RSS / ВСЕ

|  Новая книга - Андрей Дмитриев. «СТЕРХ ЗВУКОВОЙ»
|  Фестиваль "Поэзия со знаком плюс"
|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Николай Мех

Поход

04-10-2006





Я живу у источника. Каждое утро меня будит шкрябанье консервной банки по камням, потом шмяк в камышах. Источник спускается с горы, куда ходят невзыскательные туристы. Туристами себя называют мужчины из соседних городов, раз в неделю предпринимающие поход. Самые наглые из них даже говорят: "Восхождение". Жена остается дома, дети высыпают на улицу, утыкаются в бурую кучу песка, насыпанного вечор с КамАЗа поверх бутылочных осколков и прочей алкоголической дребени, дома свежо, светло, жена драит окна, распахивает створку и вываливает до пояса: "Смотри у меня!" - орет вслед походникам, среди которых муж уже неразличим. Она, как и ее подруги, высунувшиеся по соседству, обращается ко всем мужчинам сразу, надеясь, что супруг узнает голос и обернется. Но - тщетно. Походники уже нацелены на небольшую возвышенность, этакий пупырышек в конце дороги, они не слышат ровным счетом ничего. В рюкзаках плотными рядами выпивка, глубокие трубы органа, скрытые за декоративной кока-колой на ремешке. Проводник мерно гудит - он знает путь, еще бы, сколько раз брали любимую высоту.

"Сколько брали?" - спрашиваю я. Я среди мужей, хотя вообще-то жены у меня нет. Спутники безмолвствуют. Я понимаю, что ляпнул какую-то несуразицу. С опозданием доходит обидная двусмысленность моего вопроса. Действительно, обидно, мужики. Тут поход, а он - сколько брали, ну, честное слово, как на рынке. Харе, говорят, хватит, хоть тут не надо быта, а? Жена блестит оконцами издалека кажется она прилипла и ерзает как большая тряпка придешь выжимать будешь до утра. Первый смех. Мы у подножия, пора бы сделать привал.

Пока мужики перекуривают, я вам объясню, почему сегодня пошел с ними вместо того чтобы сторожить источник. Источник - это течь в большой цистерне, торчащей из нашего холма. Цистерна черная и гулкая, никто не знает, как она сюда попала и кому взбрело в голову вкопать ее посереди склона. Некоторые местные жители считают, что все было наоборот - сначала, мол, появилась эта херовина, а уж затем вырос холм, даром что краешек остался.

Согласно одной из версий, цистерну зарыл тут в начале 90-х прапорщик-снабженец, намеревавшийся устроить себе переносной дом и для этой цели уперший со склада техническую емкость. Хапнул без разбора, привез, говорят, домой емкость, разгрузил арсик, а как глянул на маркировку, так и ахнул - тревога! Химоружие! Протарахтел через весь город под видом водовоза, крюканул на окраину, да там и сбросил опасную свою добычу, оплакал жилище такое цилиндрическое и еще окошечки по металлу, занавески веют шелковые, ни заусенца, хотел прапорщик даже отравиться, но крышки люков оказались привинчены намертво, ключ затерялся, короче, сел в машину и потек обратно, матеря дачников, глазеющих на черепушку его смешного транспорта. Дома жена накостыляла, ушел куда глаза глядят, бац, стукнулся лбом о цистерну свою, испугался сперва, а потом, ага, крякает молодцам из стройбата, а ну давай, ребята, навались, и летят комья глины, растет гора, засыпали за ночь, только торчит кончик, так ведь его, начальник, уже не запихнешь, гогочут бойцы. А ну цыц!

Со временем цистерна прохудилась, к тому же кругом ходили коты, летали птицы, и подростки забредали в прятки поиграть, в общем, люки открылись, крантик открутился, и хлынула ядовитая жидкость под ноги мамашам из новостроек, как раз уже подобравшихся со стороны большого города. Текут ручейки, ковыряет малыш железякой камушек на дне, нет-нет, да и грохнется со своей кочки, бежит, обожженный, домой, ползет солдат, хватает горький воздух, дерет траву и пашет носом муравьиные ходы. Деревья выстроились над головой, закрутились в калейдоскопе, расскажи, расскажи мама, как я чуть не помер от яда, ну, и так далее.

Мужки тушат сигареты, снимаемся, пора идти дальше - собственно, что идти - уже надо брать вершину! Залезаем по очереди на холку нашего доброго холма, глядим сверху на хоботок цистерны, ну, хилятики, поднимайтесь быстрей, отсюда весь город видать! Очереди, утренники, линейки, школьники ленивые волочатся как на ладони, протянулась железка пятипалая, путь налево, путь направо, бурьян посередине, посыпала толпа подземная, в переход впала, нырнула в ушко ржавое да гулкое, вылезла по другую сторону, спутала городишко по тропинкам и переулкам. Жена тряпку распластала пятерней, в чистое окошко отчетливо видит: опять за свое взялись, негодяи! Слепок уличной канители собирает в кулак и мнет, мнет, колотится у подоконника, обводит мокрую комариную сетку и, наконец, когда уже нет мочи терпеть, спускается на некоторое время к соседке.
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah