RSS / ВСЕ

|  Новая книга - Андрей Дмитриев. «НА ОБОРОТЕ БЛАНКА»
 

|  Новая книга - Ирина Машинская. Делавер.
|  Новая книга - Андрей Дмитриев. «СТЕРХ ЗВУКОВОЙ»
|  Фестиваль "Поэзия со знаком плюс"
|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Звательный падеж

Кирилл Перхулов

02-08-2019 : редактор - Женя Риц





***

Шуршанием
в лиственность сникшую льётся
свечений бессчётный зачаток
                        ивняка:
так в коже вещей - отсвет разности:
               суть от предмета -
явлённая чужесть в словарном окрестье,
которым молчат на веку, -
даже ветер (прозрачный на слух)
безучастливой россыпи стылых прожилок
в архитектуре опавшего воздуха в лёт:
прорастание терпкости птичьего -
                                  вырывок
с памятной ощупи дерева -
тем разветвлением чувств,
что мешает забыть
               окончание солнца.


***

темень забвения
смерклось в окне
и топлёное солнце
сим чудилось словно не сказаны вещи
вкруг взора
чьё имя — узорчатый шепчет — обоям — час тела
час точки, час птичий —
плетень отторжений безмолвной несхожести с глаз — 
смотри же, неназванный миром,
из замкнутых временем — вмазанных
в снимки с застывшей водою, —
есть то:
от-речения эхо,
что жест-одолжение звука фигурой:
потом оттого-то всей комнате тихо: —
само говорение вещи — не зримо, и то,
что есть протяжённость,  —
углов затупились от вечера
своды, и:
пусто — стоящему — в памяти дня


***

перед сном
в теплокровном пространстве исчерпан
ещё потому
что из черт ни речей,
ни сердечных сечений , — ничто
не выходит за всполохи снов
тоньше среби —
зрачка пронизание —
вдоль
остывающий сруб
отрешённая память вещей
не отъятое дление звука, что та тишина
соразмерная пыльным оплывкам каким-нибудь утром,
засвеченным в щели слегка отверзаемых век
на стоячее вечное время минуты (условно),
покуда видна фосфенитная сверть электрической лампы,
и тело:
в зернистую полночь
забвения
(персть)


***

Решение
вобрать собой узор стеблей в зачатке
(смятый веер),
чей тонок шелест лиственного тела,
вен непрерывный ход в зерне
(зри вне:
оно распластано вопросами с подводкой о природе,
конкретно: о тянущейся листве)
травы


***

(дереву — птиц)
фотография:  —
точно изъятие

как просмолённые
птицеобразные формы
в обхвате аморфной прохлады
                   уходят назад
          — скорлупой упоительной скорби —
во всю глубину затворения
                            тонко натянутой скорости                      
при соразмерной аттракции дуг затухания
в ось изначально статичного эху кружения
по неопознанной из нанизаемых признаков
 периферии                  
с поправкой на степень избывности дня
                            под канун замещенья сезонов
(пустое)
         феерией выжига добела
ибо ко вспышке восходит зола констатации
не привносящего вырыву
         местности равно ничтожества                                            
                                      от исключённой окраины
(фокусировка  на хаоса слепок закон впечатления вносит
                                      в размытые кряжи сквожений
                   почти растворённые пристальным поиском)
будто бы речь описания
                   чтобы забыться 
                                      вплетает строением перьев
                   в остывшие лузы дендрария
         песнь неумолчную 


***

Вдоль тридцатого года
ветра слоится прозрачность
вытесняя грезу пребывания исподволь
и разнося иероглифы канувших в небыль
                   чья тень утекала в песок
          по глазам
                   очарованно ждущим
                   очнуться


ВОСКРЕСЕНИЕ

рассредотачивать
пресное пение птиц по сквозящим просветам ветвей
через веко и присно вперяемый взгляд
расцветают цветы узкоплечих плебеев
ты слаб
под узлами-в-точь репь космогонии в снимках с руки
прививаемой атласам вскрытого тела
по самые корни страниц
обнажённо вслепую блуждающем пястием
о, безголовый Картезий, твори меня вновь
веществом схоластической примеси в порах просфоры
                                      с прожилкой вина
из огня и нападок на церковь
в плену безверья вязкого ума
под механикой воздуха нравственный жест спелой точности сочен
как учиняемый грех
супротив ржавой буквицы множится пыль на сердцах
кому
стоячий лёт таксидермии
что орнитальный срез небесного лица с нечётной парой крыльев
милый
неумолимый лелеемый прах
и на словах
сухие жилы Луллиевых тождеств
рождают торжество сует
и прилежание
рассредотачивать
присное пение птиц по скользящим
ветвистым отточиям света
в проросший псалтырь

 
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah