RSS / ВСЕ

|  Возможность комментирования убрана ввиду невостребованности.
|  Новый автор - Артём Стариков
|  Новый автор - Александра Шиляева
|  Новый автор - Андрей Янкус
|  Новый автор - Алексей Леонтьев
|  Новая книга - Сергей Михайлов. Жизнь во все стороны.
|  Новый автор - Иван Фурманов
|  Конкурс для молодых писателей всех жанров.
|  Новая книга - Василь Махно. Частный комментарий к истории / перевод - Станислав Бельский.
|  Новый дежурный редактор - Андрей Черкасов.
РАБОЧИЙ СТОЛ
СПИСОК АВТОРОВ

Ия Кива

Аня Хромова. За новыми окнами

15-09-2017 : редактор - Женя Риц





Аня Хромова — поэтесса, переводчица. Родилась в 1982 году в Киеве. В 2008 году переехала в Израиль, живет в городе Нетания. Стихи публиковались в коллективном поэтическом сборнике «Jazzove Trio» (2005), антологиях «АЗ, два, три… дванадцять – лист у пляшці: антологія авторського зарубіжжя» (2010), «М’якуш: антологія сучасної української смакової поезії» (2012), “The Frontier: 28 Contemporary Ukrainian Poets. An Anthology” (Glagoslav, 2017) в переводах А. Кудрявицкого. Автор детских книг «Монетка/A Coin” (2015), “Dino’s Breakfast” (Chimalecha, 2017), “The most tenacious orange pants” (Chimalecha, 2017), “Драконе, киш!” (2017). Перевела с иврита повесть в стихах израильской поэтессы Тирцы Атар: “Від війни плачуть” (2015). Пишет на украинском, русском и английском. Переводит с иврита, английского и русского.





***

В детстве
— она кладет руки себе на колени —
Я больше всего боялась
Проснуться в чужом доме.
Да-да. Я просыпалась, каждую ночь,
В доме, который впервые видела,
Среди незнакомых людей.
Каждую ночь они произносили
«Доброе утро, детка»,
Ставили странный завтрак на стол
Каждый раз
разного цвета, другой формы
— она поправляет волосы —
А солнце за новыми окнами светило все так же
Для этих людей, поселившихся по моему адресу
За моей входной дверью
Я поняла, что единственный выход — проснуться
Проснуться по-настоящему.
И теперь
— она наклоняет голову —
Я же уже не ребенок
Я проснулась
Да-да, проснулась
И просыпаться дальше уже некуда.


ЧЕТЫРНАДЦАТЬ ТУЧ ПРОЛЕТАЕТ

над мертвым снегом живой водой
первая черная птаха
вторая белая птаха
и перья за ними
и перья

четырнадцать туч пролетает

дней двенадцать проходит
первый наотмашь бьет
второй кулаками машет
следом пинки поспешают
и подзатыльники

восемь слов говорится
вовсе не произносится
первое в горле
второе в сердце
и зубы накрепко
сцеплены

тут бы и выплакаться

кабы не шесть слезинок
по три каждому глазу
первую отдать прошлому
вторую сберечь на прощание
а третью себе оставить —
на черный день

две войны проходят*

двое детей растет


* 2014 год: операция «Цук Эйтан» в Израиле, начало войны в Украине


ИМЕНА

в ту пятницу господь бог сотворил
тебя
из сердца моего
меня
из сердца твоего
и населил нами целый свет
и дал нам ладони
и кожу
и волосы, чтобы проводить по ним рукой
и шрамы, чтобы их целовать

в ту субботу бог опочил

а в воскресенье вложил язык в уста наши
и очи дал, которых вовек не сомкнуть
и произнес:
нарекайте именами тварей своих
давайте названия чудовищам
и стенам, которые поглотят вас
и земле, которая ускользнет из-под ног ваших
и крику ветра

и рожайте в муках детей своих
и учите их ходить там,
где земли больше нет под ногами

и был понедельник
и был вторник
и среда

и слова его носились над тьмой
будто запах смерти
и тьма пахла болезненным потом
и ангелы его пели:
никто не выберется отсюда живым

спасибо тебе, что из сердца твоего
мои ладони и кожа
спасибо за волосы, по которым каждый день провожу рукой
и шрамы, которых касаюсь губами
говоришь, зная, как я называюсь
говорю и имя твое шепчу


***

Разумеется,
Мои руки говорят обо мне правду.
Но временами это
Сплошные
Грязные подробности.


***

Разбитое яйцо удерживаю
В ладони:
Борюсь со сном.


***

Десять зверей приходят
Стоят в дверях
Не переступают порога
— Твой ли это дом, охотник?
— Твои ли это дети, огонь, пожирающий тьму со дна зеницы?
— Твоя ли это жена, брат наш?
На стенах тени
Под домом земля, и глубже земля, и еще глубже земля
Десять зверей не войдут
Десять зверей не уйдут прочь
На стенах тени
И пока женщина будет тихо петь
о наступившей ночи и солнце, умирающем еженощно
Ты сам переступишь порог
— Вот и я, братцы.
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah