РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВНиколай Синехог
прошедшее животное
09-09-2025 : ред. Юлия Тишковская
1.
Саше Сараеву
теперь у ветра ненависти свист
летящий вниз на сброшенные кроны
гляди на свет не гаснущий укромно
лучом хранящий тоненький карниз
рябит метель как белый шум экрана
и ноябрём запугивает сток
введи пароль и снова стань мостом
болтающим при всех при прочих равных
на ветках ивы чистое бельё
рябит река выплёвывая льдинки
ты их тесни большим носком ботинка
и слушай воду как она поёт
оформлен след на выцветшей дискете
под хруст машины нежное щёлк-щёлк
забыть звучит как помнить и ещё
беречь звучит как не звучали эти
2.
издательский проект пчёл
закрылся на бухучёт
закупорен воском,
заклеен неброско
и ещё
вощиной облеплены лепестки
наподобие кухóнной доски
пчёлы собирают новинки:
пестики и тычинки
и нуждающееся в починке
заливают тягучим мёдом как янтарём
для того, чтобы когда мы тут все умрём –
они вылетят плотным строем кружа, жужжа
нас, вышедших из тиража
станут листьями обряжать
и зальют нас светом, в общем-то – издадут,
в этом и заключается пчелиный труд
в этом всех жужжащих муторные труды –
не уходишь не изданным ты
3.
в паутине паук меж нитей неправ
господин ростков, повелитель трав
подловивши мушку на липкий след
собираясь съесть её на обед
он висит над травинками всеми в росе
в неопознанной лесополосе
верховенство плоти сжирает свет
на мушином брюхе, но смерти нет
она вышла меж нитей как между строк
и отправилась жить на десятый срок
на седьмой воде на десятой тоске
на любой реке
между двух огней бережёт слеза
блеет робко старая дереза
в паутинке единая с пауком
мушка больше не летит ни о ком
на любой реке в лесополосе
доползут долетят не все
в этой басне присказка но не сказ
тем кто сплыл несожранным в первый раз
тем кто был козой, оленухой, жуком
кто был всеми силами так иском
повелителем мух, властелином сетей
мир всем нам в спасающей темноте
4.
прошедшее животное
упало в тьму и там
дурная трансформация
подкралась по следам
к прошедшему животному
пришла тоска и вот
прошедшее животное
ревёт, ревёт, ревёт
прошедшее животное
ни голубь, ни жираф
оно такое странное
как огонёк костра
прошедшее животное
как рыбка без зонта
а вот тоска болотная
не та, не та, не та
в тоске дурной обваляно
как в нефтяном пятне
прошедшее животное
теперь бежит ко мне
не кошка, ни собаченька
ни сердцу, ни уму
пришедшее животное
возьму, возьму, возьму
пришедшему животному
прошедшему сквозь мрак
не дать классификацию
никак, никак, никак
оно такое, вот оно
внутри меня поёт
какое есть, такое вот
моё, моё, моё
5.
комком слипшихся чеков
бумажных платочков использованных
дети сунули карамельку, она намокла и растеклась
в кармане картонного пальто
Измир, город семи семисот дорог
возьми, изыми бухту из под прибоя
в пустую тару от винного напитка залей
твоя колоннада как шарф на горле залива
дует среди земноморских ветров один
он ворот пальто картонного поднимает
карамелька течёт неповторимым клейким кошмаром
всякого родителя мечтающего
чтоб его дети сидели по стойке смирно
имя твоё первое на это будто бы намекает
иди умирать в город всех дорог
но нет, пишешь на комке слипшихся чеков
на бумажных платочках использованных
на картонном пальто
чернилами красными из-под прибоя
скрытыми морем среди земли
внутри
пустой бутылки
из-под винного напитка
6.
границы размыты;
вспомните: кому так рукоплещут?
леди Гусыне?
Девочке Для Битья?
принцесса Диана;
её тиара блистала в Нью-Йорке,
в любой замызганной дыре,
даже в канаве;
она
отличалась тем неуловимым:
радостью двух мальчиков,
внутренним светом.
посмотрите на них,
кому так рукоплещут.
кому?
___
я смотрю на Диану
и вижу маму.
она меня обнимала,
когда мне было больно;
хотя я не ребёнок из Гарлема
больной СПИДом,
нуждающийся в принцессе.
я
смотрю на Диану и вижу маму,
я ни в ком больше не вижу маму,
хотя так хотелось бы,
и вроде бы есть в ком, но
не те вторичные,
поэтому мне не увидеть,
так уж получилось,
так уже свезло,
так уж пришлось.
7.
вода темна под химкинским мостом
слегка рябит, но день рябит сильнее;
немая рыба плавает в елее
цветастого кошмарного пятна
и спит на дне не узнавая дна
плывут томаты в собственном соку
путём челночным в солнечный Баку
приветствуя кивком бычки в томате
как сложно жить в закусочном формате!
не глядя заказавший пусть и платит
за каждую сочтённую строку
расстроенно достроен небоскрёб
смотри на воду! видишь кильку? оп!
пощёчина от башенного крана!
а точно он от крана-то огрёб?
зияет страшно эта стеклорана…
молчит вода и пустота на дне,
рыбёшка молча плавает вовне
дивится уродившимся туманам
пристёгнут в детском кресле день от дне
молчит ребёнок – выросше и странно
ведёт машину поперёк реки;
под тем мостом до рыбы рыбаки
пытаются тянутся звонкой леской,
мазутной краской блещут поплавки
над рыбой: злой, живой и бестелесной
теперь она реке своей сроднà
и спит на дне не узнавая дна
8.
чайные состояния
*
имена произносятся как
шелестение сухих листьев:
гао шань,
гу шу,
мэй чжань
с хрустом ломается дань
цун
с лёгким треском – хоу_куй
эта просодия шорохов нарушается
пшик и пшшш
открывается термос, наливается кипяток
и вот там вовнутри тёплого отвара
начинается округлое говорение
*
дурацкий камень
хочется взять камень
хочется орать на камень
чёртов ребристый кусок скалы
обломок с несколькими вкраплениями
но ты берёшь его прямо вот своею рукой
ставишь его на чайную доску сбоку
поливаешь остатками чая
иногда с чаинками
иногда водой
покой
*
от этой вашей смерти
остаётся маловесомый привкус и запах
любао хэй ча
старого подпола, где бабуля
внутри твоего детства хранила свёклу,
картошку, лук, морковь немытую,
разные иные корнеплоды
соленья в банках
(варенья – в другом подвале)
соленья совсем не пахли,
а вот подпол свекловичный
для меня так пахнет старая смерть
спящая на кладбищенских выселках
корнеплодами и землёй
вдумчивым скирдованием
*
медленно зреют листья внутри скирды
глиной замазаны входы и выходы
водой живою и мёртвой их попроси
в пригороде аньси
вылей вовне первый пролив забот
вылей фигуркам пятый пролив печаль
чай умирал в земле чтобы взошла вот-вот
новая жизнь хэй ча
этот стишок глупый вполне куплет
этот дурной мотив сотый пустой пролив
медленно стелется запах цветущих слив
чайничек на столе
9.
я всё ещё открываю порой фейсбук
с одной только целью;
нет, не увидеть в коротких видео
чего там знакомые люди ели
нет, я смотрю как где-то в землях,
которые я по своей неграмотности считаю Сербией
жив Федя;
он уже выглядит так,
что я про себя могу называть его только Федей
сей Божий дар, сын письма,
рассказал мне когда-то о том, как Земля сама
говорила ему о дорожках неэвклидовых пространств
презирая условия пересечения границ государств,
о том как пели в вакууме, как детей не били,
как слона Вилли услоновили
каждый раз я боюсь, что вот я войду –
и Фединых новых фото, где он такой исхудалый,
нет
только лишь много слов и воспоминаний,
а Федя уже не тут, осталась малость:
последний полёт на дирижабле
к самой значимой из планет
ради такого дела не грех VPN,
мне простит и закон, и заповедь «не прелюбы сотвори»,
ведь где-то внутри Европы на самом высоком и близком к Небу незримом холме Земли
Федя иногда выкладывает фото свои в фейсбук;
ради этого я иногда всё ещё захожу туда
смотреть на Федины фото сквозь границы и города,
чтобы он, если не знает прямо, может быть, хоть почувствует
вдруг
10.
пол-пролёта хрущёвки пройдя от двери
я очутился в сумрачном подъезде
с перегоревшей лампочкой тёмной
с обшарпанными ящиками синими
для писем, тех, которые не приходят
с серым двором города-десятитысячника
с крокодилом-горкой и лебедями из шин
с тем счастьем звуков, которое
полностью изничтожено в миллионниках:
скрип деревянных дверей,
зудение лампочки, пытающейся светить,
скрежет ящиков,
шум деревьев за окном,
гомон детей на площадке меж крокодила и качелей-чебурашки,
зов матерей, кричащих: «Вася, иди обедать!»
вот какая она, песня ангельская,
голоса города в человеках,
воспевающие у престола
третьей, главной, финальной части.
11.
любовь и боль
похожи набором букв
разницы между ними –
кажется поначалу –
лишь расстановка, «ю» и «в»;
это, получается, направление юго-восток,
а что там,
и почему там любовь безболезненная,
возможно
потом проходит, приходит, происходит
понимаешь;
«избыточные» буквы потеряны,
я иду искать
если судить по московской карте,
то в эту сторону Люберцы;
получается, вот оно — место любить
без привязки к топографии
нужно идти от зелёной двери в стене
в обратном направлении
там невиданные края
никто не обидит
дорога всегда никаких закоулков
там все, кого ты так сильно
там на границе добавят к уже привычному
две
«ю» и «в»
12.
Полине Ходорковской
в мутном весеннем окне за полночь
полуявь становится бабочкой,
гризельдой в рамках капустниц обыкновенных.
преодолевая плотный, прозрачный,
без звука внутрь – а там
витамины A, группы B, C, D,
спят в коробочках; сновидения их
жуки, жужелицы,
иные ползущие по рукавам,
божьи коровки,
правильности принятия
спешащего бытия.
рассвет уже рядом.
после пробуждения
два изогнутых стекла
исправляют дефекты,
чёткость линий обретена:
ровное зрение, разборчивые литеры
насекомым хором поют с листа.
обратно в кокон, скорее;
гусеница, гусеница, где же лапки?
вот личинка, вот зёрнышко;
вот сердце горящее отдано,
чтобы ночью,
чтобы увидели, как и куда;
дошли, дошли!
а теперь – плясать!
невозможности петь
в чинном жучином
неровном строе лантернов;
но свет становится сам совершенный звук,
испускает радость фотонами на полёт,
каждый летит пустотой
и себя поёт.
13.
говорят: три дня был временной лаг,
после он вышел и вытащил белый флаг,
оставив весь цвет на той стороне реки.
рыбы плескались громко, кричал петух,
камни вопили, звезда говорила вслух
другой звезде – говорящие огоньки.
было и было; время – тьмутаракань.
там не лежи, выйди оттуда, встань,
выпростай тело из всех простыней пахучих.
корни сплели над тёмной пещерой свод;
три мужика шагали на винзавод –
их-то в пещеру завёл шаловливый лучик.
время и время – сеть непростых пещер;
кто там живёт, если живёт вообще?
кто там лежит, в гробу ли, в пахучем сене?
кто там пришёл-то? женщины ль, мужики…
цвет побеждён был с той стороны реки.
важно ли – зимней или весенней?
14.
Ане Ширминой
я очень плохая девочка,
мне закрыли пересадку на ариамордорной на D3;
радость свою в печаль претвори,
притворись воздухом и битвами в лазертаг,
если всё-то в тебе не так
у высших приматов есть высшие цели,
высшие баллы и высшая школа –
я же здесь просто ради прикола
взмываю выше ели
я же просто некрасивая девочка на качелях,
шорты, футболка и добрый-кола
пиу-пиу, милый, ранен, но не убит
лет тридцать назад в японском метро распылили иприт,
или другой смертельно опасный газ;
меня не было тридцать лет назад,
я ещё не родилась
чтобы сейчас написать дурацкий стишок,
девочку называя душой
пиу-пиу, снова ранен, по самое не могу
весна обнажает налузганную лузгу,
запускает мотоциклистов, достаёт листву из ветвей
становится чуть живей
чтобы пиу-пиу – и был бы радостный смех,
а не вздрагивание у всех
я плохая девочка, качаюсь себе, скрип-скрип,
мечтаю о e4-D3
15.
почему отдать сердце
не достаточно
что же во мне не так
вернулась боль
бессонница рпп
кэшбэк
беззащитность кожи
в квартире пустота
больше не буду выкладывать
такие стихи
там, где можно их прочитать
16.
источник света сопла зеркала
потешная колядная ракета –
уже не страшно но источник света
она другую силу вознесла
вместо земной такой привычной этой
ну как её не помню нет скажи
залипла муха в лужице из лжи
застыла в ней тягуче и янтарно
ты как-нибудь нас с ней потом свяжи
календарём бессмысленным аграрным
обетом ночи мужниным бельём
верёвкой тонкой вплоть до пуповины
тугой стежок подходит к крестовине
и крестится на что-нибудь своё
и красит снег кровавой пяткой вглубь
проваливаясь тяжко внутрь по голень
неумолимый многорукий голем
как голубь позабывший мать свою
как самый бесполезный кукушонок
как черешок от
ёб твою
неси сюда быстрее эту сковородку
ТОВАРИЩИ ПОЖАЛУЙТЕ НА ВОДКУ
а на закуску – лук и иваси
вот в эту жизнь запущена ракета
в мир пересменок биотуалетов
и если показалось что не в эту
то показалось – совершенно точно в эту
она летит как бабочка в окно
серпуховской зелёной электрички
не зная про ковыль или кавычки
про детское в подгузниках говно
про голос хриплый в матюгальник зычный
она есть искра и она металл
охотник робкий за чертополохом
и в общем-то всё будет не так плохо
если не путать с Богом или в бохо
влетая в переполненный вокзал
b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h b l a h
Поддержать проект:
Юmoney | Тбанк