Сбор средств:
Яндекс Paypal

СООБЩЕСТВО

СПИСОК АВТОРОВ

Тимофей Дунченко

рокоты паттерны овалы

23-05-2013





импстеры


1.

Ежемерки и импстеры - жизнь останавливается до той поры,
пока не поменяешь аватарку.

Как стало просто убивать игру. Идешь, метелишь.

Я по сломанным запястьям вычисляю, каким будет глубоким
сугроб. И как, когда снег по пояс, он будет ломать
эту мучительную среду. Где комары зимой.

Приятная такая - но я подберу штопор к сердцу
твоему. Выковыряю из грудки.

Через сутки, продуманные - до и поперек. Произнесу шепотом
гудки.

Он мерз. Не шел автобус.

И чем морозило больше конечности, тем мысль становилась
чище. Ничего не думая сверх.

Взял и сверг.

Они то думали что еще попишем,
а он - сверг.

Скровоточил, слюнявит, брызжет.



2.

Миниополис. Спор, с рукава приютил и защелкнул
капкан на горле.

Шорох очень сильно звучал, и на одуванчиковом таком
поле.

Улетал семенами в печаль. Как это белое семя летит
по полю. Несет свои семена в речах.

Мыл своё самое, тревожил манок
черезпредначально. Зверь оборачивался и рога
свои укорно клал набок.

Сердце стоит врастопырку от вжатых в него пиявок.

Они как прическа от ветра - набок.

Хотят укусить, а становят дырки.



3.

А ты смешай сметану с позвоночником
усталым. Растут мириады секунд, убивается смысл яда.

Жизнь как вещь в кармане пока ты рядом.

И там в кармане покопаться до упора. Прорвать, зашить
карман - я бегаю по сердцу полуголым. И удивляюсь
от того, что говорю про сердце. В который раз.

Хотя мне сердце как кулак.

Стучит, пока пальцы сжаты.

А как распустится в ладонь. То звон раздутый. И
пестик плюнет кровью на ладонь. И мир зажатый,
в другое сердце ставит бронь.



4.

Не провоцируя, не задавая вопрос. Кто
тебя взял за нос, куда вынес.

Наполняя себя, подумав куда и когда
это все выльется.

И начало разговора удерживая
у рта.

Как губа бьется о губу. Как мясистый выгоняет
из горла звук.

Так словесный паук - плетет паутину свою. По кругу
строя предложения в схематическую паутинку.

Я живу тебя как картинку. Присваи
ваю.

Становлюсь зверек-невидимка. И рычу, а кажется
что вью.



5.

Импстеры и ежемерки, пока болит и коверкнув - как
говорить по схемам, ну чтобы понятно было.

Пойми, никогда я тебя не любила, смотрю на пятна свои
и мне кажется, что отступила тьма.

Я сделала все правильно.

Если года думать как овалы. Если я трачу время на
собственные годы. То - схемы растут, как грибы.

Я думаю собственное слово. Я нашла выход,
путь из избы.

И так по овалам, перемежаясь, добираясь к последнему
барахлу.

Я может быть сжалюсь. Из стога вылечу в щеку, воткну
иглу. Типа вот она я. Ты нашел меня в стоге.

Дам пятнадцать минут попиздеть о боге.

Но прими - паттерны, овалы и схемы. Две недели
уже в моих снах - существа и когти.

Две недели в полном одиночестве, ни с кем.



ни звезды


1.

Немногим тратить шевеление
выведя его в слово. Обратить внимание на ресничку
или бровку - на абсолютно голом теле.

Самая безумная сказка про колобка. Мир вращается
перед глазами, врешь животным, пока самое последнее
не съест.

Вот тебе сказка про смерть.


2.

Пока был ясен - электричеством была плесень. Часы
замкнулись на руке, и стали сыпью.

Сбросил, и опаздывает всегда на час.

И сыпь шагов его за раз кладет те многоточия стопы.

От сдавленных сугробов до пыли, взметенной.

От светящихся щупальцев до офф-лайна.

От оторванной до наспех прикрепленной.

Желтой бумажки тайной.


3.

Набор людей на жизненном отрезке покажется
набором причиндалов.

Коллекцией.

Словами, а не числами считала. И как в любом наборе,
становится главным за лучшим экземпляром
бегство.

Пока альбом не вспухнет и взорвется.

Ошметки, как китайские фонарики. Залетят в форточку,
сожгут старушку нахрен.

Пепелок ее ахнет.


4.

А злой была от шаровой
трещала цокала язычьем
и костяною чешуей
меняла мягкое обличье

А шаровая в кончик языка
воткнулась села гнездышко свила
ее уже ничто не испугает
ни солнце, что светящийся кулак

ни звёзды.


5.

Вот тебе сказка про смерть.
Курочка снесла нецыпленка.

И сказала, в следующий раз все получится
будет проще.




под солнечный


1.

И по живому, под солнечный. Перепонки
звенят - топырят. Пробежаться по схеме тела и откупорить
дырочку.

Шаг веревочный, на каждом мизинце по узлу. Беру
ту злу, шуршу спичкой по бедру. Высекаю огнь.

Убирая в локоть. По счастью на роликовых коньках,
как по льду. Врезаясь в среду, машенькой сижу
у пенька.

И по живому, как тут незнакомо. Резвые, в красивых платьях
случают пати. И взгляды крохотного щенка.

Зрачками вилочку. Щебетя пространство, прокликивая
барахло общее. Из любых диалогов делая
многоточия. Выламывая курс языка.

Барахтая ягоды. Крапиву щупая. Растя сады,
из сорняков выпутываясь - долго подворачивая
рукав. Созидая рокоты.

Сличая щебеты, в крючок от хохота. Не к добру,
а вываливаться в иногда.


2.

Не гневи меня, мига ракушка. Греет общая температура
мое ядрышко. Оно разрывает как попкорн тело,
летят брызги. Попадают на щеку.

Забарахлили механизмы, проржавели болты - ящика. И ей
думается, что лучше бы так, да и чаще бы.

А там и в самую глушь, в чащу, и заблужденные во свампе. Трясут
фонариковые лампы, смотря на севшие батареи.

У меня ничего не получится, если ты сама
не сумеешь. Пробрать, влиться в семечко, подгоню яблоню,
чтобы сдала норматив.

Эстетически мир красив.

Карамельный звон, старушка в углу, в платке.

Дрожь по пальцам, по локтю, по всей реке. В море
мозга впадает, и соль в глазах.

Сверимся жизнями по секундам, минутам, часам.

Мига ракушка, хакнули и смеись.

Не выдумывая ни честь, ни визг. В обоих
становясь как звуком так и стих. Умолк.

И в том молчании любым движеньи - вывих.

Скорузл, и от обесточья лих. Рычит мой волк.

Любым движеньем - вывих.

И даже про посуду на надрыве.



3.

Аккуратно ступает по шрамам как по следам. Как по
дорожкам. Я прикоснусь к тебе немножко и - выем.

Ты разорвешься роем.

А мы свои поверхности побреем. И корочку
сменя. Меня мои игрушки не роняли - меняронялособственноея.

И делало отрезочным героем.

От точки а до б.

От всех желаний на лимит, в рубеж.



4.

Язык пошл - человек прошл. Семеня пятками
все разрушил. И удивленно.

Ползком добирается до балкона, чтобы разбить тело.

Выбирая между абзацами разговора и запахами
горелого. Панацеей первое, сам ничего не делая,
распрямлять начинает с поклона.

Оранж морошки, птичее зазыв. Идя по крошкам
в сахарную многоэтажку. Пока найдешь ту ведьму
что тебя на ложке положит на плиту газовую, да
сплавит в леденец.

Заблудишься в этих дорожках.

Поломаешь не одни ножки.

А дойдешь, ошибешься кодом, уснешь перед домом.

Заснешь и сразу приснится последняя из прыгающих
через ограду овец.


5.

И брызг лажал, и кнопку перепутал. К себе
любимое прижал, в себя укутал.

Сложился пластилином, вмял.

Убрал в коробку.

Коробку хрупкую кормя. Усоп во тропку.



6.

Под солнечный, по живому. Подбираясь по хлебным
к многоэтажному дому. Забираясь в лифт, щупая его
пупырышки.

Мышки-мышки. Игра, когда все сидят на одном месте,
и верят в кошку. И сидят и сидят, и живут-живут
понемножку.
blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah blah


πτ 18+
1999–2020 Полутона
計画通り