РАБОЧИЙ СТОЛ

СПИСОК АВТОРОВ

Виктор Качалин

ПОЭМА РАЯ

26-12-2023 : редактор - Дмитрий Зернов





Кристине Кретовой-Даждь
1
Сначала всё было соткано,
словом возвещено в святой миг, в неисчислимый,
словом возмещена пустота, в которой тесно нити переплелись,
образуя бездну и чернозём, деревья, сердце, шаги – и древо,
как мы, двуединое, как мы, несовместимое с смертью.
Бог возложил этот ковёр на плечи и нёс,
одел его вместо подира - и подирал нас жар и холод по коже,
и впервые тогда мы спрятались.
Страх ничего не изменил, и ковёр остался прекрасным, как прежде,
но не было нас. За оградой широко расстилалась пустыня,
за ней сады и вулканы, моря и призрачные пока города.
Запах раздавленного плода один лелеял, один теперь утешал.
Всё разом рухнуло, кроме обещания
то ли воскресения, то ли победы насмерть.
Ангелы стали к нам снисходить,
преодолевая стыд наших тел,
львы и олени начали нас провожать до края земли,
поедая друг друга.
Орлы нас терзали на мелкие части, чтобы хоть так вознести нас к солнцу,
гранатом, инжиром, айвой и держидеревом
обирали нас дети. И сладость струилась в звёздах.
Не было лишь познания, даже в единении полном.
В неисчислимый, в святой миг мы проваливались друг в друга.
Бог тихо нёс свой крест, принимая
роды наши за своё
слово. Собираясь родиться и дальше нести нас в своей
крови.
А сколько проливов мы перемеряли своими телами.

2
Разве может росинка родиться в небе, его отражая.
Разве может год провернуться снова и стать другим.
Из него вылетают нагие слова, как из рая,
в шкурках зверей,
а тельца их остались лежать на снегу.
Рай подтаял чуть-чуть, кровоточит,
и дорога лежит и идёт сквозь него.
Разве могут слёзы
отразить такой снегопад.
Ноль находит роящиеся следы.
От водицы прождав любви, отдыхаем
в дуновенье огня,
в других ослепительных точках,
словно вывернули половину мира и на нас положили,
крепко стянули любви законы,
а вторую половину назвали целым,
целым миром его отложили на будущее.
В мае метель. Как её ни люби, не трогай
моих будущих веток. И я не трону.
И на спине крепко стянуты твои руки,
разрывают синее покрывало крыльев.
Ты в меня влетаешь, и я разрываюсь.

3
Всё зависит от последнего мига,
который мы проморгали,
и уходим от него всё дальше и дальше,
туда, где вода не бежит и не стонет,
а льётся радостью и возвращается,
туда, где не сплетаются горы,
расходятся радостно и возвращаются,
туда, где в огне не слетаются птицы -
слепнут и зреют, радостно возвращаются,
всё зависло на первом миге
и от него возвращается к нашим шагам в Тебе,
говорят, в Тебе нет никакого возрастания,
но полюбив, мы возвращаемся к дереву,
росшему до того, как были духом напоены капли пыли.

4
Не от мира всего, от дичка
отщипывает душа,
переселяясь из гор в моря,
от острова к острову исчезая
подземной, подводной рекой,
Вижу в себе три потока,
один мечется, разбегается, ищет,
он и внутри, и снаружи,
идёт налево-направо.
Второй течёт от устья к истоку,
и ничто его не остановит.
Третий смотрит на них глубоко и тихо,
и каким образом я вижу тебя,
не скажу, не знаю.

5
Ты стояла в лодке и вдаль смотрела.
Саркофаги всплывали, одни удалялись
семенами за край потопа, другие
ложились боком на берег.
И когда я коснулся твоих волос,
оборвались все струны и вернулись другими,
и когда я коснулся лба твоего,
реки вернулись вспять,
и когда я к глазам твоим прикоснулся,
то ослеп и не ждал прикосновений,
и когда я приник губами к твоему винограду,
засверкали мечи,
и когда я провёл по твоему животу ладонью,
горячее огня не слышал,
и когда я увидел огненный вихрь на Кармеле,
онемел и обнял твои колени, и был убит,
а когда я воскрес,
ты стала другой,
под ногами луна заливалась зелёным,
сверху молния тебя укрыла.

6
Там, под смоковницей,
кого ты видел?
Её до смерти зацеловали?
За Галилеей
будут горы и пропасть неба,
и можно
убивая, расширяться, и расширяясь, удаляться,
и можно, убивая, расширять владенья смерти
до бесконечности, и тем вернее будет она поглощена
без края жизнью.
И можно, убиваясь, умаляться до праха, пепла, до сухой слезы
в глазах Воскресшего,
и расширяться бурей, смерчем на дороге, робко
ступающим на поле.
Можно
считая все шаги, непременно сбиться
и дальше от себя не длиться, не прятаться до беспредельности,
и можно
вдруг встретить самого себя,
давно прошедшего вселенную
рассеянным по капле светом, вне вихрей, бурь и излучений

7
Друг в друга падаем, не выходя из дома,
не входя в себя,
ухватясь за небо и землю в себе самих,
пока они не выдохнут и не скажут:
«Дыши вместе с нами, вот даём тебе
крестик на горе,
а не хочешь – жену,
а не хочешь – войну».
И кто вздыхает - летит вместе,
в небо, в землю,
непридуманные, ненастоящие.
Неописуемое ничто свистит в ушах,
свербит в глазах,
а успение лета
и его воскресение
очень просят
ничего не царапать
на деревьях истории,
если успеете за них уцепиться;
плющ, лианы,
катящийся камень
упали с пещеры
в глубину и ввысь,
и заходит голое солнце
за твоей головой,
облако слов
ещё не закрыло рай.

8
На твоем пути к смерти
воздух будет всё более свеж и отравлен,
на твоем пути к смерти
будет всё больше колючек, хлёстких веток и игл душистых,
раз болота и западни, огонь и вода, остались справа и слева,
будет всё больше стальных и живых игл
впиваться тебе в ноги и в тело,
чтобы ты окончательно обессилел
и не смог принять смерть
и Моё воскресение.
Мир будет всё чаще казаться мороком,
и всё чаще будет видно
неизменное, чистое сияние мира.
Море, норд-остом угнанное за горизонт
радости мирной жизни и мирной смерти
До подбородка берега льдом покрыта
Дева идёт по сухому, невыспавшемуся песку
вверх значит вдаль, плоскости роют ветер
парни бегут себе вниз, где их окунали
в кипящие котлы и затем сжигали
в сталеплавильных печах, теперь там крест
невозможно остановить зиму и свет

9
В цирке нет арены,
круг бесконечен и беспределен,
за себя стремится и бесцельно целен,
зрители уходят рядами ввысь и в никуда,
а внизу смотрят детьми, как из точки
рождается звезда,
непостижимая умом, как алтарь,
становящийся храмом на миг,
когда вольно распинается Бог
за жизнь всего мира, вылетающий за край
Самого себя.

10
Я закрою твою наготу рассветом, -
сказал Бог,
висящий в полдень на древе, -
Я здесь, первый и последний,
как и ты теперь в одиночестве,
закрывший Меня своим телом,
обнимающий Мои ноги,
пока всё не свершится.
Я прикрою твои уши,
если они изнемогут от воплей,
закрою твои уста,
если они от тишины устанут.
Ты Мой: никому тебя не отдам,
сердцем ты будешь видеть и слышать,
потому что оно теперь Мой образ,
телом будешь болеть и кровью видеть,
потому что они Мои, нераздельно и неслиянно,
умом будешь понимать, что всё развязывается во Мне от смерти.
Декабрь 2020-23

 
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah





πτ 18+
(ↄ) 1999–2024 Полутона

Поддержать проект
Юmoney