ПОМОЩЬ САЙТУ

РАБОЧИЙ СТОЛ

СПИСОК АВТОРОВ

Ольга Баженова

Каждой вещи

04-12-2016 : редактор - Алла Горбунова





каждой вещи

*

Живет ли кто в заброшенном зданье?
(Какой еще вопрос здесь?..)
...умеренно казенно-
прочном.

А кто ходит мимо
и катается на этой тарзанке?

Здесь трава и кустарник еще строят
невозбранно
между воздухом и зреньем
и обратно
страгиваются.

Как таковая.
Здесь трава катается.

До жилых домов
доносится
петушиный крик:
под утро – из-под земли,
днем –
из петушиных шей,
с колесиков,
с рельсов –
прямо в пыль
вылетающий
и горячий.

Спеет виноград:
зеленые виноградины
впереди синих
(первые или последние,
прежние или первые
вырвавшиеся вперед –
это клад,
жаркий, жалкий,
из слов, сросшийся,
разросшийся,
из слов, кто куда грядущих;
те же круглые жители
винограда
над двором
не уйдут по своей кисти),
зеленый виноградный шарик,
выравниваясь,
затмевая собой
шар чернильный,
виднеется пока в чернильной короне,
на чернильном шаре,
толпятся и клубятся,
не толкаются,
на фреске, по которой пройдет взгляд сторонний.

Джипинг по Пшаде?

На тарзанке –
на той стороне улицы, среди радующихся сосен? –
на тарзанке без свойств
ты катаешься? Тебе не скучно?

29 августа 2016

*

Пред замусоренной улицей море
(предпоставлено всей длине).
То ли это глухой гигантский забор,
то ли отрешенное что-то
внизу как вверху.

Глухими, как синяя слива,
мелкая желтая алыча,
как рыжие иглы,
ими,

как кучки, трупики,
вещи, вечки здесь,
обертки опять же,
дни притворяются.

И твои шаги по этой дороге
притворяются.

Чья-то белая раковина.
И шаг в одну сторону,
в одиночное глухое имя –
так у каждой вещи.
Белое, неразборчивое, заглохшее.

Одна сосна всегда Хиросима
или Нагасаки
(то или это? –
все равны бобры,
а я – соболек):
ствол, клубящийся вьющимися растениями, столб
дыма и пыли,
совершенная шапка.
Слегка печалишься, когда забудешь
отвести к ней глаза
от земли
(выбирая, куда наступить),
от моря,
умаленного далью
чего-то еще.

Август – ноябрь 2016

*

Джипинг по Пшаде?
<так пишут>

Где вода –
чистые пряди
истой седины.
Там, в лесу.
В горы на танке?
Трудно – кормить диких кабанов в загоне,
заказывать обед,
всегда фотографироваться –
и в машину вновь,
проводить ритуалы красоты,
мед, вино, дольмены –
не в подъем.
(К чему-то на языке: трудно и чудно,
а ни к чему
все они там – да? на языке? –
на площадях? –
кто есть).
Так вожатые и экскурсоводы
тащат тебя долиной Пшады в вечности,
и она тебе недоступна:
лишь мед и вино
вечности,
мед и вино,
а надо бы воду
и лес.

Так остается море.

Август – ноябрь 2016

*

проходит холодом и теплом
всё проходит
овчинка выделки
нетканого текста
простирается далеко
ненаходимые границы

лежат воздушные главы
на дне прохладной головы

так будто головы облак
разворачивать для чтения
круглый житель
начать бы смог?

нет слишком долго
их видеть или читать
это другие
намного намного дольше
бездонней
невидимей
легче

2015-2016

*

Звери неведомо какой зари,
рыщущие, и сада густой брикет.
Что-то над ними так близко к пустой звезде? –
прозрачный вал лишь мельком темным лицом воззрит –
и мимо – по раскатывающейся реке.

Всего-то взгляда. За грань, на которой разваривается продел
гречихи, –
и то – время.

...

Лежат воздушные главы
на дне прохладной головы
воздуха,
и время
берет
и волосы бездонные им чешет.

2015-2016

*

То ли это плоты на реке...
Арсений Тарковский



Еще остались древесные рыбки –
все на весу, земли не касались,
те потемнели, сухи и зыбки,
спали с лица, а те разбросались
и осенились пустою сенью
солнца, соломенного свыше
Солнца, – но темному ветвей везенью
еще все служат, слышат
глухое лип змеенье
потоком сплошь, раскинувшийся сивый
американский клен – где менее
ветра самой слабой силы,
соломки ветра самой хилой,
ветер.
Лист – плотовщик? – Как перед такою
тихой корой, древесной рекою?
Прежде не всё еще встретил?

Сентябрь 2016

*

каждое
идет к краю карты
и структуры
на белое небо
начинается
на белой бумаге (пергаменте) земель
дальше
исток новей

устье полнее
а там
в земле карты
знакомится
с кормом корней и веток
наконец
исчезает
(из чего?)

домашние растения
тянут свои томные морды

порнофоточка на почту
мол от знакомого знакомой
(без лица
домашнее садо-мазо
следы
на неизвестной
в общем идеальное что-то)
и что там еще ходит
тянется
мао
морсы
игрушки из самого мира на гримау
как древле
транспорт
гелиос
силос

и горы как тени жАра
как жар тени
куски светло-сизой темноты
сфотанные под солнцем
пришли с той стороны земли

вот за горами
ветвь черной земли
и почти
зима
из земли
взявшейся в дерево

октябрь 2016
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah


πτ 18+
1999–2020 Полутона polutona@polutona.ru
@polutonaruchat