РАБОЧИЙ СТОЛ

СПИСОК АВТОРОВ

Николай Мех

Бактерии

28-07-2006





Электричка тащит меня домой, за окном ползут дюны, а я упрямо тяну фотопленку. Поезд меня в окошке кажет всему ландшафту, а я знай себе смотрю в шикарное личико попутчицы. Как мал ты, мил человек! Идешь по перрону, размахиваешь кейсом, думаешь, знатный господин, - глядь, вон с тобой рядом вприпрыжку мчится молодой ботаник с угловатым рюкзаком на островерхой спине, за ним волочится седой рэппер, промеж ног у рэппера выглядывает сыроликая девка, выглядывает и снова прячется в шалаше штанин, господи, да кого только нет вокруг, кто только ни щеголяет вдоль состава - и противный шкет с перочинным ножичком, и толстопузый сан в очках, голова на солнцепеке, капли прочь, капли прочь, шныряют платки в толпище, густится отъездный дух, шкрябают замки кейсов по багажным полкам, хрустят пониз молодожены чипсами да из пакетика, шумит кожаный плащ и накрывает молодоженов, большой идет шум, шальной грядет отъезд, трогай, дорогой, трогай неспеша, чего ждать, поезжай, мил человек, голосят половцы на полках, скребут уже народы нардами и шмякают шахматины об доску - мат! Дюжая бабка шмякает кусок мяса на газету, половцы не отстают и расстилают сайру на передовице, операция, операция, кричит противный шкет и вонзает перочинный нож в крыжовину, стучат колеса и поют инженеры, поют-голосят.

Мэн сидит себе на крепком деревянном сиденьице, пониз колотит колесо, напротив трясется цепь старого рэппера, левее мальчишка метит ножом в ягоду, но промахивается, ранит палец, кровь несет по ветру, в инженерский кружок, где уже вовсю идет разделка сайры, лучшие склонились над заляпанной газетой, как вдруг один выходит из строя, вскидывает руку к лицу и трет глаза. Ботаник через линзу наблюдает за внешним миром, спокойно уперевшись локтями в колена. Ты чего, Михалыч, предал команду, корят выбившегося инженера, а тот в ответ лишь кажет палец в крови, трясет над прозрачной уже передовицей, 0:2, ну ты даешь, закровоточил, медика! Всеобщий хохот. Малыш исподтишка пускает струйку едкого сока прямехонько по инженерам, бросает ножик, пристает к окну, сдувая муху с носа. Вот щенок! Так это ты? А ну поди сюда, посторонись, мамаша, ботаник потревожен, летят вихры в несвежем вихре потасовки, и твердая спина стучит по коленкору. Забыл стащить рюкзак, вот это да.

Малыш оттаскан за ухо, ревет, тем временем приятель уплетает мясо, ведь кольцевая дорога давно уж позади, фольга приятно полыхает в глазах седого господина, того, что знатный, и лысый сан его приятно привечает, ботаник сузился в поле ресниц, девица ласково щебечет, скача по чаще, эх, почаще бы, почаще такие сны, глаза смыкаются, и колесо скрежещет, на мгновенье обращаясь в циферблат. Куда? Вставать? Ах, нет, не наша. Штрафной! Михалыч, проморгал! Давай, включайся в карточную нашу игру, коль не хотел сайру. Почетный господин следит за мухой на носу у малыша, малыш кочует меж сидений и подбирается вплотную к мужикам, иди сюда, кричит мамаша, и срывается спасти, в вагонной качке они похожи на суда, один - поменьше - катерок с флажком, второй - эсминец, броневой гигант, летит в погоню за ловцом инсектов в спорных водах, ложится в дрейф, минуя острова фольги и косяки сайры и неизбежно, неизбежно налетает на средних размеров айсберг, с плечом пожестче среднего, с лицом порезче среднего, словцом похлеще среднего, во всем попроще среднего, и, естественно тут же терпит крушение, со страху выпустив сигнальный сонм ракет. Летят: помада, тюбик крема, чепчик, чулки, носки, секреты, полотенца, ручка, трубочка газеты, карандаш. Малыш уходит от обстрела, искусно маневрируя в россыпях чипсов. Оттаскан за ухо. Молодожены в ссоре. Вещи на багажной полке дают опасный крен, и мэн стесненно внемлет диковинному саксофону, что плывет по морю пассажиров, мимо кормы эсминца, мимо пойманного катерка, да мимо масти, ходи, Михалыч, чего загляделся, плывет железный саксофон, и утихает на пустом горячем полустанке.

Народ посыпал прочь, лишь только зашипели двери, и кинулся по городам. Куда, куда ты, мил человек? Куда мотаешь кейс, куда несешься кубарем, да с ножичком, куда волочишь патлы, громыхаешь цепью, хлопаешь платком, куда? Эй, погоди! Нет, поздно. Поезд трогается дальше, в вагоне - мэн и молодожены, доели, чистятся и вспоминают путь к любви под зорким оком малыша. Тот медлит на платформе. Но мать-эсминец тянет за руку, пойдем, пойдем, окно все дальше, уползает, собирается в полоску, малыш все пятится и силится понять, как это вышло, только что он плавал по вагону, теперь же перед ним меж двух колонн ползет линейка фотокадров с редкими тенями - вот беседа, вот игра, вот просто одинокий мэн, а вот голубушки-молодожены. Все! Пойдем!

Из поезда за судоходной парой наблюдает мэн, покуда машинист, безжалостный механик, не счистит всех из поля зрения новыми пейзажами. Дома, ползут дома, мигают колониями окон, не все еще горят, ну да, по улицам от полустанка к подъездам бегут последние жильцы, ребята, припозднились, мигает теща, тут я, тут, мигает девка через улицу соседу-мотыльку, сияют однокомнатные дырки, шевелят одноклеточно цигарками, гребут, гребут прочь, против поезда, навстречу темноте, все мимо, мимо.
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah





Cбор средств на оплату хостинга
ЮMoney (Яндекс.Деньги) | Paypal

πτ 18+
(ↄ) 1999–2021 Полутона