ART-ZINE REFLECT


REFLECT... КУАДУСЕШЩТ # 39 ::: ОГЛАВЛЕНИЕ


Окно Семнадцатое





Открытая веранда ресторана «Jezero». Скадарское озеро. Черногория.

На берегу Скадарского озера в Черногории Равела Акварелист вспомнил Белое озеро в Каринтии. Небо стекало в воду, вода стекала на землю. Шёл дождь. Светило солнце.

Солио Философ молчал, склонившись над тарелкой, всецело поглощённый удалением костей из зеркального карпа. Он даже не процитировал Лао-цзы, говорившего, что художество подобно приготовлению блюда из мелкой рыбы: не то требует такой же осторожности и терпения, не то, напротив, ничего не требует, кроме безмятежности, потому что в уху рыбёшку бросают непотрошёной и нечищеной.

Но сначала Равела вспомнил Карлу, от которой только что получил письмо. Кто зачал ей ребёнка? – думал он. – Я или богатый муж? То, что муж умер, казалось, делало его непричастным. Но и даты не совпадали, разве что Карла переносила плод. Равеле представились пепельные камни лупанария, пропитанные древней помпейской спермой. По утрам они были влажными от росы. От росы? И блестели на солнце. Или это блещут на солнце воды Скадарского озера?

Потом Равела вспомнил Кончетту. Её муж-импотент точно был ни при чём. Я даже не знаю, кого нарисовал своим членом, – думал Равела. – Девочку или мальчика? Она не писала об этом. Может быть, я тоже непричастен? Кончетта идёт по узкой улочке Венеции, её обнимает туман, который поднимается из одного канала, чтобы перевалить через улицу и опуститься в другой канал. Так переваливается туман с холма на холм на той стороне Скадарского озера. Но это два разных тумана. Туман Венеции подобен маске, скрывающей вожделение, а Скадарский туман невинен как дитя.

Равела вспомнил Шварцвальд, Фрайбург, белую царапину к востоку от ануса и красную родинку к западу от препуциума клитора, между которыми был путь как от Фрайбурга до Бамберга. На ощупь проходит этот путь слепой музыкант. Какую мелодию извлекает он своими чуткими пальцами?

Солио Философ, наконец, поперхнулся рыбьей костью и, откашлявшись, изрёк: ¬– Всё проходит, как не было написано на кольце царя Соломона, если, конечно, «всё проходит» не имя Бога. – Прополоскав горло хорошим глотком «Регента», Солио добавил: – Женщины – это вечные константы, к которым вечно примеряется вечно переменная сущность мужчины.

Кто такой Солио Философ? – впервые задался вопросом Равела. Тот, между тем, продолжал: – В анкете на получение небесной визы где-то между «Цель визита» и «Продолжительность пребывания» наверняка есть пункт: «Перечислите женщин, внутри которых Вы побывали за последнюю вечность».

Мальчик-муэдзин?




следующая Окно Восемнадцатое
оглавление
предыдущая Окно Шестнадцатое






blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah





πτ 18+
(ↄ) 1999–2022 Полутона

Поддержать проект
ЮMoney | Paypal