RSS / ВСЕ

|  Новая книга - Андрей Дмитриев. «СТЕРХ ЗВУКОВОЙ»
|  Фестиваль "Поэзия со знаком плюс"
|  Новый автор - Елена Зейферт
|  Новый автор - Евгений Матвеев
|  Новый автор - Андрей Дмитриев
|  Новый автор - Михаил Бордуновский
|  Новый автор - Юлия Горбунова
|  Новый автор - Кира Пешкова
|  Новый автор - Егор Давыдов
|  Новый автор - Саша Круглов
СООБЩЕСТВО ПОЛУТОНА
СПИСОК АВТОРОВ

Ульяна Заворотинская

бытовые демоны

22-11-2006





будушол
шёл по лесу шёл песни пел
снег под ногами бел
тихо шёл напевал и млел
не шумел никому не мешал
ну а вдруг упал
распорол живот
кровь течёт
был живой – а теперь не в счёт
был живой – а теперь ничком
бом-бом там по ком –
а уже не по ком
колокол под замком
под заснеженным колпаком
как птенец вылупился обратно
в землю врос
и не говорю
в снег лицом уткнут
как весна настанет – меня найдут
там цветочек цветочек тут
я наверное не умру
я наверное отдохну от дел –
буду снова шёл
буду снова пел

чужое
Так, бывало, вскинешься ночью,
вглядишься – а на извести потолочной
что-то чужое и над тобой хохочет.
И толчками откуда-то из желудка
противишься жуткому,
и так про себя лепечешь – Отче мой, Отче,
а дальше-то что – запамятовал, не помнишь,
и весь уже сложенный в огромное троеперстие,
нашаришь нательный крестик,
сожмёшь его так пребольно –
а всё не в помощь,
определенно что-то здесь происходит,
но, пересилив, подскакиваешь и ходишь
туда и сюда в трусах и с церковной свечкой,
а руки такие холодные, и отсутствие речи,
и скрипы из кухни, и голоса бесконечные.

Вот отпустит – припомнишь, что человече,
и в подтверждение смело попьешь из крана,
или даже поплещешься в ванной,
или съешь холодную курицу невымытыми руками.

А чужое меж тем таится и наблюдает.

демоны
демоны снили сухое горло,
демоны снили вулканье жерло,
по коридору таскали волоком,
лили в горло горькое пойло.
а оно всё одно – сухое.

будили,
в бубны ознобом били,
глупости тараторили.
ууууу незримые твари.

я против вас восстану,
я действительно встану,
пойду на кухню,
попью из крана.

отступитесь,
сделайте меня живу,
пустите по жерлу лаву,
пустите по горлу воду.

я не худой, я хороший,
а мне всё плоше и плоше.

отступились под утро.
приснили карюю лошадь.

неочевидный бог
Когда мимо проходит неочевидный бог,
тело клади по простыни наискосок
и признавайся, что сам ничего не смог.
Говори: «Я – иголка, случайно попавшая в стог,
во мне решительно все не так,
и исчезает в пространстве языковых пустот
отразившееся в расширившемся зрачке,
и я пропадаю без речи, как мякиш, затопленный в молоке».

Так и лежи на простыни налегке,
пока он ведет перстами вверх по руке,
заглядывает в рот, где на нёбе от языка синяк,
изучает тебя, как мотор, который некстати заглох,
и убеждается, что ты действительно плох.

И вот он уже целует тебя в висок,
и гнездится в тебе, притворяясь, что невесом,
и, изнутри сжимая тебя в горсти,
даёт тебе речь, желая тебя спасти.

движение тел
Кто следил движенье небесных тел,
кто смотрел смерть и рожденье светил,
пока я был там, где был?
Пока я не был?

Он этот воздух, липкий, как пластилин,
выдохнул столько раз, сколько вдохнул,
клейстер жизни огромной ложкой мешал,
времени идти помогал,
но упал-не встал.

И вот я иду по его шагам,
надуваю розовый бабл-гам,
я специально придуман
вместо того, кто пал.

Буду следить движенье небесных тел,
буду смотритель могилы того, кто пел,
буду, буду, а потом сразу был,
и с тем, кто не встал, лягу рядом,
а придет другой молодой-кудрявый.

так и сяк
А я же сидел под каждым деревом и поджидал
того, что ты в детстве так опрометчиво наобещал -
будто вот-вот разверзнутся небеса,
и явится чудо, и буду я потрясен.

но мир как-то вдруг взопрел, как-то вдруг осел,
как-то осип, обнажился мертвый костяк,
расползшейся плоти смысла к нему не приделать никак.
и я не понимаю, как ты так допустил.

допустил пустопорожнюю взвесь,
раздрай, разлад, все сыплется на глазах.
то, что казалось чем-то - случилось прах.
вдобавок ветер крутит волосы так и сяк.

нет, я вру, я видел радугу пару раз,
но или она исчезла, или я куда-то исчез.
остался дамский вырез, остался больный порез,
осталась муть и осталась взвесь,
в коих я растворился весь,
и меня не осталось.

метрополитена
Схема линий Московского метрополитена
похожа на паутину,
что связывает воедино
отдельные части тела.

При движении по кольцевой, т.е. по кругу,
натяжение нитей выгибает виски друг к другу,
выжимает из легких желтый прогорклый ветер,
который, наталкиваясь на предметы,
делает их бледнее или вовсе лишает цвета.
А может иначе - внешность оставит прежней,
выест внутри пустоты
и в этих пустотах кружит.

Это больше всего похоже
на оргАн, вывернутый наружу,
хотя такое представить сложно.

Или вот так - будто обжегся,
ранка стянулась, ты сковырнул,
под пленкой ожидая увидеть жижу -
а увидел еще что хуже,
ничто увидел.

А если в толпе покружит хотя б немного -
людские лица тут же сольются друг с другом
и высветят слепого рябого "куриного бога".
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah