РАБОЧИЙ СТОЛ

СПИСОК АВТОРОВ

Феликс Чечик

Август 2020. Хроника

24-08-2020 : редактор - Владимир Коркунов





1.

Это время вышло боком
без особого труда:
и ходящему под Богом
и лежащему под Богом,
и сидящему под Богом, —
вышло раз и навсегда.


Возвратиться обещая,
не вернулось, словно стая,
улетевшая на юг,
передумавшая вдруг.


Здесь тепло, светло и мухи
не кусают — для чего
возвращаться, чтобы муки
ели поедом его?


Возвратиться, чтобы страхи
возвратились снова и
на горе свистели раки,
будто в мае соловьи?


Возвратиться, чтобы снова
обустраивать тюрьму,
как священная корова,
презирающая «му».


Чтобы жить не настоящим
Белой в крапинку Руси
и сыграть однажды в ящик:
до-ре-ми-фа-соль-ля-си?


Левый ты, а может — правый,
прав ли ты или не прав —
наступает день кровавый,
милосердие поправ.


Вижу неба озерцо я,
звёзд полночную муку,
где насвистывает Цоя
ёжик дырочкой в боку.


08.08.2020 г.


2.

Что ж, баттерфляем плыви, покамест,
сердечко бьётся —
непотопляем, туда, где август
чернее Отса.


И где черники моря лесные
и голубики,
озёра сини, а мысль о сыне,
как в полночь блики.


Красны от соли глаза, конечно,
и нет возврата.
Забудь о боли, читай утешно
родного брата.


А он по небу плывёт, как стая,
белее рощи,
туда, где сердца одна шестая
и эхо проще.


09.08.2020 г.


3.

— Что раскаркалась, кума? —
— Есть причина, кум:
вплоть до августа зима
и пейзаж угрюм.


Всё белым-бело вокруг,
до костей мороз,
под музы́ку летних вьюг
и кровавых роз.


Глад в душе и в сердце мор,
мрака торжество.
Ни за что и
nevermore
не простим его.


10.08.2020 г.


4.

Камыши молчат, камыши.
Разговаривает кулик
с куликом в болотной тиши,
потому что душа болит.


На поминках они легки —
сердце — крохотный эхолот:
незалётные кулики
с куликовых полей-болот.


Не себя, а других хваля,
дождик утренний моросил
на асфальтовые поля,
на железобетон трясин.


И взойдут на них зеленя,
а, быть может, — уже взошли:
сквозь тебя взошли, сквозь меня...
Камыши шумят, ковыли.


11.08.2020 г.


5.

Белой скатертью дороги
пролегли во все концы…
Желтоклювы, желтоноги
саранчовые скворцы.


Эх ты, скатерть-самобранка:
вот — озёра, вот — леса,
вот лежит, как иностранка,
ливерная колбаса.


Вот — река, а вот — каштаны,
вот — маслята, вот — первач.
Неразгаданные тайны
открывает жизнь, как врач.


И по скатерти по этой,
напролом и напрямик:
новой песенкой неспетой
возвращается старик.


Старику, конечно, рады.
Старику никто не рад.
Баррикады. Камнепады.
Генеральский звездопад.


12.08.2020 г.


6.

Чёт и нечет. Фифти-фифти.
Рек и неба синева.
Белорусское граффити
с ударением на «а».


Врио прошлого и замы
будущего? Не вопрос!
Полицаи, партизаны
в белых венчиках из роз.


В тишине чернеют лица,
как Саврасова грачи,
и надеются забыться
сном неправедным в ночи.


В тишине белеют хаты, —
преисполнены очей,
словно белые халаты
на проспекте у врачей.


Любы. Веры. Саши. Вити.
Чемодан — вокзал — Москва!
Белорусское граффити
с ударением на «а».


13.08.2020 г.


7.                                      

С поля виднеется Пинск, вроде града Китежа...
                                       Из письма А. Блока


Понимаешь, возвратившись в детство,
ощущая только страх и дрожь:
бесконечность времени и места
ни за что обратно не вернёшь.


И, взглянув прощально, вдруг увидишь,
погружаясь в будущего сон:
из тумана выплывает Китеж
и плывёт под колокольный звон.


14.08.2020 г.


8.

Перакладчык з беларускай мовы,
переводчик жизни и любви,
уши поразвесив, мы готовы
слушать откровения твои.


Заливайся птушкай на Полесье,
от зари спявай и до зари,
и глубокой ночью — вместо песни —
веру и надежду подари.


Обо всём! Лишь о любви — не надо!
Обо всём! Лишь о любви — забудь!
Тишину ночного листопада,
поблагодарив, прими на грудь.


Захмелев, как если бы от чачи,
речи приснопамятной холуй,
гаечный — без права передачи —
10
x12 расцелуй.


И смотри на утренние воды
и на пауков, что время ткут.
Ближнего Востока переводы.
Головная боль. Мой родны кут.


16.08.2020 г.


9.

И всем на свете задолжав
и никому не отдавая,
заложниками двух держав
и пассажирами трамвая


мы едем, едем, едем, не
сворачивая, без оглядки.
И ручкой делаем стране,
и с будущим играем в прятки.


Мы едем в прошлое, пока
в труху не превратились рельсы.
А за окном летит река,
и лес, что ночью, разгорелся.


Мы едем, едем, едем на, —
и все четыре не родные.
И нам вослед глядит страна —
потусторонняя отныне.


17.08.2020 г.


10.

Родина рифмуется всегда
с парком по-над речкой, где вода —
зеркало вороньего фальцета.
Оттрубив когда-то двадцать пять
лет, — не возвращаются опять
и не попадают в 3%.


Попадают сразу в переплёт,
краснопёркой обживая лёд
и врачуя времени зарубки.
«Родны кут», «буслы» и вороньё —
это безысходное моё, —
кольцами из вересковой трубки.


Тут — печаль и невозможность — там.
Кланяясь потусторонним льдам,
слушая небес аплодисменты,
я вернусь однажды насовсем,
обнимая 97,
в градусы переводя проценты.


18.08.2020 г.


11.

Что-нибудь про навоз и надой,
что-нибудь про тоску и дорогу.
Не высокий блондин, а седой
в сандалетах на босую ногу.


Он идёт. Он приехал вчера.
Небом вскормлен и выбелен солью.
И над ним золотая пчела
пролетает, как память, над болью.


Он идёт. Не опознан никем.
Всем чужой и для всех посторонний.
Из любимых — один манекен, —
застеклённый и потусторонний.


Надо мной — то ли шарф, то шар.
Перелёт. Передоз. Перегрузки.
Пиво пьёт разливное Ришар
и поёт «Журавли» по-французски.

Что-нибудь про посев и отёл,
что-нибудь про мгновений столетья…
Справа — Пина, а слева — костёл.
Что ж, поехали по небу, Петя!


19.08.2020 г.
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah





πτ 18+
(ↄ) 1999–2024 Полутона

Поддержать проект
ЮMoney | Т-Банк