RSS / ВСЕ

|  Новая книга - Андрей Дмитриев. «СТЕРХ ЗВУКОВОЙ»
|  Фестиваль "Поэзия со знаком плюс"
|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Ревнители бренности

Антон Люциев - In different order

22-10-2004





НА

1.
Я - вор.
Волнистые волосы на
Моих
Ногах
Слагают узор.
Я - прах.
(Первый удар – под дых)
Любовь моя, я по тебе не скучал:
Ты мне
Не нужна.
Я – грех.
Персонаж
Картины Моне
Глядит на меня в упор.
У него
На груди
Перевернутый крест,
У меня в груди –
Топор.
Он любит хардкор.
Я люблю Г.О.

2.
(Не звучит шестая струна)
Любовь моя, а не пошла бы ты на!
Ты знаешь, что значишь, а?
Один только веер твоих ресниц,
И я ниц -
Пред алтарем.
Ты в нем.
Ты на нем.
Ты с ним.
Над твоей головой – нимб.
Я - гол.
Я - червь.
Хочешь, я спою тебе гимн
СССР?
Персонаж
Картины Дали
Не глядит на меня совсем.
Похоже, он невменяем и нем.
«Лива фура джа манал
вана сэ вана дэ».
Деньги на чай –
В декольте.
Ай!
Как жаль!
В моей руке - кинжал.
Ась?
Да, я мразь.
Любовь моя, я ведь не зря по тебе не скучал…

(23.10.02)
special thanks to Олеся Голото & Наталья Литвинова


Different order (2003)

Спуск

Я постоянно спускаюсь на женские рифмы,
Натыкаюсь на женские рифы
Пьяного моря,
По модулю равного трезвому морю,
Лишенному воли,
Между большим и указательным пальцем Адама
Сжимающим трубку с марихуаной.
Я высрамлен сроком
В сорок секущих секунд посторонних молитв,
Мне незнакомых, мной незаконных
И незаконченных торсом
Прямо о камни
Медлительных рек. Нева – вам, Ока – мне,
А Средиземное море – Корану.
Так начинается путь к Вавилону,
И Вы, опуская гниющее лоно
Как «Я сегодня не ночевала
Дома» -
Ласково, своим милым кораллом,
Не убирающим руки с вселенной,
Сосредоточенной между правым
И левым коленом
Пьяного моря,
По модулю равного трезвому морю.
Я Вам –
Заместо лиры –
Волшебная палочка 40-го калибра,
Святыней христианского мира
В лапах
Далай Ламы,
В лампах
Тибета,
Остовом света
В латах
Выгребной ямы,
Вашим пометом
В пледах
ГОсплана,
Камнем,
Стремящимся превратится в кремень,
Искрой о память
Бреда
Я мимолётен,
Я мимолетен,
Я мимозимен,
Я – Вам,
Приставшей к векам
Мнемозины
Клоакой неги,
Эклогой бога,
Эвгленой неба
Я свергнут
В вермут,
В Вермонт,
В омут,
В кому,
Тронут,
Ранен, -
Я, одержимый Вами,
Названной в своё время
В честь песни,
Влекущей в млечные клещи,
Текущие в реки.
Я вечен!
Вы же предвидены, чтобы померкнуть.
Ваша мать отложила яйца
Рядом с Экватором. Прямо в мои распростертые пальцы
Пьяного моря,
По модулю равного трезвому морю.
Явью,
Сносящей все ваши прыжки и ужимки,
Я – Вам,
Кратный и целый
Участок вселенной,
Разбившейся в женские рифы,
Сосредоточенной между правым
И левым коленом
Порций
Солнца
С грудью Хайле Силласи,
Стоптанном в «здрасьте».
Я аддитивен
И инвариантен:
Сплав из пластидов
И платин,
Растекшийся ртутью,
Опущенный в тотьму
Блуда -
Вертишь меня, крутишь,
Исходишься сороковым потом
Пьяного моря,
По модулю равного трезвому морю,
Скривившему морду
От резаной казни
Вас, равной под логарифмом
Единице
Женского рифа,
Честного солнца
С глазами другого Хайле,
Бьющим мне харю,
Заливающим в горло стронций,
Пытающим присягнуть на верность,
Стянуть когтями
Гранитной грани
В юдоль беспричинно-беспечного плача!
Я изначален, означен и начат!
Вы ненадолго остыли,
Превратившись в 40 граммов серного сыра,
В сырную плесень,
Вы, названная в свое время
В честь песни
Интермедией пьяного моря,
По модулю равного трезвому морю
Млечного «Never»,
Отсеявшему меня в зерна от плевел,
Стонавшему темно-черным
Атласом
Низшего класса
Девьей
Вселенной, сосредоточенной между левым
И правым коленом.
«Вот так у меня правильный прикус,
А вот так - неправильный прикус»
А какова степень риска,
Если раздвинуть руки
Солнечным бликом
Рыженькой треугольной вселенной,
Положенной рядом, на донышко гроба.
Вы преподобны.
Я припадобен.
Скрежет
Между
Правым и левым коленом,
Которому больше не нужен
Эпиграф,
И вы, жизнерадостно контурно вызрев
В вызов
Пьяному морю,
По модулю равному трезвому морю
Обидно:
Оно старалось,
Учило роли,
А напоролось
На мои пальцы
Осколочным женским рифом,
Сорокадневным рефреном.

(20.01.03)
special thanks to Олеся Голото


Разность потенциалов

Каждый последующий день деньги
Забивают мою волшебную флейту
Тонной
Плотного цветного картона
Медленно склеиваются в “Lady
Diana”.
И я, потонувший в блевоте бреда
Твоего одеяла
Протоном
Тетраэдра ада,
Постоянной
Постной
Позой
Лаоса
По отношению к Мьянме.
Раньше у меня не хрустели кости.
Где ты,
Смрадное детство
Середины девяностых,
Где отсутствует разность
Между приличным
И причинным
Местом,
Сливается
В общей ванной
Как «Хочешь, я покажу тебе писю?»,
А не как «Это меняет все наши отношения, сударь».
(Моя мечта: выпустить книгу, прославиться и умереть, потеряв рассудок)
И ты здесь
Тузом картузов,
Стезей тысяч,
Резвой тризной,
Трезвой ризой,
Моно звуком
Стерео Лизы
Постоянной,
Постной
Ветвями,
Бегущей на Росстань
С видом ценителя
В правое лево, как нитями
Выдела
Ты меня видела
Между пластиком
И Силласи Ай,
Когда я агонией гонева
В твое смешливое,
Русое
С перламутровым
Где приторно от Делоне и от спермы муторно,
И я – общий правнук общего дедушки Ленина
Тоже имею право на вожделение
Постоянной
Постной
Январской Яной,
Проливающейся на простынь,
Не успев накрыться одеялом,
И я, утопая в ванной
На дне ладьи ладони
Белладонной
Над сводами спаса
Разницы сводок НАСА
От словес ловеласа –
И я, свернувшийся коконом окон
В ваш нервный локон.
Я - не
Я; Я не
Яне
Я – Lady Diane
Отныне
«Дрожь» Дарио Ардженто –
Судьба всех моих будущих женщин
С рукописью вместо кляпа,
С горлом,
Пересеченным моей неуклюжей лапой,
Распахнутой плахой
Запаха паха
Качелей
Веселого Таричелли,
Постоянным
Постным
Гнойным наростом
На гладкой коже
Рваной ванны
Lady Dianы.
Из всех остальных животных -
Овцы…
Копией Венециановского «Апофеоза»
Я украшаю каждый второй лепесток вашим розам
С припиской заместо инициалов: «Вот он!»

(13.03.2003)
special thanks to Диана Халатова

Май №1

А над
Экраном
С “Восставшим
Из Ада”
Клайва Баркера – Ваша
Божественная улыбка…
Слегка приоткрытая челюсть –
Моя гильотина…
…Are you still going to kill me?
Подставляя мне свое вымя,
Ростов, Нижневартовск и Липецк
Вливаются в мои лица
Из сосцов кобылицы,
Высыпаются в мои руки манной
Из прорванного кармана
России
Водопроводным сливом,
Вбиваются
В мои лавры сваей
Первого мая…
А Вы ли
Меня любили?
Вились
Веревочкой вдоль моего стила,
Вплетались
В венки моих лилий
Сталью…
Хотя… Я может быть и не с Вами…
Да, мой искрометный юмор
Нажит
Стужей
Шороха Ваших
Клетчатых юбок,
Ваших
Высоких сапожек,
Ваших
Немного помятых помадой губок,
Ваших
Жидкостей под моей кожей…
И я бы, пожалуй, тоже…
Ведь сегодня – первое мая…
Но Господи! Что же
Может быть лучше,
Чем Федор Иванович Тютчев!..
А Вы ли,
Вы ли
Меня любили?
Палили
Напалмом
Гнили
Спальни,
Мололи
Меня колоколами
Своих
Алых
Овалов…
Хотя… Я может быть и не с вами…
В это первое мая;
Vae…
Впиваясь
В спирали
Моралей,
Ходим-то все-таки в узкой
Голубенькой блузке
И язычком вяжем мне петли
(Радуйся, радуйся, Господь Светле!),
Еще запираем меня в остроге
Своей утробы
Прядью,
Обмотанной вокруг фаланги,
Несмелой барабанной дробью
Первомайской глади,
Все-таки держим вместе со мной плакаты
Из серии «Калининград – русский город»…
В нашей обойме хватит патронов!
If revolution not now, than tomorrow!
Будь свободен как птица, товарищ Лимонов!
«А косы
Жмут, жгут их медных жалоб в желоб»,
И на левом плече – повязка,
В центре которой
Серп и молот
Вбивают
Меня своей сваей
Чуть выше и чуть правее,
В область под черным беретом…
В мое первое Первое мая…
И на всех газетных
Фото
Меня не заметно
За Вами…
И хочется верить,
Что…Вы ли
Вы ли,
Вы ли
Меня любили?
Выли,
Молили,
Втыкали в меня иглы,
Ломали меня в мили
Несмолкающей канонады
От Магадана до Волгограда…
Впрочем, когда это было?
А может быть даже…и не с вами…
Я точно знаю,
Что меня снова
Покажут по местному телеканалу, но не более чем в 2400 кадров...
Ведь сегодня – первое мая…
И этот
Красный воздушный шарик,
Строгий пиджак и вылинявшие синие джинсы…
«Ленин! Мао! Че Гевара!»
«Рос-си-я» – на каждый слог по удару,
Всего – три удара…
И пять сотен шествующих по асфальту,
Между которых…а все-таки, Вы ли,
Вы ли,
Вы ли,
Вы ли
Меня любили?
Манили
Вернуться в Сорренто
Со старого, 25ти летней давности, поцарапанного винила,
Кем-то…
И я, почти сублимировав maximum nihil,
Уже не боюсь комнат,
В которых на стенах
Не измеряют время…
И мало того… Кстати, а помнишь?..
Что?.. Ладно, ну…ладно, ну тихо, ну тихо, ну тихо
Не плачь… не плачь, не…
Господи помилуй…
Все… Да… Все хорошо… Все хорошо…
«Близка моя могила»
Кратче!
Кротче!
На самом-то деле…Не так ли, отче?
Сегодня же все-таки первое мая…
Гласом Всевышнего,
Глазами Всевышнего на их…
А юбочки-то задираем
Раем,
Вбиваем меня сваей
В Красное знамя….
Впрочем, я может быть и не с вами…
Ажур ожерелья ваших желаний
Лаской подмосток
Скрывается в восьми острых
Трехгранных
Углах платной
Палаты,
Где никто, вроде меня, не скажет
«Моя дорогая,
Улыбнись – тебя снимают
Крупным планом»,
Не зря же сегодня первое мая...
И мы, приложив ладони к лицу наподобие кислородной маски,
Каждый,
Сами
По себе. Сами.
…it’s over, my love…mon amour… Ales…
…it’s over, my love…mon amour…Ave…
Исход первого мая:
И я, отрезанный маникюрными ножницами,
Опять становлюсь расчлененным светилом
И ожидаю аплодисментов –
Ярчайшего проявления стадного инстинкта…

(17.04 - 5.05.2003)
special thanks to Марина Оснач & Таня Бахтина













blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah