RSS / ВСЕ

|  Новая книга - Андрей Дмитриев. «СТЕРХ ЗВУКОВОЙ»
|  Фестиваль "Поэзия со знаком плюс"
|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
СООБЩЕСТВО ПОЛУТОНА
СПИСОК АВТОРОВ

Юлия Тишковская

стихи о смерти и о любви

18-07-2007





о смерти и о любви
(цикл стихов)

*

люди, красивые чем-то
и с виду довольно успешные,
однажды придут и поведают:
похоже, смерть неизбежна.

это ли ангелы?
милые ангелы,
несущие нам весть
долгожданную?
мы – здесь.
в офисных креслах.
в поте лица.
в полной нирване.

прокрадываясь незаметно
под прикрытием Avon и Орифлейма,
приходят и говорят:
не помогут
ни дети,
ни основательное их неимение,
ни журнал интернетный,
ни сочувствие,
ни петиции к жестокости мира.
только
привкус смутной трагедии
в сочетании
с запахом
собственного бессилия.

и уходят куда-то внутрь.
наши руки позорно дрожат.
телефоны разряжены.
мы – стоим.
мы стоим, и сквозь храп
конди-
ционера
подступает странное чувство тяжести –
будто дали нам на руки
кого-то вроде бомжа
и заставляют качать его,
и засыпать
под общую колыбельную.

дайте быть неминуемому
случиться тому, чего ждешь
ждешь
не поминайте смерть всуе
в офисах
за рабочим столом
с вечно свернутой почтой
улыбайтесь
и вы дождетесь
заветной памятки
шанса быть среди прочих
места в вагоне общем
смутно знакомого поезда,
уходящего
вертикально


*

нет, я даже не хочу,
чтобы ты держал меня за руку,
когда я умираю.
просто будь рядом,
чтоб ущипнуть,
как будет время проснуться


*

если в рану вложить пальцы –
сначала один
потом два
потом – больше –
станет душа заживать
от боли.
поправится на три размера
и потихоньку забудет, что было,
подумает: пальцы всегда были.
росли из груди
как цветы на могиле,
посаженные когда-то родными
живыми людьми.
а вынь, посмотри:
края-то – кривые.
никак не сошлись.


*

остановился мир.
давай-ка, сходи.
стоящие около выхода
пропустят, а сами не выйдут.
и вот ты стоишь и смотришь.
а двери
уже захлопнулись


*

раз уж так вышло –

я хочу говорить
о любви и о смерти


*

мы сдали свои жизненные позиции,
а когда какое-то тело
не просыпается –
настоящие взрослые
гордо хмурятся,
но становятся шире.
их ряды
теснее
смыкаются


*

а смерть созревает
примерно день на 14-й.
а смерть продлевает
жизнь
почти что насильно.
ты знаешь,
что умираешь,
и крутишься все быстрее,
закручиваешься как гайка
своею собственной шеей.
а то как гвоздь ввинчиваешься,
и на тебя напялят картину,
на твою слишком измятую
старую спину,
и будешь висеть на стене,
покуда тебя не снимут.
а смерть улыбается и
забирает тебя на каникулы,
предупредив родителей.
и ты непременно увидишь Рим.
и ты так рад,
что увидишь Рим


*

100-% натуральная смерть
для активных людей


*

проиграли силу –
вот слабость.
так берите ее
и славьте,
пока лодки еще не отчалили.
но зачем-то
свое отчаянье
все никак мы
не проиграем.
програли мы жизнь,
так хозяин
ее новый
пусть будет не лют.
мы раскаиваемся
всей оставшейся слабостью
и живем ей
(ее не берут).


*
он умер за наши грехи.
а мне все равно умирать.
наверное, за грехи Вовки
из третьего подъезда.
он всегда ругается,
громко хлопает дверью,
пьет и
бьет жену.
Вовка, я умру за тебя.
и за меня тогда
пусть кто-нибудь тоже.


*

если бы был страшный суд,
каким его часто рисуют, -
из кипящих котлов –
горячий первомайский салют.
возвестят
протрубят
для глухих – покажут на пальцах.
ну, естественно, все воскреснут.
и спокойно на сердце
у праведных.
а маньяки-убийцы,
гордецы-тунеядцы
не торопятся возвращаться.
совесть ест их,
картины рая
в представлении вызывая.
все понятно.
одним – бояться,
а другим – все равно бояться.
а такие как я
(три штуки),
те, кто плохо знают английский, -
не услышали арф и труб
и гниют где-то там насовсем,
удобряя созвездия всем,
что когда-то было внутри
тел и душ,
душ и тел.


*

люди постоянно на тебя жалуются
я не могу ничего обещать

ты слишком холоден
ты меня любишь?
не спи, жди, когда я выйду из ванны

я найду тебя на подоконнике
ты засыпаешь и
не обещаешь
не обещаешь

люди постоянно на тебя жалуются
будем надеяться на лучшее
но обещать я не могу

в мире, где есть смерть –
нет обещаний


*

нас унесет аистом.
больно
больно
хватает клювом
прямо за грудь.
и сердце
изорвется,
истлеет.

весна.
вот и аисты
прилетели.


*

предохраняйся от сладкого.
а кто
принесет конфетку,
подкрасит оградку.
будет темно и сладко,
тепло и страшно.
гляди: вырастает дерево
из намокшей бумажки.
вот, наконец, и тень тебе
по ту сторону ляжет.
не напечет больше лоб,
обклеенный дважды.
поп откричит
и уйдет,
шатаясь.
а то, что под землю
не умещается,
стоит под деревом
и поет.


*

только вот смерть –
как придется.
кто-то сказал тебе в детстве,
что твоя бабушка умрет,

и ты умираешь


*

Л.

край неба так близко.
достанешь его, если подпрыгнешь.
когда закончатся мысли –
наполнимся смыслом.
ты встанешь на цыпочки,
улыбнешься сердечной мышцей
и голосом достучишься.
нас откроют и выпустят.


*

закрывайте дверь,
а то утечет тепло.
один вот так вот не закрывал –
утек.
теперь открываем на ночь окно,
ждем,
что он придет.

и он приходит,
приходит


*

что с тобой?

я умру
от какой-то страшной болезни

ну что ты,
глупенькая,
солнышко мое

так я
не умру?

конечно, нет

никогда-никогда?

если только не захочешь

Олька говорит мне не умирать,
и я живу


*

и когда ты во сне приходишь к умершим,
они даже лучше, еще прекрасней,
и выглядят так спокойно, уместно
на фоне закипающего чайника.
Ты спросишь: «Ну как вы там?
В целом и в частности, внутри и снаружи?»
Они отвечают: «Ну, естественно, всем воздастся,
но могло быть и хуже».
Бабушка с двухмесячной химией
и дедушка в очках печальных.
Я смотрю, как чай перекатывается внутри
их тел, ставших прозрачными.
Когда мертвые приходят в гости к живым,
они просто пьют чай,
вместе пьют чай.


*

я отвернусь к стене.
ты спросишь: скажи, это уже ад?

ну зачем ты так
ну зачем ты так

я еще не волшебник
а только учусь
отвечать на чувства
не чувствами,
а чем-то вроде жизни

да, так и закончим.


*

и вот когда камни
перемелятся на песок –
ты узнаешь о жизни все:
главное дело ее, ремесло –
сглаживание углов.
обутым – да в камни – легко.
а попробуй живой ногой.
другое дело – песок.
он не мертвый, просто ему все одно –
кто и зачем по нему ходит.
легкий такой, горячий и золотой.
его мелет Господь.
он верит, что это – море.


*

не притворяйся,
что вернулась с подарками,
а также
не притворяйся прошлой,
и такой живой,
Боже,
до невозможности, -
не притворяйся,
выворачивая из-под арки,
не прячься
и не таись.
просто мне умереть не сложно,
глубже спиной в кресло
вдавливаясь,
про себя считая
в уме,
в остатке,
до скольки мы нам
продлеваем жизнь


*

и душа ходит
без шапки
мерзнет
не сдерживается
уходит в пятки
а ты приходишь
однажды к Богу
снимаешь обувь –
и – босиком


март-июнь 2006 г.
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah