ART-ZINE REFLECT


REFLECT... КУАДУСЕШЩТ # 39 ::: ОГЛАВЛЕНИЕ


Окно восьмое





Рейнский водопад. Нойхаузен-ам-Райнфалль. Шаффхаузен. Швейцария.

Остатки анатомических излишеств вымыл из головы Равелы Акварелиста Рейнский водопад. Равела часами наблюдал, как падает вода, пенясь вокруг двух торчащих скал, похожих на головки исполинских клиторов, и чувствовал как все страхи и тревоги, одолевавшие его последнее время, уплывают через дырки в голове. Небо прояснилось, и взошла ледяная Луна.

Из акварелей Равелы выветривалось сладострастие, они стали холодными как одиночество. Он снова изображал человека в пейзаже, может быть, самого себя – в свободном одеянии и спокойной позе, всего лишь условная фигура, с которой мог отождествить себя зритель. И, отождествив, раздвоиться, наблюдая пейзаж изнутри него и извне, наблюдая самого себя в пейзаже. Отстранённо и странно.

Это был странник, который пришёл неизвестно откуда и уйдёт неизвестно куда, бросив на картину лишь мимолётный взгляд. Равела бесстрастно фиксировал эти мгновения, и от его акварелей веяло космической обречённостью вечности. Картины перестали продаваться.
– Мгновение и вечность – это одно и тоже, – говорил Солио Философ, с которым Равела снова встретился в Нойхаузене: – Остановить мгновение – значит впасть в вечность. А вот оргазм имеет ненулевую и конечную протяженность. Подъем, кульминация и обрыв или пологий склон по ту сторону пика. Так же устроена и жизнь человека. Это требует времени. Но как раз времени-то и нет в мгновении, времени нет в вечности. Буддисты правы, когда рекомендуют заранее освобождаться от желаний. И гурии – вечные девственницы, так что никакого секса не предполагается. И ангелы бесполы.

– А Бог? – спрашивал Равела, остановив руку с кистью и размышляя, нужно ли на картине изображать дальний план, если теперь нет тумана, скрывающего эту даль. Ему не хотелось рисовать даль, и горизонт проходил под ногами странника, остановившегося на мгновение в своём вечном пути. Получалось слишком большое небо, слишком пустое. Но Равеле казалось, что в этом и заключается суть его нового взгляда на Вселенную. Вселенная прозрела, правда, смотрела она куда-то вдаль, сквозь Равелу, по-прежнему, не видя его.

– В том-то и дело. В том-то и дело, – говорил Солио, взбалтывая по кругу бокал с «Ханфблюте» и пытаясь ощутить конопляный аромат. Пожимая плечами, он делал добрый глоток пива и продолжал: – Было бы оскорбительно и кощунственно называть Бога бесполым. Ведь Он творец сущего, Он родил Вселенную. Но не как женщина рожает, а в ветхозаветном смысле, как «Авраам родил Исаака». Недаром Его всегда изображают с бородой, а у женщин бороды не бывает. И, значит, Бог мужчина: у него должен быть фаллос.



следующая Окно Девятое
оглавление
предыдущая Окно Седьмое






blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah





πτ 18+
(ↄ) 1999–2022 Полутона

Поддержать проект
ЮMoney | Paypal