RSS / ВСЕ

|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
|  Новый автор - Сергей Мельников
|  Новый автор - Лотта Заславская
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Иван Ахмадиев

Актриса-Весна

06-11-2006 : редактор - Женя Риц





Актриса-Весна

небо вдоль проводов, иней по крышам, дождь по лужам,
шаг за шагом, в полиэтилене твоих объятий,
иней по крышам, усатый, простудный ветер,
курение тяжелых сигарет с фильтром – их осталась одна в пачке…

Весна, ты придешь или нет?

это не оцепенение, не задумчивое угасание октября, это март в той же тональности
кома, если тебе так будет проще, и даже немножко легче.
Кутаться в твои руки, кутать тебя своими, держаться, словно пьяный или раненый,
брести проулками.

Придешь ли?

Вспоминается стихотворение одного не очень известного, но хорошего поэта, с которым мы как-то пили –
“у моей весны походка бляди”, –
тут вот нечто подобное.

Какой-то пыльный металл неба, облака скрежещут брюхами, дождь – пулями,
в переходе сыро, и дует сильно, – куда спрятаться?

Можно залезть с тобой в такси и, наплевав на заоблачную цену, заломленную, словно рука, водителем – ехать домой под Радио-шансон с левой выключкой,
можно спрятаться в кафе и переждать в нем остатки осени и треклятую зиму, т.е. ноябрь, январь, февраль, декабрь, чуть-чуть поменяв последовательность,
можно просто возвращаться домой грязным автобусом и курить у подъезда, четками перебирая память и “что я сделал за прошлое лето?”,
а можно брести дальше под дерьмовый блюз Владивостока, джаз улиц, реггей затяжек и легкий фолк-рок твоих запястий.

Весна, ты когда-нибудь здесь будешь?

Рефреном пойдут кеды, в интересы включу пальцы,
“не-очень-известный-поэт” обидится, что я его – таковым,
шаг за шагом, солнце остынет к вечеру,
утром – конец недели,
каппучино во мне замерзнет.

Птицы вниз, поперек горла,
смерть нам всем только пьяно блазится,
дождь по лужам, снег упадет навзничь, в наушниках Юрий Визбор
скажет, мол “а зима будет большая”, и закаплет, и растворится в воздухе, потому как давно уже умер.

А может, Солнце мое, мы тоже уже умерли, и жизнь – это так, посмертие? Кутайся в мою куртку, я пока взглядом зажгу фонари и чужие взгляды,
порой думаю, что она не придет, любовь моя, это очень странно,
потому как должна, потому как никто не менял законы и стороны света.
Я вот думал, будто бы каждую зиму улетаю в южное полушарие, –
там лето, и Весна снова меня минует,
облака за окном строятся в клин – я боюсь, они пойдут войною на наши окна,
я, мой ангел, просто боюсь без тебя и Весны остаться.

Непогода, выдержки начала 90-ых смеется тучами,
сейчас будет очень холодно – вроде как теплу настает бритва.
Да что там – бритва – просто пиздец ноябрю – вроде зима к нам пришла раньше,
но в том, что и раньше уйдет нет никакой уверенности.

Знаешь, знаешь, панк not dead, он просто так воняет,
рок умер, и я порой тороплюсь на рэйвы,
греюсь только янтарем твоих глаз, но, без обид, они не всегда греют,
и мне становится страшно потому как вдруг они уже навсегда перестали?

Когда будет Весна?

У меня болит сердце, или это мышцы, ведь в нем нет нервных окончаний,
я пью вторую неделю и думаю – хуй с ним, смерть случается с каждым,
мне действительно тяжело, особенно, когда нет тебя рядом,
а когда ты есть, я не могу не смеяться и вру, что у меня все классно или нормально.

Дождь по лужам, а мне, веришь ли-нет, противно,
конечно, можно идти дальше, но мне-то идти некуда –
я не в смысле переночевать у тебя, а в смысле, что мои вожделения кончились,
и где же шлется эта блядь, я ее так заждался вот в этой осени.

Женя, Оля, Маша, да как тебя не называй, ты все равно любимая,
только вот, боюсь, даже с тобой мне долго не продержаться с пробитой печенью,
это тебе не в укор. Знаешь, у меня в голове бомба,
она не тикает, но, черт, отойди, рванет ведь сейчас – я это страшно чувствую.

Знаешь, я давно тебе не дарил подарков,
мне сложно дарить что-то кроме моей оголтелой, наждачной любви и прожженной нежности,
я никогда не умел вести себя как мужчина, может быть, я все же девушка,
но тогда я, видимо, лесби, что меня, безусловно, разнит с толпой пидарасов и отщепенцев общества.

Не знаешь, Весна вообще сюда собирается?

О-о да, у меня классный свитер и вирусные гепатиты, и я тебе всегда нужен, и ты по мне скучаешь.
Я, знаешь, только этим держусь,
ну, и еще водкой,
знаю, ты просишь не пить, и поэтому я еще не совсем спился,
ты в этом плане кардинальнее, но мне больно получать от тебя только письма.

Скучаю,
бухаю,
кончаю (говорят, слишком быстро),
стихи пишу все о тебе,
дни считаю до встречи,
иду на хуй,

пока…


* * *

сыр с колбасой впадают в кому – их начисто вымораживает, –
то-то же, нехуй лежать в холодильнике,
горячий чай на столе,
остывающая конфорка,
рыбки лежат спокойно – конечно, они же шпроты.

пылится в углу усталость, в другом – сборники и альманахи –
Заворотинская, Дмитриенко, Зима, GH5, “Рыбы и птицы”,
телефон на зарядке,
рыбки лежат спокойно –
а чего б им беситься – они давно уже мертвые и сейчас будут съедены.

А Весна как прихот.

Где-то есть день, где-то утро, где-то, наверное, Москва, Яловены, Тольятти,
где-то Казань, в которой не был, но очень хочу поехать,
где-то совсем уж забытый Иркутск, а где-то Омск, что не шибко рядом, но очень теплый.

Где-то, наверное, март, но у нас – все тот же ноябрь и махровое полотенце неба.

Вот она.

А я ведь, наверное, лгал,
нет, не тебе, а себе – это тоже возможно.
Весна ведь играет разные роли и прячется от тебя и так легко ошибиться.
Вот Она – Осень, чего тут попишешь – надо сживаться,
надо срастись хотя бы на время, пока снегом не выпадет новая роль и то, если успеют гримеры, -
Весна будет шагать до конца февраля, а потом скинет с плеч шубу, снимет шапку, –
и тогда мы снова поймем, что это она нас так долго за нос водила.

Да, да, тут ничего не попишешь.

Помнишь, смотрели на фото, и спорили, что же там сзади –
то ли голые стены, то ли снег, то ли море – на чем мы тогда порешили?
Получается, это Она каждый раз за плечом красовалась, –
что в декабре, что в июле, что в сентябре, что в Фотошопе.

Она разбивалась льдистою глыбой за сутки до Нового Года, когда мы гуляли по парку,
она нас душила жарою на пляже, она же летела листами,
она находила нас всюду и тут же бросала,
и строки за нами дописывала, когда мы уставали.

Это она – всё, и из-за нее мы знакомы,
я ей благодарен, она нам себя подарила,
она не уходит, она просто роль незаметно меняет,
и для нас остается заглавной, любимой актрисой…


blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah