жопка с кулачок..
"



10. вскрикнула кожа

эти запахи многим казались сложнее чем стали теперь
паутина теряющая свой клей никого не поймает а мы во вчерашнем
забыли часы на тумбочке
я хватила достаточно много куда еще это премерзкое чувство запрятать
и не тешить себя и других так запугана верфь
что летят во все стороны щепки твоих кораблей
и с землею ровняются башни нисходит надежда на то
что моя амальгама устанет лечиться
от этих пиявок

что на каждую ночь без сна
удушающее пробуждение тело в пот заворачивается в одеяло
и поверхность твоя резная загибается в крючок
становится ближе к ряби на темной воде замирает на чью-то секунду
и вот - я тебя поймала

о как булькает чавкает день
о как жидкое сходится к плюсу
как проснувшейся плесенью дернуться в сторону ловится мой вишнерогий олень
но и он не выдержит твоего укуса
прогниет насквозь

я кривила земную ось
но робела от океана
кровостоки заполнены мякотью счастья
равнины дрожь вызывают
и скупое как мела скольжение все по ним по листочкам запечатленного
такого несбыточного и юного
вспыхнут чужими глазами

так кромешная тьма ослепляет не хуже света
так хромая принцесса фокусирует свои ножки
на виток бытового и каждая использованная деталь процесса
чувствует себя кем-то брошенной


то что мое животное пущенное как стрела
с постоянной целью ломает стены и при всем при этом следит за внешностью
я смотрю на него как из куколки из своей
он таращит свои крыла
и во мне возникает нежность
во мне - слишком много направленной в его сторону
бесполезной нежности

так и будет розоветь эфир
расступаться песок прикинувшись морем
мертвецы наполняют мой мир
буде он успокоен



11. уступили место в наземном транспорте

в каждой стене есть проем
соловьи - разбойники свистят по своим кустам мелодию
и фальшивят
кузнецова дочь хоть и женщина но кует
на порог выходит подкармливает дурачка, юродивого
и вот так - пространство свое расширит

в ее руках молот как песнь партизана приспосабливает бомбу в рельсы
поезд становится самолетом летит в небеса
бьет в поясницу ангела говорит ему прямо в глаза
мы ходили всем скопом ручьями оврагами и безусловно лесом
нас выглядывало зверье чувствовало что добыча слепа
но намного выше рангом
и таилось

а дорожка о скалы билась
как в такую бурю бродить по морю ведь захлестывает вал девятый
предыдущие восемь мы разгрызли по каплям на семечки
но он
углядел в нас все то, что каждый из нас в самом себе выглядывал
намотал на плакат
и впрыснул в кишки свой живой неон

и теперь мы светимся
наравне со всеми
вот такая история ты погас нас пегас катал на своей спине
без седла и мир со спины его
донельзя радовал
хохотал и каждому в глаз
запустил свое черное семя

а в стене - проем
а отец - приам
мое тело притащат и скажут бери папаша а мы на тебя посмотрим
здравый смысл ему подскажет что надо - брать
а не здравый чуть-чуть помолчит и хмыкнет
кладите его на коврик
аккуратно расправьте сейчас я сподоблюсь плакать

удержи же меня за локоть
столько здесь мелочей в этом богом пропитом месте
сколько быть мне еще кузнецовой дочерью
сколько мне еще вас курочить
как же вы не поймете что пока вы не в пламени вы меня очень
прямо невозможно бесите
а когда уже там - я сготовлю из вас оружие
пущу на пули, короче
я лягу металлом
кольцом на пальце твоей невесте

эта ревность моя накажет а зависть плюет на подушечки
пальцев
и тихонько мнет мнет мнет
вы такие вокруг игрушечки
что в каждом красивым фальцетом земля поет
своего святогора хоронит а прах его сворачивает в кулек
продает как конфеты
сует в детские ручки за денежку
щекою ластится льнет
а в глазах непрямой упрек

тут и соловьи прячут свистки в судейский карман
и сурово глядят вытаскивают из другого карточку на скидку в 15%
кузнецова дочь лелеет свою плаценту
она очень спокойна
ей ничто не помешает
у нее есть готовый план
как не тратя усилий оказаться в самом что ни на есть
центре




12. нежность превысила норму

и я всем говорю - тебя ненавидеть нельзя
а тем кто сомневается рассказываю историю про человека-поплавка
вот она:


жил-был человек-поплавок, ножки писька в воде, тельце и рожица - над
прекрасно понимающий человек-поплавок, что его жизнь-бызнь конечна но тем не менее
ножками болтает, а сверху - улыбается
половинка мокрая и под водой, другая - греется на солнышке ветром обдувается дышит
да и берег, вот он, виден, рукой подать и уцепишься

он, как и все человеки-поплавки задумывался иногда конечно
что он тут делает, кого ловят там, под ним
и твердо был уверен что, если кто-нибудь там, под ним, поймается
он поверещит подергается, внимание к себе привлечет тут-то
то, что поймалось и вытащат
а его погладят чмокнут в лобик сокровище ты наше что бы мы без тебя
он искренне в ответ: конечно ничто без меня, я ваше - всё, без меня вы сдохнете
прямо тут на травке и ляжете
хоть и солнышко светит, но жрать то вам надо
а я единственный указатель того, что что-то там поймалось, зрите

в общем-то он был прав конечно, то, что я произнесла "был" - в корне неверно
но так - трагичней, это тоже в угоду ему, поплавку

рассказываю дальше


ну вот он торчит жопка ножки в воде ручками потягивается глазками щурится
а пяточки-то каждое движение внизу улавливают не дай бог оно движение будет
чуткий человечек-поплавочек, любименький
и вдруг тыр-пыр мы не против войны мы за мир мир наше всё
что-то пятку щекотнуло
ага думает человечек-поплавок что-то словилось
и ну орать головушкой мотать леску привязанную к макушке теребить ладошками по воде шлепать
брыкаться кукарекать бровками значительно подергивать

а рыбак - заснул бывает такое с рыбаками кормить семью надо а в семье жена имеется
так она как часть семьи понимает что кормить ее надо и усердствует в своем желании
бесшуточно то есть серьезно и изо всех сил
так что рыбак не выдерживает и чтобы не понимать этого всего - спит
что и сейчас делает

а когда рыбак спит человек-поплавок работает вхолостую хоть и со смыслом
так как пятки-то щекочутся а значит поймалось что-то
причем сильно поймалось - тельце и головку тоже тащит под воду
а в головке рот и нос а ими дышат а под водой хрен подышишь
у человечка-поплавка абсолютная паника жить то хочется а рыбак - заснул
ну как тут быть
ведь что-то не абы че - сильное очень и ему тоже жить хочется а оно привыкло не выползать на поверхность причем так привыкло что и не - выползает
ну и тянет вниз

а рыбак - спит

в общем ситуация почти безвыходная
"почти" - потому что у человека-поплавка надежда остается что рыбак таки
вопли услышит проснется дернет удочку и наступит всем лафа несусветная
и рыбаку - так как семью накормит жена подобреет и даст
и человеку-поплавку - просто потому что жив останется, счастье поболе рыбакового
и всем остальным - так как раз этим двум неплохо, двум, то и мне, третьему - плохо быть
не должно
хоть и спорно, может быть все равно пойду повешусь,
но это частности..


вот и вся история.
потому говорю - тебя ненавидеть нельзя




13. запланированное поражение состоялось

батюшки говорит моя матушка никогда не умела чулки надевать
а я этого не знал


но вместо того чтобы хотеть узнать как на самом деле все происходило
мне хочется чуть-чуть поговорить о творчестве
не творчестве как тенью быть а о том другом припадочном без оглядки на пятки
не о том что о жизни в глаза а потом на блядки
о другом

тут наверное очень много всего связанного с молодостью разума
тело может быть потрепанное совсем ну там зубы уже не те
каждый день болят и вроде привык но понимаешь что детальку эту не выкинуть
иначе всю композицию не соберешь а всегда важна композиция

и вот пока мир тебя не пропитал тут ты хошь не хошь поддавайся или
в гламурные кустики а там можно и плащик бэтмана и вообще все можно все равно
налет остается чуть тоньше чуть толще сойдет за опыт это просто проверить
когда глаза смеются а сердце совсем не смеется
это оно и есть

кроме фраз этой и ей подобных ничего не вызовет ощущения что будет оно а ты
как-то рядом
но станешь совсем не к месту

а творчество ну то что не для пяток оно выдергивает из всего
оно молит самого себя отъебись от себя - и это
единственная его пошлость
остальное инфантильность, в угоду тому общему интересу, в угоду тому - от чего
вздрогнет любое существо
в общем-то все это просчитывается и уже давно
но почему же случается не чаще

когда я был совершенным ребенком я постоянно играл во всевозможные игры
которые сам и придумывал
но почему-то не для себя а для своей сестры:
я катал ее на машине времени
а каменный век, чтобы она ощутила всю дикость того времени я ел крапиву и говорил как вкусно
попробуй мы все здесь такие
а переходы из времени во время осуществлялись так я и две мои троюродные сестры-близняшки
брали одеяло клали туда мою тогда еще четырехлетнюю родную
и тащили по полю
приговаривая ах временные волны ах жгут ах сейчас мы окажемся в четырнадцатом столетьи
и все по ролям я и усы рисовал и бородку, и шпагу из проволоки делал, и даже был один раз
лучшей подругой своей сестре меня звали маша хорошее девичье имя так мне тогда казалось
а волосы были из какой-то дурацкой пакли и зачем-то у десятилетней "маши" и сиськи выпирали
сползали правда

ну и как к этому относиться?


но живые тогда мы
не знали что мы живые
это сейчас все пиздят о том какие они
или всё вокруг
живые или мертвые
оценивают по внутренним своим критериям
тычут ах живое
ведут подбородком ах мертвое

как еще пальцы и шея держатся?
это ведь основные шапки..
все у вас необитаемые острова основные пальмы легко разламывающиеся кокосы
никаких спокойных все дожили до невроза
на грудь
положили лапки
либо в стороны ими двигают либо что-то шепчут да так
что идут за скобки

ну вот божемой
ты меня помой в ванночку окуни подержи за ножки
я открою глаза погляжу вверх тормашками и заплачу
дивный кафель пески лабиринта копытца рожки
не сфальшивив в конце
как еще
обнулить задачу



14. зашкалило

сучка думает ей все бородатые дадут ага конечно
пусть ей сучке поперек горла встанет коромысло и не удержать ведра
будет водица расплескиваться
паршивить шлейф очевидного если видно
посмотри-ка как льда внутри чересчур
каждой девке с румянцем
клеймом по морде
успокаиваться пирожками муку просеивать через сито
червячки падут

но какое боже смотрело в зеркало и говорило - рожа а не лик
мол могу я всё - но не так уж я и велик
все что взял в щепотку и кинул за левое - отзовется
таким покоцанным
юзерпикча

моноспикер животноспитчер
я две нитки взяла и связала случилась осень
выпал снег розовелой слякотью башмаки испортил
и на кухонной нашей войне был призрачной неугрозой
моему вовне


что истерик моих лоскуты никогда не лягут на совместное одеяло
пусть укутались и на печке лежим подгорающие пирожки гриль-полоски щитки-ресницы
и в костры сигали и опаливали подол
кто-то дул на пламя и был безупречно гол
другие прикрывали чресла руками

ты поверь что вся комната пахнет тобой
а поверишь сходи помойся
а иначе какое море какими песками
и послушай мне нравится любить лабиринты
совсем в другой позе

можешь считать это не выдержала-сказала
пуст аэропорт пуст вокзал
бегут разговаривающие ты
в гораздо более выигрышной позиции
но и это окружающее тебя - веселится

несмотря ни на что на два семени одной башней
города так и так червичев придет в ничто
изо всех руин станет лес
и ему все равно
что мы были здесь

он видит твоих ягуаров в мешке для него вы все
под одним мешком

червячки падут это так очевидно
что даже мерзко
глина вспыхнет и то же детство исчезнет рядом
я спокойна как Червь мне нисколечко не обидно
скажем так

происходящее выглядит
неприятно




15. в городе была пробка

новости больше ничьи
а хотелось опробовать пиротехнику вероятно сойти
за как минимум авантюриста
взрывы же хрупкие
получаются когда застывшие
но походить поразглядывать кончики потрогать ага малютка наша
э как тебя разнесло


жутче встречи со своим двойником ничего быть не может
я стоял в вагоне метро
а он в соседнем - прислонившись спиной к надписи "не прислоняться"
что-то читал
конечно же совсем не похож оказался
но в первую секунду
прошибло таким холодным электричеством что я даже не понял что стало причиной
этого ужаса
когда пошла вторая - в голове глупо щелкнуло:
если я там то кто здесь
но она и закончиться не успела как меня отпустило
физически по крайней мере

новости больше ничьи
самое сложное удержать от соблазна пальцы
ну какие взрывы подойдут к цвету твоих глаз
не знаешь
вот-вот и я тоже


встреча в метро была давно
но вот несколько дней назад я получил смс
от одной своей подруги которую не видел очень давно
типа не ты ли был там то и там то или у меня глюки
глюки написал я в ответ и даже смайлик поставил
а сам вспомнил про метро
я конечно понимаю что она ошиблась и я тогда ошибся и вообще все время от времени
так ошибаются
ну а если нет

тогда надо найти этого придурка
и прибить чем-нибудь тяжелым
пока он не сделал того же самого
меня же не просто так шибануло током, ведь нет
чему-то ведь организм воспротивился, ведь так

новости больше ничьи
я закапываю эту бумажную палку в снег поджигаю
и секунд двадцать после
небо будет окрашиваться в разные цвета
под звуки
хлопков




16. бушевали фейерверки

ага! я поймала твой прищур за реснички
дернула - вытянула три желания
первое: не хочешь быть корытом хочешь быть джакузи
второе: оторвать македонскому яйца пока он рубит свой мифический узел
и третье: плюнуть на длань
растереть и увидеть царство
тридесятое заковыристое и могучее


нет у нас замороженной морошки остыл пирог пригубила вино приходящая невидаль
бокал разгрызло и сидит теперь злая цинично похрюкивает
ко всему цепляется ничего ей не нравится
но воспитание не позволяет возвышенно нагрубить
потому она складывает руки на груди
и подмигивает здесь три комнаты мы в одной из них есть две других
у тебя существует выбор красавица

собственно я не противлюсь я соглашаюсь сама себя
все таки праздник
в праздник не надо думать веселиться следовало бы веселее но как получается
вдруг получится веселее
на лошадке на карусели
ночь растягивается
поворотный момент
успели

паутинки замысловаты
я же за руку не брала не вела
не шептала взглядом
море прохладно в нем плавают электрические скаты
нам не кажется что мы в безопасности на плотах
и тем более они бьются о борт
но на каждом из нас есть кто-то
кто держит себя в руках

невидаль снимает джинсы лихо
потягивается
в лунном свете
праздник вполне окупается хотя проще было
отправить ангела прямо по адресу
бандеролью в рай

если в игре нет правил негласное есть:
играй
не выпытывай инструкцию у ведущего
не жди ждущих

что зеркальце скажет
и ты чудовище - всех милей
просто подыши на меня нарисуй человечка
и все ОК

а бычок то наш стукнулся в стенку
застрял рогами
выбирай или ты или я выстрижем шерсть его
сотворим папирус
сделаем себе
оригами




17. был осмыслен и наконец-то констатирован факт

здравствуй, маленькое пришибленное привидение, что расскажешь? что телеса твои
невидимы? что вьешься духом отцом и сыном над мифами? так такие условия, а
между тем - сверкающие множатся, остальные гнут обруч и может быть станут
гимнастами. пусть же у блеклых - перепонки сведут с ума и заставят бегать по суше,
и они - спринтеры.

здравствуй и ты, беспокойное мракобесие, что зашкалило в тебе - будет ярмарочным
проклятием из под таро-карты града. что ночует смешливо в тебе, так лунатик
бродит по всем четырем углам – упокоится в мышиной норке. как носилась юность
так и другое недалекое вырежет на пояснице четыре цифры – камушки как веснушки.
мурашки как ямочки на щеках.

здравствуй-здравствуй богатырь спящий. палец-хлам, палец-холм, палец-храм – и еще
две штуки. всей пятернею дышит земля, семена прорастают смущенно таких
мужчины бояться будут. но когда она гладит себя по груди в ней животных цвет
принимает окраску других растений.

здравствуй пастырь человеческой твой fairy invasion неизмеримо пошл. черное молоко
твое пьется легко и внезапно – что будем рады. костоломы идут на войну а приходят
в унылое серое марево. там сочтут за честь умереть за куст горящий, за ослицу
смотрящую понимающе им на шраменки.

здравствуй ребеночек-устрица глазки из пены куда ты глядишь куда ты песок
потопчешь? следы исчезнут - минуты не пройдет, а моллюски твои ничего не забудут
и долго еще ахать будут, пузырями исходить. ничего не помни. ничего не помни. мы
живем одноразовой жизнью. и что смерти – помногу, не нам сосчитать -
калькуляторы жизни, не смерти.

здравствуй Чарующий Червь. ночи в нашем краю коротки, дни коротки. мы лежим на
краю Схемы. и у тела ее нет границ, за какую бы ни взялся. тратятся тела движения а
мы – легки. невесомы. желанья – просты, отправлены в долгий путь хромосомы. и
побег состоялся.



18. червическая резня бензопилой

баю баю малыш по дорожке бежит человек с орудием быта
подпрыгивает от радости машет руками он схватил орла за крыла
всего половина зарплаты и такое счастье невозможное не пропитое
в рюкзаке человека трясется бензопила

четыре тысячи четыреста шестьдесят пять рублей
четыре четыре шесть пять
гаргантюа берет пантагрюэля за шкирку рычит пойдем убивать рабле
пока наши с тобой малыши спят


человек – мужчина со всеми выпуклостями своего пола
лет эдак тридцати не больше не меньше
у него в наушниках играет море кричат атоллы
он не знает не думает как и за что его
не простят

гаргантюа выпивает йогурт баночку не больше
долой бычков-овечек пантагрюэль кивает
отцы и дети растят овчарок на их подушках не будет кошек
паразитов растить не кавайно


человек пусть петр приходит домой – распаковывает покупку
никогда петя не видел как упаковывают бензопилу
а она лежит как подарок среди пенопласта тянет к нему свои металлические цепи
поцелуй меня милый я не так проста я пилю древесину
но готова послужить и Злу
мигустасту я и есть есть твоя петя та

толстячки гладят собачек смотрят animal planet
идет передача о собачках на animal planet
а на улице осень-зима-лето-ужин и сил нет
ползти до весны на карачках


петр судорожно перебирает ключи
запереть квартиру звонок соседям
открывает усатый такой мужичок
предположим – федя

здравствуй федор говорит петя
здравствуй петр говорит федя
федя видит у пети в руках – бензопила, федя – бледнеет, кричит и все –
больше нету феди
мокрый такой мужичок усатый
окровавленно-полосатый

гаргантюа заправляет постель, и говорит ему пантагрюэль
милый тебе не кажется это грех – спать с отцом
не кажется ли тебе папа , что мы совсем охуели
гаргантюа плюет ему в лицо


петр вырезал всю семью федора
забежал к ним на кухню поужинал плотно
написал на цветастых обоях дурацкие фразы
мол вот там за углом продается счастье

всего за четыре тысячи четыреста шестьдесят пять рублей
четыре четыре шесть пять
мол он понял зачем он живет на земле
чтобы все разломать уничтожить затем собрать

мой панург смеется идите в жопу вы оба – черви
я люблю панурга он такой забавный
все остальные мишени, а он – никогда не будет мишенью
тем он мне и мил, потому я с ним и делюсь – печеньем


петр сворачивает бензопилу в кулек
одевает шубу надевает красную с помпончиком шапку идет на шар
и летит в трубу он сделает свой виток
принесет подарок
детишки – завизжат



19. чудеса разрушили сетчатку

чудеса порвали сетчатку
стравили серебряное с оловянным
то что из глаза вытечет примем за имбирь за моток веревки
из нашей ямы путь один
в высоту

так какие молочные океаны кисельные пляжи расплавленные заготовки
ножевые ранения напрвленные издевки
типа типа цу
мы берем из человека делаем пыльцу


ты ж чего ты ж кормящая пать
перед тобою бессильны любые проявления грязи
воронье кружит по-парадному
и кривые кресты и кривые кресты
ни один попавшийся на глаза не окажется бесполезным

не станет думать мертвец
никак не дернет конечностью не войдет в антураж бессмысленного
самозабвенного

молоко булькает и поет:

ты так долго сидел
ты так долго сидел
что и копчик поседел


шествия не было тени висели в воздухе
вот смотри говорит вот магия чисел
двадцать три тоненьких ломтика
четыре тысячи четыреста шестьдесят пять ровненьких

так какие по полюшку по широкому
среди шума его говорить шепотом глупо
типа типа цу
мы берем из человека делаем пыльцу

делаем снимок крупный

ой травить травить
травить нещадно к ногтю всех чепчики бросавших
тут и дурно сделается и голова опухнет качнется безглазым шаром
а на Ловца и Зверь бежит если увернуться
смешно протаранит стену

а шапки истлевшие мы соберем в коробок положим все до той поры
пока не станут жуком майским куколкой стоящего на ногах
и тогда во всех уголках
вспыхнет по огоньку и в таком блаженстве
можно жить

а если кто в море пойдет
тому и шасси навыкат и радио в добрый путь
типа типа цу
бьем его по лицу




20. птенцы отказались от предложенных им червей

настоящему городу спать не предложено словно в тебе ослепло чувство седьмое
все ищет выход - идет навылет, а там в воздушном пространстве почти отдыхает
полирует ресницы ломается но лицо рукавом умоет
и погнали


ты себе хоть раз представлял какая я буду в старости ну там морщинки
они же сейчас обозначаются а со стороны виднее какие будут
впрочем у тебя на все про все ограниченный срок
и какая я там буду в старости ты не увидишь а прогнозировать не будешь
ты ж не любишь внимания к кому-то другому кроме тебя самого

ну а мне что - в зеркало ткнуться и гладить его рукою
никому другому а мне чтоб видно было что хочется то что я представляю себе
без зеркала
то что вижу на-то-что-смотрят приходится же показываться
не проторчишь же под замком вечно выйдешь покажешь цвет для оценки
для того чтобы кто-нибудь оглядел подумал я бы ее поимел
или поцеловал
и ах уголок губы приподнимешь
и день совсем не потерян

а собственно для кого стараюсь «собственно»
ты им пользуешься всякий раз когда пытаешься выглядеть серьезным
всепонимающе устало словно ты очень умный мол мне бы твои заботы
у меня пиршество цветение важные предпосылки
а ты мол дура перед зеркалом телеса разглядываешь вот-вот

так у нас просто разные зеркала

город гол для своих
для чужих просто так не разденется
кокетливо вырубит все электричество и в любое время суток
избегает прикосновения

дохленькие бегают вытянув ручки вперед рычат чево-то
пахнут не очень
а заглянуть в глаза каждому и спросить – у тебя-то какая жажда
ничего не ответят побегут дальше
ну привет и им между строчек

и садятся голуби на подоконник тупые было б на что садиться
вряд ли дикие просто сбежавшие из кормушки
я в квартире своей я дома для них же дом где кладут больше корма
наесться бы задремать
думала что выведу тебя из этой ловушки
угодила в нее сама




21. морошка созрела а мушка попала в глаз

хламида монада из самого ада
выползла не тая ни на кого зла
рванула тряпье на груди показала лихо
все глянули рты раскрыли
и стало тихо


эта история про человечков
прячущих Монтажный Корень среди сушеных корок хлеба на печке
он как самая сокровенная тайна
был не пойман никем
ни ловцом ни отцом относящийся ко всему нейтрально

а человечки - пьяненькие зрители междоусобиц
чокнулись хрусталем
крякнули и
приспособились

а Монтажный Корень ничей лежит в паззле
провоцирует - не найти и стать злей
весь тот хлебушек скушен запит молоком бычка
и невинно переваривается ни задоринки ни сучка

эта история про человечков
капающих слюной на крылечко от того что на пальце колечко
а в груди до сих пор сердечко
и больная печень - над бедром

молодуха вышла из хаты потопала к речке а тут порхатый летит перечит
он ее за макушку о порог калечит
не будет вылечена зачем таких лечить вот и не лечат
отправляют прямиком в дурдом

а Монтажный Корень как многослойная загадка
лежит прикинувшись жалким гадким
и поглядывает из под прищура как еще они поизмываются
когда ходят - шатаясь, а в руки берут - все из рук валится

это история про человечков
пол свой не подмели в карманах моль показатель того что они на мели
а кушать - хочется
но не зря их близнецы-сусанины в лес завели одного прибили другой вернулся
старухе своей рассказал похихикали дружно
а потом она ведьма поведала всей улице что брат ее мужа - мудак
сам муж не мудак он просто муж и дурак
а тому второму пятки поджечь и пустить по бензиновым лужам
пусть работает по селу электричеством
и светится не внутри снаружи - величественно

а Монтажный Корень номинированный на нобеля
проклянет математику купит опеля
и пойдет по сусекам нажитое разбазаривать
романтично выглядит его смерть его зарево

он умрет счастливым - фишка не раскрыта
старикам - бутыли со спиртом, старухам - наполненные блевотой треснутые корыта
это история про человечков поглядывающих на людей
они думают те нигде, но и сами они - нигде

а Корень Монтажный пьет водицу из следа своего копыта
смотрит на мир сердито травится затхлой водицей
история про человечков умудряющихся сердиться
на то что сына забрали в армию как на войну а дочь изнасилована и убита
а родители медленно самоубьются
от того как они живут

где в подъездах курило тусовалось насилие юное неразборчивое
где оно языками трещало мужское последнее и коверкало отчество
где провинция заявляла в суде о себе официально
что мол принцы целующие наших принцесс забирались и в королевские спальни

что мол окошечко радуги и не нашенские лепреконы с сундучком
сотворяли дожди из зелени, а нам - выходило бочком
что мол катышки наших свитеров
на асфальт скатились к нему прилипли а дороги – кривы

колосится рожь и не будет другой травы
кроме этой - торчащей из каждого камня державы
когда каждый алкаш поддорожный хихикает че я ниче привык
а взгляд его - чересчур лукавый

и коверкая свой родной золотой язык
все отчаянно понимают
что проблема в том что все они - правы

а Корень Монтажный вымышленный юродивый от того
идет на работу работою пусть завод
по производству счастья как капелек от безлюдья
мол то что случилось не с нами - и мы полюбим
мол то от чего их бросает в дрожь
ни один из нас не уйдешь
и ровно стравливая оба свои запястья
вышибает искру между ними
называет - счастьем



22. несмотря на тошноту птенцы заглотили Червя

а я буду твоя поднебесная синь
звонок слишком тих - но ты проснись
и когда колокола забьются я порвусь как целлофановая пленка
я ношу в своем чреве тебя - своего ребенка


и с тех пор я прячу ножи от самой себя
когда принимаю душ - выключаю горячую воду
этой зиме умолкнуть и сердцем своим скрипя
я учу свои пальцы предсказывать погоду

дольше тревожного длятся крысиные бега
у тебя - распростерлось бескрайнее море
а мне - обезвоженные луга
словно горькое горе и я - не на той горе
запаршивлю перья и стану финалом игре
и у нашего бычка недостойного
проклевываются рога

он ими ведет свой путь
ему некогда жить не свойственно - отдыхать
как пройти шажками сквозь эту муть
когда тело умершее никто не придет опознать
тут не для рамочек не для сознательного
мракобесья


паутиной творить фату ночью спать днем грезить
пощадил и радостно проиграл
а жизнь ограничена как trial
и не будет другого места
где бы мы расположенные друг к другу
могли выдержать эту словами поддерживаемую муку
пиршество в разгаре танцевать подряд
раз-два-три по кругу
и они меня - не простят

ах каких мертвецов в шкафчике
на свет вытащили раскулачили справили поминки по лицу
мать говорит отцу
а теперь вот попробуй только заплачь

мор стреножит напасть бьет кулаком по наполненному водой
дико гордые своей бедой
ударяются в пляс и кружа голову
бегают не понимающие ничего по воде голые

ах каких мертвецов в шкафчике
обманули напоили подначили
теперь как сучка жеманная как вепрь женского полу
под музыку снять трусики опоясаться кожаным ореолом
все таки видеть что он плачет

ах какие колокола звенят на мобильных в маршрутке
выдаст сдачу на маленьком промежутке
между тем светофором и той пешеходной дорожкой
я сижу и играю в руке морошкой

дай мне сил и ягоды замолчат
как волчица сожравшая собственных волчат
и они до того сушеные что можно ими трясти
не простят, а ты – прости

что я уничтожив свое начало - присоединилась
я же море видела твое упала в лодку
пыталась грести но тебя как дитя изрекла
случайно тебе приснилась

случилась и вот - сложилась
лабиринтом сотканным из стекла



23. через битвы


через битвы и битвы и крытые плохо крыши
я хотел бы тебя услышать
я хотел бы звенеть с тобой

растворенные распадающиеся на части
сбитые в миг запястья
сонной думая головой

через все лабиринты к последней цели
изменившиеся в лице

мы лежим и зреем а Червь алеет
горизонт искривляет на солнце тлеет

вся земля укладывается в прицел

и трещит стреляя в широкий край
отвернулись и оступились
если не хочешь играть не играй
кто захочет тот вылезет
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah