РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВИван Макаров
Остановки в пути. 2
21-07-2025 : ред. Сергей Круглов
***
Завтра будет то же, что вчера.
А сегодня - будто все в тумане,
Будто в этом сонном караване
Не хватает одного звена.
День приезда. Город ледяной.
Окна, толпы, милиционеры.
Из-за крыш выглядывает серо
Небо, неразлучное с душой.
Будто в первый и последний раз,
Голову закидывая, вижу,
Как оно все холодней и ближе -
Шире всех других открытый глаз.
Завывал мотор: "Впусти-впусти..."
Кто отстанет - так ему и надо...
Звон трамвая. Лица на пути,
Как сухие листья листопада.
Будто и не слыша бег минут,
С мыслями, как грузчики с мешками,
Все идут. Скажи: Они идут...
Лестницами, тупиками.
День приезда выпит словно яд.
Сразу все запуталось, смешалось.
Что-нибудь от прошлого осталось?
- Хлеб, что был в дорогу взят.
Вновь прибывший в суматохе дня -
Как один неспящий среди спящих.
В дом вхожу, там смотрят на меня,
Как на принесенный с почты ящик.
***
Начало вечера. В глазах
Попутчика печаль степная.
Мы курим у окна. Казах
Молчит, о чем-то вспоминая.
В несвоевременной тоске
Непостижимой жизни знаки
Татуировка на руке:
Рука сжимающая факел.
Не озарит и не спасет,
И не укажет путь, и все же
Кому он этот свой несет
Неяркий свет на смуглой коже?..
Мы смотрим в пыльное окно,
Там, как живая, перед нами
Степь проплывает, как кино
И как поверженное знамя.
Вблизи - заснежены кусты.
Вдали... Чего мы ждем оттуда?
Что там? Плывущие флоты
Или бредущие верблюды.
Что было? Будет? Неба синь?
Как жизнь одна вмещает странно:
Безводну даль полупустынь,
Безбрежны воды океана.
***
Самолеты летят и летят,
И, друг друга едва узнавая.
Города друг на друга глядят
Сквозь замерзшие окна трамвая.
Самолеты летят и летят,
И, в чужих города пребывая,
Пассажиры беззвучно сидят
У заснеженных окон трамвая.
Сон и шорох двуногой травы...
Мимолетные, кто же мы сами? -
Во Владимире гости Тувы,
А в Калуге друзья из Рязани.
Что я видел в чужих городах? -
Забегаловок полные чаши?
Даже яблоки в наших садах
Совершенно такие, как наши.
Всюду осень и всюду зима.
Всюду люди темны и усталы.
И повсюду чужие дома,
Одинаковые, как кристаллы...
Ночью всюду цветные огни...
Мы спешим, все равно не успеем.
Мы в замерзшем трамвае одни,
И быть может, друг друга согреем.
Час прощания. не забывай!
Что я именно не забываю?
Ничего. Только этот трамвай
И замерзшие окна трамвая.
***
Дерзанье цветения, то есть –
Потребность свистеть и цвести,
Смешной мариупольский поезд
Идет и цветет на пути.
Он дальний, он шумный и ржавый,
Стремящийся в даль и в мечту.
Груженные всякой шалавой
Стальные вагоны в цвету.
Двусмысленный крик тепловоза,
Мигрень и листва бытия...
Там лица, как чайные розы
В плену своего забытья.
Плацкартный, купейный и спальный...
Почтовый... Сплошные цветы...
Как флоксов, гераней и мальвы
Проезжих смешные черты.
Все вместе - восторг и смятенье,
Скрыванье нечаянных слез.
Мерцанье, сверканье, цветенье
Под грохот железных колес.
На железной дороге
Храп и топот железных коней.
Их короткие дымные гривы.
Над землею песка и камней
Встали темные локомотивы.
.. Так и жил бы на самом краю.
И про жизнь говорил бы: жестянка...
Ты тогда посетила мою
Отдаленную жизнь полустанка.
Неужели как жертву несла
Ты ко мне свое легкое тело?
Ты, как птица, по краю прошла,
А взлететь ни за что на хотела.
.. Будет станция. Серые сны.
Пыль веков на сгружаемом грузе.
Просто точка на карте страны
И большой сортировочный узел.
Черно-белое наше кино -
Сам в себе открывая резервы,
Паровоз, устаревший давно,
Тарахтя совершает маневры.
Мы на станции будем сидеть,
Как язычески-местные боги,
И сухими глазами смотреть
На железо железной дороги.
А потом от свистка до свистка
Говорить горячо и неясно -
То о том, что она коротка,
То о том, что она не напрасна.
Электричка
Все мелькает, пропадает,
Исчезает за окном,
Нас с собою увлекает
В первобытное кино.
Ветер с Юга, ветер с неба.
На высоких скоростях
Елки тащат тонны снега
На развесистых ветвях.
Что мы помним? – «Буки, веди...»
Все события в пути:
Я проехал, ты проедешь,
Просто мимо пролетим.
И обратно: «Буки, веди...»
Страшный сон, нестрашный суд...
Жили-были три медведя,
Ждали девочку в лесу.
Жили-были, выживали,
Жизнь была, как сладкий сон.
Никуда не выезжали
Из отеческих лесов.
***
Предпочтения и вкусы…
Суета людская…
Парк троллейбусный. Миуссы,
Улица Тверская.
Ничего почти не жду я…
Прост, как травы сорные,
И по улице иду я
В западную сторону.
Заблуждений горький плод –
Бытия безумного…
Площадь. Памятник. Народ
У вокзальной шумного.
Дождь на окнах будто слезы,
Совершенно горькие.
Ходят девки. Носят розы
К памятнику Горькому.
b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h
Поддержать проект:
Юmoney | Тбанк